Альфа и Омега (ЛП)

— Я звоню, чтобы поговорить с марроком, но, возможно, вы тоже можете мне помочь.
Последовала пауза, затем Бран сказал с ноткой сожаления:
— Я и есть маррок, дитя.
На Анну снова накатила паника, но прежде чем успела извиниться и повесить трубку, он успокаивающе сказал:
— Все в порядке, Анна. Ты не сделала ничего плохого. Скажи мне, почему ты позвонила.
Она глубоко вздохнула, понимая, что это ее последний шанс проигнорировать то, что видела, и защитить себя.
Но вместо этого рассказала о газетной статье и о том, что видела пропавшего мальчика в доме Лео, в одной из клеток, в которых он держал новообращенных волков.
— Понятно, — пробормотал Бран на другом конце телефонной линии.
— Я не могла доказать, что происходит что-то плохое, пока не увидела газету, — сказала она ему.
— Лео знает, что ты видела мальчика?
— Да. — В районе Чикаго было два альфы. На мгновение она задалась вопросом, как он понял, о ком именно она говорит.
— И как он отреагировал?
Анна тяжело сглотнула, пытаясь забыть то, что произошло потом. После того, как пара Лео заступилась за Анну, альфа прекратил отдавать ее другим самцам, но в ту ночь Лео посчитал, что Джастин заслуживает награды. Ей ведь не обязательно говорить об этом марроку?
Он избавил ее от унижения, уточнив свой вопрос:
— Он рассердился, что ты увидела мальчика?
— Нет. Он был… счастлив его заполучить и радовался вместе с его похитителем.
На лице Джастина оставалась кровь, и от него воняло азартом охоты.
Лео был счастлив и тогда, когда Джастин впервые привел к нему Анну. А вот Джастин разозлился, потому что не ожидал, что она окажется покорным волком. Покорность означала, что место Анны в самом низу иерархии стаи. Джастин быстро решил, что совершил ошибку, изменив ее. Она тоже думала, что он ошибся.
— Понятно.
И по какой-то причине у нее возникло странное ощущение, что он и вправду все понял.
— Где ты сейчас, Анна?
— В доме подруги.
— Она тоже оборотень?
— Нет. — Но поняв, что он может решить, что она рассказала кому-то об оборотнях (а это было строго запрещено), поспешила объяснить. — У меня дома нет телефона. Моя соседка уехала, и я забочусь о ее коте. Я воспользовалась ее телефоном.
— Понятно, — снова произнес он. — Я хочу, чтобы ты сейчас держалась подальше от Лео и своей стаи. Если кто-то узнает о твоем звонке, ты будешь в опасности.
Это было преуменьшение века.
— Хорошо.
— Так получилось, — добавил маррок, — что недавно мне стало известно о проблемах в Чикаго.
При мысли что она без необходимости рисковала всем, Анна почти пропустила мимо ушей его следующие слова.
— …обычно я бы связался с ближайшей стаей. Однако, если Лео убивает людей, я не понимаю, как другой альфа в Чикаго мог не знать об этом. Поскольку Джейми не связался со мной, думаю, что оба альфы в той или иной степени вовлечены в это дело.
— Оборотней создает не Лео, — сказала она. — Это делает Джастин, его заместитель.
— Альфа несет ответственность за действия своей стаи, — холодно ответил маррок. — Я отправлю… следователя. Он вылетит в Чикаго сегодня вечером. Я бы хотел, чтобы ты его встретила.
И вот так получилось, что ночью Анна стояла обнаженной между парой припаркованных машин в международном аэропорту О'Хара. У нее не было ни машины, ни денег на такси, но аэропорт находился всего в пяти милях от ее квартиры. Было уже за полночь. Мех волчицы Анны черный, как смоль, по размеру она меньше по равнению с другими оборотнями. Если кто-то увидит ее, то может подумать, что она бродячая собака.
Стало холоднее, и она поежилась, натягивая футболку, которую принесла с собой. В ее маленьком рюкзаке не нашлось места для куртки, но она запихнула в него туфли, джинсы и топ — все самое необходимое.
Вообще-то, она никогда раньше не бывала в аэропорту, и ей потребовалось некоторое время, чтобы найти нужный терминал. К тому времени, как добралась туда, он уже ждал ее.
