Сила рода. Том 4 (СИ)

Ого! Как много я ещё не знаю про острог! Может не зря мне Фред с Джошем советовали обратиться к Ворону? А этот Стейн, сто процентов родственник того типа из туалета!
— По-хорошему предупреждаю, — здоровяк нахмурился и ткнул пальцем в груди Стейну, — В круг. Заходят. По одному.
От его тычка северянина аж отбросило назад, а я заметил, как с правого локтя зэка истаяла ещё одна татуировка.
Центральный северянин зло сверкнул глазами, но качать права не решился. Даже дураку было понятно, что в миг собравшаяся толпа настроилась на хорошее зрелище.
— Зигрид? — вопросительно протянул не понравившийся мне северянин, от которого так и несло подлостью.
— Нет, Орм, я сам, — дернул щекой северянин и дерзко посмотрел на татуированного зэка. — Отвали в сторону, доска для рисования. Я иду в круг.
Татуированный заключенный потемнел лицом, но ничего говорить не стал. Молча отошел, пропуская северянина. А вот я не смолчал.
— Зря ты так, пришлый! За базар отвечать придется!
Тот же, словно только этого и ждал, тут же рванул на меня.
Ну нет, дружок, не так быстро…
— Стой! — гаркнул я, ошарашив северянина. — Дай уважаемым людям сделать ставки.
От окруживших нас заключенных тут же пронеслась волна одобрения, а северянин, замер на месте, неохотно покосился по сторонам и скривился так, будто лимон надкусил.
— Золотой на пацана!
— Два на северянина!
— Семь серебрушек на второго северянина!
— Ставлю золотой на последнего волка!
Казалось бы, конфликту нет и нескольких минут, но уже все зрители знали, что я буду сражаться с тройкой северян.
Я же, пока букмекеры активно принимали ставки, решил вывести северянина из себя.
— Зиги, ты ведешь себя некультурно.
— Закрой рот, падаль, — тут же ощерился северянин, едва сдерживаясь, чтобы не напасть на меня.
— Вот, — покивал я, — видишь, какой ты несдержанный. — Вы в гости пришли, волчары позорные, а ведете себя будто тут Север.
— Ещё немного и… Я вырву твое сердце! — судя по эмоциям, Зигфрид явно хотел сказать другое, но сдержался.
Я же, нащупав, как мне показалось, слабину, принялся туда давить.
— Вот ты взял и как северный варвар нагрубил уважаемому… — я вопросительно вскинул брови, устремив взгляд на татуированного здоровяка.
— Малоед, — польщенно буркнул здоровяк.
— Уважаемому Малоеду, — я благодарно кивнул заключенному. — Но ты здесь гость, а он хозяин. Вы, поди, даже обществу не представились?
— Завали пасть, — прорычал Зигфрид, нервничая всё больше.
— Ну чего ещё можно ожидать от глупого необразованного северного пса?
Я намеренно провоцировал северянина, надеясь, что он сорвется и выложит… ну не знаю, какой-нибудь злобный план по, хе-хе, завоеванию острога!
Но северянин оказался умнее и лишь раздраженно рявкнул.
— Долго ещё ждать?!
Стоящие вокруг нас зэки дружно засмеялись вместе со мной, а Малоед, добрая душа, снизошел до ответа.
— Как в круг зашел, так бой и идёт, Снежок! Малыш тебе уже вторую минуту голову дурит, ахахах!
Нет ну а что?
Я гадко усмехнулся побагровевшему от злости северянину и встал в боксерскую стойку.
Репутация — дело тонкое. Нарабатывается годами, теряется из-за одного неверного поступка.
Мне же, в текущих реалиях, нужна каждая репутационная крошка.
Мало мне испорченных отношений с ворами, с перевертышами и Вояками…
К тому же, разговор я затеял не просто так, а чтобы навести мосты к Малоеду. Очень уж меня заинтересовали его татуировки.
Зуб даю, ему их делал тот самый Ворон!
Все эти мысли пронеслись в голове за считанные мгновения, а тело уже двигалось навстречу Зигфриду.
Ну и имечко…
От захвата северянина я увернулся и тут же пробил ему в скулу.
Кулак врезался будто в каменную стену, а в голове будто калькулятор заработал.
Усиление тела третьего ранга! Этого так просто не пробьешь!
Отпрянув назад, от очередной попытки захвата, я встряхнул руки, выпуская наружу цепи. Неуловимое взгляду движение кистей и на моих кулаках красуются два стальных шара.
Ну или кастета.
Хэч-хэч-ха!
 
