Сила рода. Том 4 (СИ)

— Я не буду тебя убивать, — перевертыш покачал головой. — О нет! Я сделаю по-другому…
Он зловеще улыбнулся и ткнул в меня пальцем с выпущенным когтем.
— Я вызываю тебя на бой. За Сердце рода. До смерти.
  
Глава 23
 
Я с интересом посмотрел на Тигра.
Опасный, сильный, харизматичный. Веет от него чем-то таким нехорошим, я бы даже сказал тёмным.
Если бы Макс не сказал мне про его увлечения, я бы все равно догадался, что Тигр не брезгует человечиной.
Это читалось в эмоция, в ауре, в желтых глазах хищника.
Та самая алчность, которую я почуял, была не просто жадностью, а сводящим с ума желанием получить ещё больше силы и… впиться клыками в податливую плоть человека.
Голыми руками я с ним не справлюсь — это точно.
Тигр — не Манул, он больше, хитрее, сильнее…
Я смотрел на Тигра, он на меня, и с каждым ударом сердца напряжение, повисшее в берлоге Медведя, нарастало всё больше и больше.
А вообще, честно говоря, меня уже начали утомлять эти бесконечные бои.
И вот сейчас, стоя в берлоге Медведя, я почувствовал, что нахожусь на распутье.
Или я так и продолжу ввязываться в каждую потасовку, или… начну мыслить шире.
Я прислушался к себе.
Быть вечным воителем, эдаким самураем, у которого нет цели, есть только путь, заманчиво. Нет никакой ответственности, сплошное бесконечное приключение.
Можно идти по тернистому пути Возвышения, можно очищать землю от всяких монстров и темных властелинов.
Очень заманчиво.
С другой стороны долгий, муторный, кровавый путь… руководителя.
Не самому идти в бой, а посылать на смерть Воинов. Не зарабатывать золото убийством монстров, а самому платить за решение проблем и добычу ингредиентов.
Не уничтожать, а… создавать.
Более, чем уверен, что и в этом мире, как и в любом другом, все сферы влияния давным-давно поделены, и попасть в высшую лигу будет нереально сложно.
Но в моем случае — это единственный путь.
Защитить свою землю я смогу только во главе большой команды. И Одаренные — ключ к успешному сопротивлению.
Если на техническом уровне Земля худо-бедно сможет прободаться с любым захватчиком, то магия… Магия — это слишком серьезный козырь.
И сейчас, если смотреть на Тигра с позиции гимназиста, а точнее заключенного, Михаила Иванова, то это практически непреодолимая преграда.
Но если усилием воли посмотреть на ситуацию сверху, то… появляются варианты.
— Уважаемый, — я начал говорить в тот момент, когда казалось, что струна напряжения, звенящая в берлоге, вот-вот лопнет, — вы отдаете себе отчет в том, что бросаете вызов дворянину?
— Да мне плевать, — оскалился Тигр.
— Уважаемый, а понимаете ли вы, что ещё немного и вы станете обладателем ауры Одержимости?
У меня не было на руках фактов, и я не видел личную информацию Тигра, но Чутьё Воина подсказывало — перевертыш на грани.
— Не твоего ума дело, человек.
— Вы тоже человек, — невозмутимо заметил я, надевая шнурок с артефактом себе на шею, — пока что. Хотя ещё чуть-чуть, и превратитесь в неразумного зверя.
— Много болтаешь, — усмехнулся Тигр, демонстративно хрустя шеей, — хватит оттягивать бой!
— Знаете, уважаемый Тигр, — я посмотрел Тигру прямо в его янтарно-желтые глаза. — Вам никогда не стать главой перевертышей.
— Ты меня утомил! — Тигр шагнул ко мне.
— Не так быстро, — я не сдвинулся с места, уверенный, что Тигр не решится напасть первым. — Бой будет через пять дней в Кругу.
— Ты мне условия-то не ставь, — оскалился перевертыш. — Здесь и сейчас!
— Во-первых, не думаю, что уважаемый Медведь разрешит вам безобразничать у себя в берлоге.
Я вопросительно посмотрел на Медведя и тот согласно кивнул головой, с интересом наблюдая за нашей… беседой.
— А во-вторых, вы бросили вызов, я его принял. Теперь, по правилам, я выдвигаю условия. Если вы не согласны, поединка не будет.
— Много слов! — Тигр выпустил когти, но нападать на меня не спешил.
— Михаил прав, — Медведь посмотрел на Тигра с явным неодобрением. — Хочешь сохранить репутацию в нашей общине, принимай условия.
 
