В любви и на войне все средства хороши! Книга 2 (СИ)
— Тогда приходи сегодня ко мне. Ночью. Придешь?
— Не знаю. Правда. Может быть… нет, не могу обещать. Все это слишком…
— Не обещай. Просто приходи, если надумаешь. Я оставлю открытой дверь.
— Рон…
— Не говори ничего! Просто приходи. Я буду ждать.
С этими словами он поставил меня на пол, резко отстранился и стремительно вышел за дверь, не забыв притворить ее за собой. А я обессилено опустилась прямо на пол. Ноги отказывались меня держать, а душу рвали на части противоречивые эмоции.
Что же, мой план удался. И все прошло даже лучше, чем я рассчитывала. Даже играть особо не пришлось, подталкивая его к нужному для меня решению. Вот только чувствовала я себя при этом последней тварью. Боги, что со мной сделала эта война?!
Да и война ли?
Не я ль говорила о том, что отныне сама принимаю решения о своей судьбе. Вот и ответственность за все нести тоже мне, а не сваливать все на обстоятельства. Мне и отвечать за последствия. Ведь не простит, когда узнает, как я его обманула. Не простит… И будет прав.
Вот только не время сейчас для самобичевания и оправданий. Надо собрать все необходимое, проверить оду интересную идею и хоть немного отдохнуть перед дорогой. А там уже и ночь наступит, когда можно будет пойти доставать карту и накопитель.
В комнату Рона я кралась, чувствуя себя настоящей воришкой! Да к тому же терзаясь сомнениями: а если он уже заснул, что лучше сделать? Взять необходимое и уйти? Или все же остаться с ним, как он и просил? Дилемма не из легких, особенно учитывая, что мне и самой этого хотелось просто неимоверно. Какой смысл врать себе или притворяться недотрогой? Я люблю его. И хочу его. А Рон хочет меня. И он мой муж. Точнее, станет им навсегда, если между нами все же что-то случится сегодня ночью. Но это повлечет за собой уже совсем другие проблемы.
Однако все мои сомнения развеялись, стоило только зайти к нему в комнату и увидеть на постели мирно спящего мужчину. Во сне лицо Рона разгладилось и даже как-то смягчилось. Я уже видела его спящим и не раз. но тогда он по большей части или метался в жару, борясь за жизнь, или приходил в себя после тяжелой болезни.
Сейчас же все было совсем иначе. Мужественный, невозможно красивый и почему-то такой родной, что у меня аж сердце защемило от нежности. А в груди стало тепло-тепло.
Не выдержав, я все же поддалась порыву и, скинув на пол платье, скользнула под одеяло, придвигаясь ближе. Легла на бок и облокотившись на руку замерла, не в силах оторвать взгляд от любимого лица. Длинные, чуть изогнутые на концах ресницы, прямой нос, чувственные, четко очерченные губы, которым так и хочется прикоснуться, обвести по контуру пальцем, а потом склониться ближе и попробовать их на вкус.
Сама не заметила, как проделала все, о чем мечталось и лишь когда мужские губы дрогнули в ответ, неожиданно отвечая на поцелуй, испугалась и попыталась отстраниться. Но было уже поздно.
Талию сжали крепкой хваткой и притиснули мое тело к себе так близко, что я почувствовала все рельефы накачанного мужского торса. И не только. Поцелуй увлек, закружил, заставил забыть где я нахожусь, полностью отдаваясь во власть феерических ощущений. Я даже не заметила, как оказалась на спине, прижатая к постели крепким мужским телом.
Но внезапно поцелуй прервался. Открыв глаза, увидела склонившегося надо мной Рона, с напряженным вниманием вглядывающегося в мое лицо. Словно он не верил тому, что видел и вместе с тем отчаянно надеялся, что это правда.
— Не сон… — ласковым касанием провел по моей щеке кончиками пальцев.
— Нет, не сон… — мягко улыбнувшись, подтвердила я, наслаждаясь его нежностью.
— Ты пришла… — шепчет недоверчиво, а руки тем временем, все смелее оглаживают изгибы моего распростертого под ним тела.
— Пришла, — отвечаю просто.
А что тут скажешь еще? Не рассказывать же ему все те мысли, которые пришли в мою голову за последний час и послужили причиной такого отчаянного поступка. Да и вообще, не время разговаривать. Я хочу успеть урвать кусочек своего счастья, чтобы навсегда запомнить каково это…
Ласково огладив ладонями напряженные плечи мужчины, бугрящиеся рельефными мышцами, я прошептала.
