Собиратель Сухоруков (СИ)

Развернулся и ушел. Уже давно меня так часто не обламывала жизнь. Сильнее – да (ведь я же оказался здесь), но так часто – никогда. Только поверишь в успех – и снова неудача. Уже столько усилий, столько идей было вброшено в этот проект… А мы, возможно, просто не знаем о какой-то краеугольной мелочи – и обречены на неудачу.
Дни текли дальше. Они были полны событиями: в Аграбе достроили стену и начали рушить последний оставшийся скальный пандус. Теперь в мою цитадель можно попасть только по приставным лестницам через три незаделанных проема. «Прынц» получил новую рабочую силу и завершил расчистку северного берега ручья. Его люди завершали засыпку ям, а Кровавая Чаша уже сам просил доверить ему строительство «торгового центра».
Всё это было здорово, но я каждый раз косился на подворье КБ, когда проходил мимо.
Потом я вообще уехал в Крыло – там проходил запланированный съезд. Съезд всех имачат Серой Воды. Я уже давно попросил Кочи разослать гонцов по всем селениям, чтобы собрались на новую луну во дворце. И сам подъехал. Давно было пора поставить свои владения на учет. В Крыле я побеседовал с каждым вождем, узнал, где какое селение находится, сколько в каждом родов, сколько людей, чем конкретно богаты те или иные роды. Даже небольшую карту-схему составил.
А потом, на общем совете объявил, что на будущий год сокращаю для всех подати вдвое. Выслушав крики радости и благодарности, добавил, что на «вырученные средства» каждое селение должно сформировать двадцатку хорошо вооруженных воинов. Которые должны оберегать покой селения, а по приказу владыки – явиться, куда скажут. Имачаты задумались и согласились. Реальное снижение податей показалось им полезнее.
Когда я вернулся домой (удивительно, но меньше чем за два месяца ситуация радикально изменилась: теперь моим домом мне казалась Аграба, а не сонное Крыло), то ко мне очередь выстроилась. Все с жалобами, просьбами, предложениями. И в этой очереди я приметил главу моего КБ.
– Циль! – выхватил я его, с надеждой глядя в глаза. – Ты пришел из-за стекла?
– Приходи к нам, владыка, – улыбнулся Луч Света. – Не сейчас, а когда со всеми делами покончишь. Не спеши! Пообедай – и приходи.
– Да скажи же мне! – встряхнул я интригана. – Получилось.
– Сам не знаю. Приходи.
И снова всё во мне бурлило и кипело, не было никаких сил заниматься обычными делами. Всё равно почти два часа пришлось потратить на текучку, а затем я повесил на двери табличку «Ушел на обед» и рванул в КБ.
Циль сидел у стены за низеньким столиком. Печь вдалеке свистела и гудела, но он не повел меня к ней, а пригласил сесть рядом. В руках он держал выплавленную из песка каменюку.
– Такой камень интересный оказался, владыка. Мы еще пять-шесть штук выплавили. Удивительно легко колется, – он вдруг взялся за булыжник с двух сторон и разделил на части. – Края выходят гладкие, блестящие, грани острые. Весьма похоже на камень крови земли. Только не такой прочный. Кожу, мясо им еще можно резать, а вот уже дерево – нет. А еще, если взять его горячим и полить водой, то он потом в мелкое крошево рассыпается от малейшего удара. Мокрый Камень взялся осколки полировать, оказалось, что те легко принимает нужную форму. Правда становится весь такой шершавый, мутный…
– Ты главное скажи! – еле сдерживался я.
– Сейчас. Помнишь, владыка, как я сделал… тигель? Раскрошил черепки. Мы с твоим камнем всё перепробовали… И вот решил я: а почему бы и нет? Истолок три новых камня в порошок, и этот порошок засыпал в сосуд, да в печь сунул.
– И?!
– Пошли! Наверное, уже готово.
И он повел меня к печи. Взял палки-щипцы, уверенным движением вынул тигель из огня и наклонил. Я боялся, я страшно боялся сглазить, спугнуть надеждой… но это чертово желто-багровое нечто в глубине тигля шевельнулось и поползло! Как маленький язык лавы, как горячая карамель, тестообразная смесь сместилась вниз, свесилась с ободка тигля и вытянулась в длинную каплю. Только так и не капнула. Застыла.
Но это было стекло! Мутное, непрозрачное, но стекло!
 
