Страж Кодекса. Книга II (СИ)
— Спасите, молю! — пытался забраться в портал перепуганный до ужаса легионер.
— Мы передадим королю, что вы храбро отдали свои жизни! — злобно ответил один из магов. — Сражайтесь до конца!
Портал закрылся прямо перед мордочкой гвардейца, который от страха не мог устоять на ногах. Он осел прямо на песке и смотрел на бурю, из которой выползали огромные Черви.
Идеалы его народа рассыпались прахом от того, как поступили маги. Они могли спасти ему жизнь. Могли пропустить в портал, но нет… Они бросили его и всех остальных здесь, умирать.
В последний раз, перед тем, как его поглотила пасть исполинского Червя, легионер посмотрел на человека, что привёл в их лагерь чудовищ, и прошептал:
— Надеюсь, он уничтожит вас всех…
Глава 12
Красный Разлом… Дворец Короля Белокуса Белториуса Четвертого…
Нервно перебирая передними лапками, Белториус не мог найти себе места. Он ходил по тронному залу кругами и бездумно смотрел в пол. Даже вкусные орешки в медовой карамели, лежавшие на столе вместе с остальными сладостями, не вызывали у него радость и аппетит.
Это был разгром. Весь легион «Пушистый Хвост» уничтожен. Тысячи солдат, снаряженные и вооруженные. Потраченные ресурсы утеряны безвозвратно. Да, именно в такой роли их воспринимал король. Так ему было удобнее, ведь от количества ресурсов зависело, как сильно качался трон под его мохнатой задницей. Политические враги только и ждали, чтобы воткнуть в сердце Белториуса кинжал, заняв престол, а армия была одной из немногих причин, почему те действовали скрытно.
— Целый легион… Эта человеческая мразь уничтожила годы трудов! Выродок без шерсти, которых мой народ использовал, как рабов, посмел угрожать моей власти! НЕНАВИЖУ!
Он с силой топнул лапкой, пол тронного зала задрожал, но король быстро взял себя в руки и вновь стал нарезать круги.
— Может, обратиться к ней?… Нет-нет, это будет ошибкой… Императрица даже не послушает меня…
Когда над головой собирались тучи и будущее становилось туманным, Белториус часто начинал рассуждать вслух сам с собой. Его порой даже не заботило, что такие разговоры могут подслушать. Слишком уж он увлекался. Впрочем, в данный момент в зале была лишь его призванная телохранительница, всё также пародирующая одну из статуй. Девушка хоть и наблюдала за нервничающим Белкусом, но ей было откровенно наплевать на его душевные метания.
Она ждала. Крепко и незаметно сжимая рукояти клинков, Вериса горела в нетерпении наконец-то посмотреть в глаза тому, кто…
— Мой король! — в тронный зал ворвался гвардеец. — Донесение разведчиков с фронта!
Белториус замер, оторвал взгляд от пола и посмотрел на солдата. Он перестал хаотично перебирать передними лапками и протянул одну из них, яростно отдав приказ:
— ДАЙ СЮДА! БЫСТРО!
Побледневший гвардеец преклонил колени и протянул пергамент, который сразу же был разорван. Король внимательно вчитался в написанное и его мысли подтвердились. Лысый ублюдок спланировал абсолютно всё. Рептилии нашли для него лагерь легиона, а он привёл Червей, которые уничтожили его. Идеально сделанная работа чужими руками. Не будь человек врагом, а благородным Белкусом, то он бы даже возвёл его в генералы. Тем более, что из-за такого хода армия ящериц смогла пройти без проблем по пескам, обойдя Червей!
Хитрый, беспринципный, умный и дерзкий враг. Убивать его будет даже жалко, ведь, обычно, таких врагов Белториус привык использовать. Их знания и опыт, что позволят укрепить его власть. Тем более, он уже так делал. Недавно воины поймали четырех людей, томящихся сейчас в казематах и подвергающихся пыткам. Уж на них Белториус отрывался вовсю, вымещая злобу и ненависть на жалкого человечишку, которого не может поймать и убить.
Ощутив новую волну ярости, Король отдал приказ привести ему пленных людей. Причиняя боль и пытки, ему думалось лучше всего.
Когда в зал затащили изможденных и избитых молодых девушку и трёх парней, Белториус щёлкнул коготками, и тех сразу же схватили лианы с потолка!