— Сама пришла. К тебе. Люби меня, Рон… Пожалуйста. Я боюсь…
— Ничего, не бойся, Эри, — обнял крепко. Так, что, казалось, хрустнули все ее косточки, и прошептал на ухо: — Я с тобой, родная. И никому тебя не отдам, слышишь? Все будет хорошо. Обещаю.
Слишком серьезно он это сказал. И слишком… пугающе. Будто прощался. Поэтому я поспешила сменить тему, уводя мысли Рона в совершенно иное русло.
— А можешь сделать хорошо прямо сейчас? — проворковала игриво, подалась вперед и легонько прикусила его за мочку, одновременно призывно поводя бедрами.
Большего ему и не потребовалось. Рон как с цепи сорвался, обрушив на меня ураган так долго сдерживаемой страсти. А я, наконец-то, смогла испытать, что такое настоящее наслаждение, сгорая в объятиях любимого мужчины. Наши жадные поцелуи, исступленные ласки, неистовое и такое неожиданно прекрасное соитие — все это просто свело меня с ума, накрыв с головой эмоциями и ощущениями, приведшими к небывалой по силе разрядке.
Казалось, все мое тело вибрирует и поет, изливая в этот мир неудержимые потоки магии. Но я и не пыталась их как-то остановить или перенаправить. Слишком обессилена была. Чувство абсолютной удовлетворенности заставляло ощущать себя той самой сытой и довольной кошкой, готовой замурлыкать, свернувшись клубочком на коленях любимого человека.
И только когда бешеный стук сердца начал входить в нормальный ритм, а дыхание выровнялось, пришло осознание того, что только что произошло. Но я не жалела ни капельки. Потому что это было прекрасно. Пусть и случилось все достаточно быстро, но о лучшем я и мечтать не смела. Хотелось надеяться, что и для Рона все это значило так же много, как для меня.
Ласково провела рукой по спине все еще лежащего на мне мужчины и нежно поцеловала его в плечо, без слов благодаря его за подаренное только что наслаждение. Но чего я не ожидала, так это тог, что Рон, на мгновение замерев, словно окаменеет, а потом стремительно приподнимется на локтях и сжав мое лицо в ладонях, сурово скажет:
— А теперь рассказывай, Эри!
Голос его был еще немного хриплым, но сердито нахмуренные брови и упрямо сжатый рот не оставляли сомнений в том, что он очень серьезен. Неужели догадался о моем плане и теперь хочет меня наказать?
Душа ушла в пятки, а голос с перепугу получился высоким и ломким, когда я испуганно переспросила, все еще надеясь на то, что сумею выкрутиться:
— О чем рассказывать?
— Обо всем!
Хорошо сказал. Понятно, главное. Однако увидев мои широко распахнутые глаза и полный недоумения взгляд, все же уточнил свою мысль.
— Как ты смогла меня обмануть в госпитале? Ведь это не ты занималась со мной любовью! Тогда кто? И как вообще все это подстроила?
Признаться честно, я чуть не рассмеялась от охватившего меня облегчения. Испугавшись, что Рон прознал о моих ближайших планах, я совсем не восприняла всерьез его возмущение по поводу давно минувших дней. Он тогда повел себя не самым лучшим образом. Я ответила ему той же монетой. Мы квиты. Зачем сейчас прошлое ворошить? Да и не имеет это уже значения. Для меня не имеет. А вот то. что я сейчас тут время трачу на пустую болтовню, вместо того, чтобы претворять в жизнь свой план — совсем не здорово.
Однако Рон был настроен более чем серьезно, в стремлении докопаться до истины. Чем-то я видать опять задела его мужскую гордость. Или просто больно щелкнула по носу за его самонадеянность и эгоизм. Как бы то ни было, но с этим нужно было заканчивать. Потом еще успеем поговорить. Если вернусь. Точнее, КОГДА вернусь!
Я уже примерилась, к одной из точек, которые показал мне накануне Грэг, чтобы отключить Рона на некоторое время, но все же медлила, прекрасно понимая, что попытка у меня будет только одна. А он гораздо более опытный противник, чем я и сможет с легкостью не только разгадать мой маневр, но и с легкостью его отразить. В моем первоначальном плане я собиралась отправить его в крепкий сон, кода он и так уже будет пребывать в сладкой дреме и не успеет ничего сделать. А его тут неожиданно на выяснение отношений понесло! Вот же невезение! Выпутываться-то теперь как?!