Дело тут же пошло, и северянин, пропустив пару серьезных ударов, сменил тактику.
Теперь он начал заходить слева, вынуждая меня смешаться по кругу.
Я хоть и контратаковал, но как-то само собой получалось, что я медленно, но верно, приближаюсь к застывшим в первом ряду северянам.
Чуйка Воина орала вовсю, да и см я понимал, что поворачиваться спиной к любому из этой троицы смерти подобно, поэтому, плюнув на защиту, пошел в нападение.
Хэч-хэч-ха!
 
Хэч-хэч-ха!
 
Мои руки летали как перышки, а каждый удар заставлял Зигфрида болезненно морщиться.
Он был силен. Прирожденный Воин, силач и парень явно не из робкого десятка, но против дядиной техники у него не было ни единого шанса.
К тому же, с каждым новым ударом, у меня в голове будто бы распаковывалась память моих прадедов. А именно Фёдора Петровича, полевого хирурга пятого стрелкового корпуса.
Каждый удар не просто наносил урон, а сбивал концентрацию, вызывал нервный спазм, нарушал кровоток.
Я бил безостановочно, превратившись в бездушную машину.
Со стороны казалось, что идет настоящее избиение, но и я, и северянин знали, что весь бой решит одна-единственная ошибка.
Он ушел в глухую оборону, сделав ставку на свою силу и выносливость. Я — полностью отдался атаке, сжигая себя и понадеявшись на цепи.
Хэч-хэч-ха.
Хэч-хэч-ха.
По уму мне нужно было экономить силы, но я печенкой чуял, что стоит мне хоть чуть-чуть отдать инициативу, как северянин, наплевав на раны, броситься на меня и вцепится в горло.
Единственный мой шанс на победу — удерживать и даже взвинчивать темп, загоняя и забивая противника.
Единственный шанс Зигфрида — ошибка с моей стороны или накопившаяся усталость.
Хэч-хэч-хрум!
Первым не выдержал северянин. А точнее его вскинутое в защите предплечье.
Рука повисла безвольной плетью, и северянин, зарычав, рванулся в безнадежную атаку.
Хэч-хрум!
Хрусь! Хрясь!
Его нос превратился в раздавленную сливу, а следом хрустнул и кадык.
Хэч-хэч-ха!
 
Хэч-хэч-ха!
 
Висок, скула, висок, ухо, висок.
Можно было плюнуть и не добивать Зигфрида, но… это было бы неправильно и глупо.
Уж что-что, а оставлять за спиной врага я не собирался.
— Ххххра…
Северянин, даже с размноженной головой попытался встать, но его тело забилось в судороге и… обмякло.
«Это тебе за Пылаева», — подумал я, вскидывая руки в защитную стойку.
Интересно, кто выйдет? Сколький Орм или тяжеловесный Стейн?
Вышел Стейн.
Посмотрел на тело Зигфрида и молча пошел на меня.
В эмоциональном плане Стейн походил на каменную лавину. Стены острога надежно блокировали магию, но внутренняя сила северянина, казалось, так и бьёт.
И я совершенно точно знал — мне достаточно пропустить один-единственный удар, чтобы проиграть.
Потому что в Стейне было столько силы, что не справится никакое укрепление тела и даже мой улучшенный скелет.
Казалось, высеченный из камня северянин сжигает себя изнутри ради одной цели — добраться до меня.
 
Чуйка Воина подсказывала мне, что мое спасение — это бегство. Уклоняться, отходить, маневрировать, восстанавливать силы и ждать.
Ждать, когда внутренняя сила Стейна иссякнет.
Но северянин понимал это не хуже меня. И именно поэтому он, широко расставив руки и зарычав будто горный волк, пошел на меня.
Можно было попробовать уйти — шансы, что он ухватит меня за мундир были пятьдесят на пятьдесят, но я пошел ва-банк.
Сделав вид, что рванулся вправо, я подшагнул вперед, скручиваясь и толкая пол ногой.
Отчаянный удар, удар, который ни в жизни бы не применил к боксёру.
Мощный, но слишком легко читаемый, слишком долгий.
Стейну было достаточно уйти в сторону, или ударить навстречу, но он лишь шире распахнул руки.