— Кгха… — хрипло застонала человеческая самка в обрывках одежд, в которых можно было признать поддоспешную форму Центра Охотников.
Двое её напарников заверещали от боли, моля о пощаде, а третий… не издал ни звука. Даже когда лианы сломали ему руки в трёх местах, он смотрел лишь на Белториуса.
— Жалкие людишки, — с улыбкой садиста подошёл к ним король. — Знаете, почему вас пытают сейчас? Почему вам больно? Потому что один из ваших сородичей не понимает и не принимает власть и силу Великого народа Белкусов. Мою власть! К сожалению, — цокнул он, — я пока не могу добраться до него. А раз так, то вы станете моими игрушками, чтобы выместить злобу и очиститься от мыслей!
Крики страданий и воплей эхом звучали в тронном зале. Величественное место на короткий миг превратилось в натуральную скотобойню, где лилась кровь и витало отчаяние.
Хоть Вериса и сохраняла на лице безразличие, но даже её маска холода треснула, когда пленная девушка взмолилась о помощи. Такой ход от человеческой самки вызвал ещё больше радости и смеха у короля. Зря они пытаются искать помощи у его призванной слуги.
— Почему ты не кричишь, человечек? — с нотками раздражения спросил Белториус, смотря на светловолосого парня. — Я сломал тебе руки и ноги. Твоя кровь залила пол, но ты всё равно не издаёшь ни звука. Я хочу, чтобы ты кричал!
— И-иди… — сипло заговорил парень пересохшими губками. — В пиз…
Слова человека заглушили вновь открывшиеся двери зала. Личная гвардия короля тащила связанных и избитых магов, которые бежали с поля боя и думали, что Белториус их пощадит.
Минутами ранее он отдал приказ привести этих неудачников. Всё же пытки помогли ему очистить разум и придумать план, от которого подбородки короля затряслись в такте. Великий план!
— П-пощадите, ваше великолепие! Пощады! Молим вас, король! — заголосили маги, но Белториус был непреклонен.
— Вы получите свою пощаду, — безумно засмеялся он, а затем лианы подхватили магов. — Но не такую, какую желаете!
* * *Мне снился сон, который больше был похож на реальность. В нём я вновь оказался в Блошином квартале города Лиганор. Грязь и грубый камень дорог, вонь от сточных канав, крики торгашей и сталь, которую в тебя мог вогнать даже ребёнок. Таков был Блошиный квартал. Я бежал… Держа в руках две буханки свежего и только что испеченного хлеба. Старик Лорис в этот день был добр и раздавал буханки беспризорникам вроде меня.
— Стой, Райнер! Иначе пожалеешь!
Крик, больше похожий на визг свиньи, принадлежал Нолу. Ублюдок, который был в разы старше меня, как и его прихлебатели. Они подминали под себя малолеток и заставляли тех работать. Кто мог воровать — воровал. Другие же просили милостыню, а если ты попрошайничал слишком мало и твой вид не вызывал жалость, то тебе могли сломать ногу или руку. В худших случаях — выколоть глаза. Больше жалость — больше денег. Суки…
Мои ноги давно покрылись твердыми мозолями, почернели от пыли и сажи, ведь часто приходилось забираться на чердаки домов и спать возле дымохода. Либо же возле печей с углём, что редко можно было найти на улицах. Но благодаря этому я мог бежать по камням и не чувствовать боль. Да… По ногам можно многое сказать о человеке. Кто он и откуда.
— Прыткий ублюдок! Мы тебя всё равно догоним!
Я улыбнулся, словно зверь, загнанный в угол, продолжая бежать. Грязные переулки встречали меня не только вонью, но и телами бездомных, а порой здесь можно было найти и трупы.
Вылетев на главную улицу, чуть не напоролся на карету благородных. Кони заржали, а кучер заматерился, огрев меня хлыстом и оставив ожог на щеке.
— Куда прёшь, мелкий недомерок⁈
— Тц-ц! — покрепче сжал я хлеб и начал оббегать карету, стараясь не уронить горячую ношу и не врезаться в людей.
Вкусно пахнущие, чистые и опрятные. Они шарахались меня, словно от прокаженного, закрывая носы платками и бросая обидные фразы в спину.