И не оглядываться (СИ)

Взгляд Северуса потемнел, и он бесшумно выбрался из кровати, не потревожив Гарри. У самой двери он остановился и, взглянув на Джеймса, выразительно поднял бровь:
— Ну? Фокус ждать не будет.
Джеймс оказался в коридоре спустя мгновение, и его сразу же прижали к стене. От требовательного поцелуя и горячих ладоней на теле разум окончательно отказал, и Джеймс попытался опуститься перед Северусом на колени, чтобы вернуть долг.
— С ума сошёл… Гарри же… увидит…
Северус съехал спиной по стене, оказываясь на полу рядом с Джеймсом и вновь целуя его, жадно и горячо.
— А маленький фокус?
— Сейчас…
Горячая ладонь Северуса пробралась под резинку штанов Джеймса, сжимая давно вставший член. Ну, хоть так…
Они стояли друг перед другом на коленях и тяжело дышали.
— Как подростки, — усмехнулся Джеймс, утыкаясь лбом в прохладное плечо Северуса. — Но мне нравятся твои фокусы.
— Вообще-то я собирался только тебя поцеловать, — немного ворчливо фыркнул он и довольно улыбнулся. — Фокусы… ты как придумаешь…
Однако такое начало задало тон всему дню. Джеймс пользовался любым поводом, чтобы зажать Северуса и хорошенько потискать, поэтому неудивительно, что весь день они ходили возбуждённые и плохо соображали. Во всяком случае, Джеймс так точно, иначе сразу бы заподозрил неладное, заметив чёрного филина, сидящего на подоконнике.
— От Сириуса, — пояснил Северус, будто это и так не было понятно, и добавил: — Мне.
Он быстро написал ответ, а потом так же быстро стал собираться.
— Я ненадолго.
Удерживать его Джеймс не стал, как и подробно расспрашивать, какого, собственно, чёрта, Северус срывается на ночь глядя по приглашению Сириуса. Но стоило закрыться входной двери, как он принялся бродить по дому, не находя себе места. В голове роились самые страшные подозрения. Отчего-то казалось, что Бродяга вполне мог соблазнить невинного Северуса и… блядь! А где невинный Северус научился так сосать?
Джеймс уложил Гарри и, спустившись в гостиную, уселся прямо на полу, глядя на огонь в камине. Чем дольше не было Северуса, тем сильнее казалось, что он уже никогда не вернётся. В конце концов, он за день даже не вспомнил о том, что надо перенести вещи! Точно! Он и не собирался переезжать к Джеймсу, и получив малейший повод, сбежал… И хрен ещё знает, что было в той бумажке с условиями, на которые Джеймс так опрометчиво согласился.
Когда позади раздался шорох, он уже решил, что прошло слишком много времени, и это Гарри бредёт к камину, но нет…
— Джей!
Они встретились так, будто расставались минимум на месяц: нетерпеливо избавляя друг друга от одежды прямо на месте, не вспомнив об удобной кровати в спальне. И поцелуи были такие жадные, что все ядовитые фразы про то, каков же Сириус в деле, вылетели из головы без следа. Джеймс разложил Северуса прямо на полу и, едва освободив его член из тесных брюк, взял в рот. Не то чтобы кто-то протестовал… единственное, что сделал Северус, это извернулся так, что его лицо оказалось как раз напротив резинки пижамных штанов Джеймса, за которую он и потянул зубами…
— Я скучал, — пробормотал Джеймс, когда первая жажда была удовлетворена.
— Я заметил, — улыбнулся Северус, устраивая голову на его плече.
— Ты долго…
— Так получилось. Я обещал.
Как будто ему нужны оправдания! Джеймс вытащил из-под поясницы ботинок Северуса:
— Пойдём в постель, а?
Каким покладистым иногда всё-таки становился Северус! В спальне он облачился в клетчатую пижаму, которую уже, видимо, считал своей, и чопорно сказал:
— Ты же понимаешь, что мне нужно какое-то место для работы?
— Конечно, — Джеймс воодушевился таким доказательством серьёзности намерений. — Я уже в подвале почти оборудовал лабораторию.
— Ты?
— Ну да. Оборотное, кстати, тоже я варил.