По Тигру было видно, что он так и хочет плюнуть на все правила и законы, но, видимо, идти против Медведя он ещё не осмеливался.
— Ладно, — неохотно протянул перевертыш. — Увидимся через пять дней… Манул, — приказал он поникшему перевёртышу, — чтобы ни один волос с него не упал. А ты, — он посмотрел на меня кровожадным взглядом. — Перед смертью увидишь, как я буду есть твое сердце.
— Посмотрим, — не стал спорить я.
— Надеюсь, ты проведешь оставшиеся денёчки с пользой, — хохотнул Тигр, выходя из берлоги Медведя. — Хотя… Можешь тренироваться. В таком случае сдохнешь уставшим! Ахахаха!
Следом за ним стыдливо выскользнул Манул.
Если я правильно понял, то перевертыш только что расписался перед Медведем в своем предательстве.
Это читалось в эмоциях Алабая и Манула. Глава же перевертышей был подобен гранитной скале.
— Ты что-то хотел? — равнодушно протянул он, лениво почесывая бок.
— Информация, — напомнил я.
— Мне выйти? — Алалабай вопросительно посмотрел на Медведя, но тот отрицательно покачал головой.
— Спрашивай.
— Сколько перевертышей занимались людоедством?
— Четверо, — вздохнул Медведь. — Тигр, Манул, Гиена и Хорёк.
— Я думал больше, — удивился я. — Как минимум половина ваших.
— Это и есть половина, — Медведь задумчиво посмотрел на мой герб. — Ворона я не считаю, он как бы сам по себе. Алабай ни в жизнь не притронется к людскому мясу, его тотем — защитник человека. Ну а Лис… слишком хитрый и умный, чтобы хапать якобы дармовую силу.
— И всё? — не поверил я. — Я думал вас намного больше.
— Было больше, — Медведь снова уставился куда-то вдаль. — Кто-то погиб при отражении Прокола, кто-то, как Филин, Барсук и Ирбис, покинули нас.
— Ясно, — я не стал спрашивать Медведя, что будет с перевертышами, когда он уйдет. — Следующий вопрос. Кто такие зорды?
— Полулюди-полузвери, — Медведь прикрыл глаза. — Они из другого мира, и они ненавидят людей, особенно Магов всей душой. А перевертышей и вовсе презирают и уничтожают, не считаясь с потерями.
— Прям все-все? — уточнил я.
— Может и не все, — не стал спорить Медведь, — но те, кто приходил, несли с собой смерть. Я чувствую родственную связь, но их ненависть для меня непонятна.
— Поэтому ты хочешь за Кромку? — С Медведем общаться было легко, и я сам не заметил, ка перешел на ты.
— В том числе, — кивнул перевертыш. — К тому же, скоро потребность в Хранителе отпадет.
— Скоро, это…
— Десять лет, — пожал плечами Медведь. — Двадцать, тридцать, сто. Кто знает.
— Почему Алабай не может стать Хранителем?
— Он недостаточно силен, — терпеливо пояснил Медведь. — И родословная не позволяет.
— Родословная?
— Я — истинный, — Медведь взглянул на меня, — мой род берет начало от пришедших с Ним.
— С Ним?
— С Ним, — вздохнул Медведь.
— А ну раз с Ним, то понятно, — кивнул я, не понимая ровным счетом ничего.
Ну как не понимая… Догадки, конечно, у меня были.
Зуб даю, что Он — это и есть тот самый Император, чьи дети и основали кланы и родЫ, но четких доказательств ни у кого не было.
— И я чувствую, что мой род находится на грани уничтожения, — Медведь внимательно посмотрел на меня. — Сейчас я расскажу тебе секрет, который ты, если у меня ничего не выйдет, унесешь с собой в могилу, Михаил.
— Унесу, — подтвердил я.
Медведь мне понравился, было в нём что-то такое незыблемое и надежное. Эдакий мудрый наставник.
 
— Он не остался здесь, — Медведь вновь уставился куда-то вдаль. — Он ушёл в другой мир. И ушёл не один, а с моим пра-пра-пра-пра-пра-прадедом.
— Вдвоем?
— Вшестером.
— Вот как…
Эта встреча однозначно пошла мне на пользу. Медведь оказался настоящим кладезем с полезной информацией!