Хранительница Дворцового сада (СИ)

— Ох, ты ж… — буркнул Эйдан.
Но что-то у нас определенно вышло, причем совсем не так, как раньше. Только вместо того, чтобы подпитать силой — мы разрушили его.
Наверно, с минуту мы оба смотрели, пытаясь это переварить.
— А интересно, — вдруг сказал Эйдан, — если попробовать ритуал плодородия в поле, то оно расцветет или наоборот — засохнет?
Ритуал плодородия? Всплеск силы… Что-то я сейчас смотрю на пепел на столе, и не могу избавиться от мысли, что, может и хорошо, что у нас с Эйданом никакого супружеского долга, кроме первой ночи, до сих пор не было. А то всплески силы эти… Кто ж разберет.
— Да не пугайся ты так! — Эйдан рассмеялся, видя мое замешательство. — Это просто случайная мысль, не собираюсь я…
Ага. И глаза у него так знакомо и азартно заблестели. Новая идея у него теперь.
Но, черт возьми… мне теперь интересно тоже.
Глава 9. О живительной силе, высокой траве и супружеском долге
Не собирался он долго, часа два, но на большее не хватило.
Это было даже забавно… отчасти. Раньше, значит, он от меня по углам прятался, а теперь поглядывает, и с далеко идущими намерениями. Увлеченный парень, черт возьми! Исследователь!
Хотелось одновременно поржать и дать в морду.
Впрочем, Эйдан всю неловкость ситуации отлично понимал и ни на чем не настаивал.
После первого распыленного в прах черепа мы распылили второй, чисто чтобы проверить — не случайность ли это. Выходит, не случайность. И я снова обожгла пальцы.
Потом попробовали другой способ, традиционный, когда я действую своей силой через него. На этот раз уже я прожгла Эйдану руку, на тыльной стороне ладони у него остался заметный красный след. А череп вспыхнул белым светом, и даже, кажется, какие-то призрачные контуры лица на мгновение нарисовались вокруг костей.
Интересно, что разный эффект.
Потом он потащил меня во двор, к самому засохшему кусту, какой только смог найти, и мы пытались вместе восстановить его традиционным образом. Эйдан говорил, как-то он уже делал это, с деревом в королевском саду, и тогда все получилось как надо.
Он закатал рукава до локтей, я встала перед ним и взялась за его предплечья, повыше. Чем больший путь через тело проходит моя магия, тем больше она усиливается. Совсем хорошо будет, если ему на спину у лопаток руки положить, но для этого нужно раздеться… а мы только быстренько попробовать хотим.
Я старалась несильно, так, чтобы самую капельку силы пропустить через него, чтоб был заметен хоть какой-то эффект, и ладно. Но все равно обожгла, в одном месте прямо до волдырей. Эйдан не дергался, терпел, только стоял, сжав зубы, ведь это была его идея. Сухой куст зазеленел, и кое-где даже бутоны готовы были распуститься, несмотря на осень.
— Интересно, — сказал Эйдан. — А если мы сделаем вместе, одновременно?
А вот если вместе, если мы держали каждый со своей стороны, то ничего интересного не вышло. Куст только слегка замерцал неясным светом, когда мы оба пытались направить в него свою силу, но каких-то заметных изменений не было.
Может быть, дело в черепе, это с ним что-то не так, раз он распался в пыль? В нем ведь уже изначально была чужая магия.
— Ладно, — сказал Эйдан. — Поздно уже, поехали домой.
Вдвоем, через поля.
Он так поглядывал на меня всю дорогу, что было даже смешно.
— Что, хочешь проверить новую идею, но не можешь? — спросила я.
Он неопределенно хмыкну, хотел было что-то ответить сразу, но не ответил, долго ехал, глядя перед собой.
— Ты знаешь, — задумчиво сказал, наконец, — могу. В том смысле, что я уже давно не боюсь увидеть в тебе другую, не боюсь перепутать, назвать чужим именем. Ты — это ты, мы достаточно давно знаем друг друга. Стоит признаться, наверно, но ты понравилась мне с первого взгляда, и именно это так напугало. Да, испугался, что твой образ вытеснит ее… и это словно предательство, я не могу… Не говори ничего, я и сам понимаю, какая это дурь. Умом понимаю… всегда понимал, но переступить не выходило.