Только после того, как повесила трубку, Анна поняла, что не спросила у маррока, как выглядит его следователь. Она беспокоилась об этом всю дорогу до аэропорта, но это оказалось лишним. Ошибиться было невозможно. Даже в оживленном терминале люди останавливались, чтобы украдкой посмотреть на него и тут же быстро отвернуться.
 
Хотя в Чикаго редко можно встретить коренных американцев, они, в отличие от гостя, не привлекали такого внимания. Никто из людей, проходивших мимо него, вероятно, не смог бы точно объяснить, почему они не могли оторвать от него глаз, но Анна знала причину. Такое всегда происходило с очень доминантными волками. Лео тоже привлекал всеобщее внимание, но не до такой степени.
Мужчина был высоким, даже выше Лео, его черные волосы заплетены в толстую косу, которая доходила до расшитого бисером кожаного пояса. Темные джинсы выглядели новыми — яркий контраст с его поношенными ковбойскими сапогами. Он слегка повернул голову, и в свете ламп блеснули золотые гвоздики в ушах. Почему-то он не походил на человека, который прокалывает себе уши.
Кожа цвета тикового дерева была подтянутой, черты лица экзотические. И по его лицу невозможно ничего прочитать. Его темные глаза медленно блуждали по шумной толпе, кого-то выискивая. Он на мгновение посмотрел на Анну, и у нее перехватило дыхание, словно ее ударили в живот. Затем его взгляд переместился дальше.
Чарльз ненавидел самолеты. Особенно ненавидел летать, когда за штурвалом сидел кто-то другой. Он прилетел на своем самолете в Солт-Лейк-Сити, но прибытие его маленького джета в Чикаго могло насторожить его добычу. А он хотел застать Лео врасплох. Кроме того, после того как закрыли Мейгс Филд, он перестал летать сам в Чикаго. На О'Хара и Мидуэй было слишком много самолетов.
Он ненавидел большие города. Здесь так много забивающих нос запахов, так много шума, что он улавливал обрывки сотен разных разговоров, даже не прислушиваясь, но мог не заметить, как кто-то подкрадывается к нему сзади. Кто-то столкнулся с ним на проходе, когда Чарльз выходил из самолета, и ему пришлось подавить желание толкнуть в ответ гораздо сильнее. Прилетев в О'Хара посреди ночи, он, по крайней мере, избежал толпы, но вокруг все еще слишком много людей, чтобы чувствовать себя комфортно.
И он ненавидел сотовые телефоны. Когда включил свой мобильный после приземления самолета, его ждало сообщение от отца. Теперь вместо того, чтобы идти в пункт проката автомобилей, а затем ехать в свой отель, ему предстояло найти какую-то женщину и остаться с ней, чтобы Лео или другие волки из стаи ее не убили. У него было только имя, Бран не счел нужным дать ее описание.
Чарльз остановился у ворот службы безопасности и осмотрелся по сторонам, надеясь, что инстинкты помогут найти нужную женщину. Он почувствовал запах другого оборотня, но из-за вентиляции в здании аэропорта, не мог точно определить источник запаха. Сначала его взгляд зацепился за молодую девушку, у которой была бледная кожа, вьющиеся волосы цвета виски и вид человека, которого регулярно избивали. Она выглядела усталой, замерзшей и слишком худой. Его разозлило это зрелище, а он и так слишком зол, и это опасно. Поэтому он заставил себя отвести взгляд.
Там была еще женщина, в деловом костюме, который подчеркивал теплый шоколадный оттенок ее кожи. На вид ей не совсем подходило имя Анна, но она выглядела так, словно могла бросить вызов своему альфе и позвонить марроку. Она явно кого-то искала. Он почти двинулся к ней, но затем выражение ее лица изменилось, когда она нашла нужного человека. И это точно был не Чарльз.
Он снова начал осматривать здание аэропорта, когда тихий, неуверенный голос слева от него произнес:
— Сэр, вы только что прилетели из Монтаны?
Это оказалась девушка с волосами цвета виски. Видимо, она подошла к нему, пока он осматривал другой конец зала. Она не могла бы этого сделать, если бы он не стоял посреди чертового аэропорта.
По крайней мере, ему больше не нужно искать контакт отца. Теперь, когда она так близко, даже искусственные воздушные потоки не могли скрыть, что она оборотень. Но не только нюх подсказал ему, что она была чем-то гораздо более редким.