 Глава 13. Мы лепили бизнес-план 
 
Зал заседаний был сегодня полупустой, ибо разговор предстоял специфический. Передо мной за столом сидели Ннака, Циль Наукаль, Шикальиеци, еще пара «бригадиров» ударной стройки, пара уважаемых излучинских мастеров (с которыми я плотно сотрудничал). Позвал также Сына Обезьяны, надеясь на его нестандартные предложения.
Вот этой командой нам и предстояло разработать «бизнес-план» нашего рынка. Уже в деталях, с расходами и доходами, прайсами, штатными списками и даже рекламой. При том, что сам рынок еще был далек до завершения. «Прынц» ударными темпами расчистил северный берег ручья до самой реки, его выровняли и укрепили. В ближайшие дни почти все имеющиеся у меня силы будут брошены на строительство биваков, торговых прилавков, «таверны» и гостиницы. Последнюю я хотел построить в два этажа – гулять так гулять! Все локации были уже определены на местах, даже линии прочертили: что и как строить будем. Однако, пока эти замки более чем воздушные. Но!
Но решать вопрос монетизации моих фантазий стоит заранее. Потому что недавно у меня произошел весьма невеселый разговор с Мясом.
– Володыко, – хмуро начал горец. – Казна совсем пуста.
Мой помощник всегда был прижимист. К богатствам владыки относился, как к своим (а кое-что на самом деле своим делал), любые траты воспринимал, как личное оскорбление. Полуобритый «домовенок Кузя» вечно ворчал, что тратим богатства «на что ни попадя». Я уже привык и относился к этому, как к внезапному дождю: ничего тут не поделаешь. Однако, на сей раз Ннака говорил очень тихо и спокойно. Что и насторожило.
– Как совсем пуста?
– Ну-тко, не совсем, конечно. Продуктов еще много, хотя, воины твои жрут кажный в три горла. А вот прочего – ну совсем мало!
Оцколи помолчал, подбирая слова.
– Когда мы твои богатства из Крыла перевезли, я всё посложил – и аж сердце зашлось! Как много-то всего! Но тут такие расходы начались… Казна пустеет на глазах. Перья, ткани, камни, прочие украшения – всё это уходит на оплату. Камень крови земли тоже не задерживается – весь уходит на снаряжение воинов. Единственное, чего не убавилось – медь и какашут. И то – ты ж сам запретил траты эти. Володыко, мы також до весны с одним маисом останемся.
Горец вздохнул и ушел по своим делам. Оставив меня перед фактом: я сильно увлекся. С чего-то ресурсы показались мне неисчерпаемыми. Для решения любой задачи я привык просто давать приказ: Ннака, заплати! Даже не пытался просчитывать экономическую целесообразность своих действий. А ведь кому это делать, как не мне!
Нет, пора за дело браться всерьез. Если уж я вбухиваю в «рынок товаров и услуг» огромные средства, нужно просчитать и прибыли. Причем, надо сделать так, чтобы львиная их часть шла именно в мой карман. В казну, то есть.
Начали с торговых прилавков, тем более, что они первые и будут встречать гостей. Мы решили пока построить десять точек, расположенные в два ряда. Они образуют улочку, которая поведет гостей к прочим удовольствиям.
– Самую первую отдадим смотрителю рынка, – начал я. – Он будет собирать плату за пользование прилавком. Сколько, на ваш взгляд, стоит брать платы за один день?
Универсального эквивалента не было, поэтому мои советники прикинули расценки сразу на несколько видов товаров. В итоге суточная аренда прилавка торговцам обойдется в 40 зерен какао или четверть головы соли, большой горшок маиса, пять локтей агавового или два локтя хлопкового полотна.
– А как торговец потом подтвердит, что он купил себе место? – спросил Сын Обезьяны.
– А смотритель на что? – удивился я.
– Смотритель – всего лишь человек, – пожал плечами поклонник обезьян, не очень-то веривший в порядочность людей. – На такой доходной работе у него появится искушение взять плату дважды, например.
Неужели я принес в этот мир не только радости прогресса, но и коррупцию? Похоже, что так и есть, если четлане сами рассматривают подобные варианты.