Эйдан вздохнул, погладил гриву своей лошади. Я видела, как ему неловко сейчас говорить такие вещи, как тяжело.
 
— И что же сейчас? — спросила я.
Он криво ухмыльнулся, почти болезненно.
— Сейчас я просто чувствую себя идиотом, рядом с тобой. Столько бегал… и как вдруг полезу обниматься? Даже если б захотел.
Загонов у него хоть отбавляй, если приструнить одних тараканов, то тут же вылезают другие. Нелегко же тебе, парень.
Значит, мысли пообниматься у него, все же, были.
Вот если бы мы сейчас не ехали верхом, а шли рядом, я бы взяла его за руку. Так, для поддержки… Неплохой парень, на самом деле.
Но с лошади мне не достать, неудобно.
Мы ехали молча. Я искоса поглядывала на него, он на меня. Но, к счастью, осталось уже совсем недалеко.
А во дворе он спрыгнул с лошади первый и тут же оказался рядом, помогая слезть мне. Честно говоря, я совсем не нуждалась в его помощи, давно уже привыкла ездить верхом. Но Эйдану нужен был повод.
Он коснулся моей руки, оказался рядом. Поставил меня на землю.
Я стояла перед ним, задрав голову, он слишком высокий для меня. Эйдан молчал. Но и отпускать тоже не думал.
— А знаешь, — сказала я, — ты мне тоже всегда нравился, даже несмотря на всю твою дурь. Я видела, что это такая защита, а ты не такой… Наверно, потому, что ты всегда был готов защитить меня, что бы там ни говорил… Дела важнее слов.
Эйдан неуверенно улыбнулся, коснулся кончиками пальцев моих волос. У него такие глаза… И его глубокий вдох… Бог ты мой… Да? Вот сейчас? Это было так очевидно — его порыв, его попытки справиться с собой и своим волнением, что даже смешно. Прости меня, Эйдан, если ты ничего не сделаешь в ближайшие пару секунд, я начну неприлично ржать.
— Чему ты так улыбаешься? — спросил он. Впрочем, без обиды, ему просто интересно.
— Прости, — сказала я. — Но у тебя прямо на лбу написано, что ты собираешься сейчас сделать, и не можешь решиться.
— И что же?
Он чуть иронично приподнял бровь. Немного иронии сейчас — это очень даже хорошо. Его ладони осторожно обняли меня за талию.
Да черт с ним, он ведь давно мой муж, я столько времени провожу с ним…
Я потянулась, обняла его за шею, заставляя наклониться ко мне. И поцеловала сама. Вот как-то так.
— Это. Я угадала?
Эйдан с усилием сглотнул, чуть неуверенно улыбнулся.
— Почти, — сказал тихо. — Это. Но не совсем так, конечно.
— А как?
— Если уж целоваться, то по-настоящему, — он довольно улыбнулся и притянул меня к себе.
Должна признать, Эйдан знал толк в поцелуях, опыт чувствовался. И то, как его руки поглаживали мою спину… у меня аж ноги подгибались.
— Вот примерно это, — сказал он, отпуская меня.
Хотелось спросить — и чего же ты ждал столько времени?
Но я все равно видела напряжение в его глазах. Он мог справиться и точно сам этого хотел, но нельзя сказать, что это давалось ему легко.
— Так, глядишь, мы и до супружеского долга дойдем, — сказала я.
Эйдан на секунду сосредоточенно поджал губы.
— Так, может быть, мы попробуем в поле? — сказал осторожно.
Вот, значит, к чему он ведет!
— Экспериментатор хренов, — усмехнулась я. — Так и знала, что ты исключительно для спасения мира меня целуешь.
— Любовь спасет мир? — он улыбнулся.
Я легонько пихнула его в бок.
— Спаситель!
Он пожал плечами.
— Ну, так как?
От этого веяло странноватой дурью, но почему бы и нет, в конце концов? Эйдан мне нравился. Его ладонь, между тем, осторожно и вдумчиво поглаживала мою попу, словно надеясь усыпить бдительность.
— Ну, поехали, — согласилась я.
Ночью, под звездами… Мы вернулись в поля. Потом долго шли, взявшись за руки, по высокой траве, подальше от дороги, выбирая место удобнее. Было в этом что-то невероятно романтичное, и, в то же время, всю романтику начисто глушил наш деловой подход. Но так даже лучше. Я знала, что Эйдан честен со мной, и что я могу ему доверять.