— А у тебя, оказывается, масса скрытых талантов…
А вот это уже была чистой воды провокация! На которую, впрочем, Джеймс вполне достойно ответил, и угомонились они ещё нескоро. Сквозь сон он почувствовал, как Северус натягивает на него пижамные штаны, ворча про «озабоченных папашек». И пусть! Джеймс подгрёб его себе под бок и счастливо уснул, вдыхая запах волос, вымытых его личным шампунем…
 
Конечно же, Гарри снова пришёл к ним ночью, давая повод задуматься о том, как его от такого отучить. Сейчас он, конечно, многое не понимает и ещё большему не придаёт значения, а станет постарше? То-то же!
Увидев утром лабораторию Джеймса, Северус явно прикусил язык, чтобы чего не ляпнуть, но это было так явно, что Джеймс не выдержал:
— Нравится?
— Угу, — отозвался Северус.
— Я так и думал, что тебя всё устроит, — продолжил Джеймс, ожидая, когда Снейпу, наконец, надоест такая корректность.
— Вытяжку надо… сюда… — наконец, отмер Снейп. — А ещё стол повыше, приличное освещение, открытый стеллаж и шкаф… и горелку… нормальную. А котлы у меня есть… и ингредиенты…
— Короче, всё поменять?
— Ну да… ты не думай, что это каприз, просто…
— Просто что?
— Просто так невозможно работать, и то, что ты сварил здесь Оборотное — это как чудо… ну, как если бы варил его вообще в каком-нибудь неприспособленном для этого месте…
— В туалете, например.
Снейп немного покраснел и кивнул.
— Хорошо, что ты понимаешь… не возражаешь, если я начну с вытяжки?
Джеймс не стал бы возражать, даже если бы Северус вообще снёс половину дома, только он не собирался о таком сообщать. Мало ли… У самого Снейпа дом-то того, взорвали… а жить где?
Два дня Северус был занят, обустраивая лабораторию, в которую Джеймс заходил, сгорая от любопытства, когда оставался в доме один. Что он мог сказать? Не зря Снейп получил своё мастерство, ой, не зря! И разбирался в этом вопросе он очень прилично. Гарри тоже проявлял интерес к лаборатории, но довольно умеренно. И хорошо, потому что представлять, что сможет натворить заинтересованный ребёнок в потенциально опасном для себя месте, не хотелось.
А ещё к Северусу продолжал летать филин Сириуса. Правда, больше Северус не уходил, но уж слишком долго каждый раз корпел над ответом… Джеймс старался не подавать вида, что его это задевает, но в душе его продолжали терзать сомнения. Всё-таки он слишком хорошо знал Бродягу, чтобы спокойно реагировать на его интерес. А интерес точно был, пусть Северус этого и не замечал: девять писем только за последнюю неделю! Это же… недопустимо! Но Джеймс слишком боялся потерять Северуса, чтобы затевать с ним провокационные разговоры, поэтому держал свои сомнения при себе. А филин продолжал летать, сменившись однажды на рассвете патронусом, который прохрипел голосом Сириуса:
«Северус, пожалуйста!»
========== 77 ==========
Джеймс старательно делал вид, что крепко спит, а сам наблюдал за быстро собирающимся Северусом из-под опущенных ресниц. Решение пришло мгновенно, и оставалось только дождаться, пока тот выйдет, чтобы, укрывшись мантией-невидимкой, последовать за ним. В некоторых вещах надо быть уверенным — Джеймс не знал, что будет делать, если уличит Северуса в неверности, но просто так отдавать его Сириусу не собирался… кроме того, оставался крохотный шанс, что их связывают просто дела.
Не успел Северус выскользнуть из комнаты, как Джеймс соскочил с кровати и метнулся к комоду за мантией. Почему-то он ни мгновения не сомневался, что встреча назначена в той самой каморке, где Северус принимал болезных крыс, и спешил он только для того, чтобы предотвратить… всякое там… Уже на улице Джеймс сообразил, что не только не оделся, но и выскочил босиком. Но не возвращаться же по такому глупому поводу? К тому же существуют согревающие чары…
Впрочем, ни про какие чары Джеймс даже не вспомнил, когда услышал приглушённые голоса за дверью. В глазах потемнело, и он решительно взмахнул палочкой, распахивая дверь. Однако его появление осталось незамеченным, потому что и Северус и Сириус были заняты той самой Агатой. Она сидела на стуле и, кажется, была на грани обморока, уж слишком безвольно была опущена её голова. Сириус стоял перед ней на коленях и старательно растирал руки, шепча какие-то ласковые глупости. Северус, как и положено целителю, смешивал зелья, отмеряя их по каплям, чтобы потом чуть ли не силой влить девушке в рот.