Доверь мне свое имя (СИ)
Двое юношей замерли перед профессором Ноксом. Медведь насмешливо улыбался девушкам, Окунь явно не радовался перспективе сразиться с приспешником Сокола.
Лорд Нокс вдруг поднял сжатый кулак, а затем разжал ладонь, и мы увидели яркую золотую монету.
– Как видите, в моих руках золотой, – проговорил Нокс. – Скажу сразу, наречение можно использовать как на живых существах, так и на предметах. Наша магия состоит из звуков. Не случайно мы вплетаем в заклинания наши истинные имена. Если я скажу вам, что в моих руках не монета, а бокал, вы не поверите. Но суть предмета можно изменить, изменив его имя. Да, золотой не превратится… допустим, в бабочку, но стать серебряной или медной монетой ему вполне по силам, если вмешаться в его глубинную суть. И сейчас студенты Медведь и Окунь нам это продемонстрируют. Прошу!
И золотой подлетел вверх, а лорд Нокс сделал шаг назад, чтобы не мешать студентам. Я с замиранием сердца наблюдала, как монета вращается в воздухе. А затем оба противника начали шептать формулы. Они казались не более чем шелестом, и, тем не менее, сочетали в себе малейшие оттенки звука. Оставалось только наблюдать за настоящим волшебством – как приземляется монета, лорд Нокс поднимает ее, а затем провозглашает:
– Победил Медведь. Монета стала медной, в то время как студент Окунь пытался превратить золото в серебро. Студент Окунь, вам не хватило концентрации. И в формулу имени закралась ошибка. Подумайте на досуге, какая, и завтра на семинаре предоставите мне результат ваших рассуждений.
– Хорошо, профессор Нокс, – уныло ответил Окунь, а Медведь подмигнул девушкам и вернулся к Соколу.
– Позер, – фыркнул принц.
– Мы все еще сильнее любого из этих неудачников, – рыкнул Медведь.
– Самонадеянный позер.
А Нокс уже вызвал:
– Сокол и Ясень.
Принц направился к наставнику, спокойный и уверенный, все еще больше похожий на ворона, чем на сокола. Напротив него замер высокий рыжеволосый юноша.
– Снова монетка? – спросил Сокол у Нокса.
– Зачем же? – улыбнулся Шейд. – Не ваш уровень, ваше высочество. Ассистент!
Хорошенькая девушка, видимо, выпускница академии, внесла небольшой ящичек и передала преподавателю.
– Готовы? – спросил тот.
– Да, – ответил Сокол, а Ясень только кивнул, и Нокс открыл ящичек. В воздух поднялась бабочка, она затрепетала крыльями. Живое нарекать сложнее… Это знал каждый маг, даже такой недоучка, как я. А бабочка попыталась улететь. Губы Сокола зашевелились, Ясень говорил чуть громче, и его заклинание забивало звуки, которые сплетал принц. Вспышка – и вместо бабочки к потолку взвился сокол. Птица забила крыльями, заклекотала, а затем вылетела в приоткрытое окно.
– Хорошая демонстрация, – кивнул Нокс. – Правда, вы лишили меня бабочки. Ясень, слишком много шума из ничего. Вы долго думали, во что превратить бабочку, и сбивались с формул. Больше хотели покрасоваться, поэтому и проиграли. Плохая работа. Следующий…
Очередная пара вышла к лорду Ноксу, а Сокол вернулся к нам. В отличие от Медведя, он не лучился самодовольством. Наоборот, казался чуть разочарованным.
– Что не так? – спросила я шепотом.
– Мы меняем суть предмета, но его имя остается прежним, – тихо ответил принц. – Получается, нет возможности изменить имя? Надо поговорить с Ноксом.
– О чем ты? – обернулся Лед.
– Да так, мысли вслух, – ответил Сокол. – Не бери в голову.
Мы молча наблюдали за следующими поединками, а когда они закончились, лорд Нокс сказал:
– Надеюсь, вы поняли, как важно твердо знать, на какую цель направлена ваша магия, для чего вы ее используете. Только в этом случае вы достигнете успеха. Занятие закончено. Сокол, Лучик, жду вас на индивидуальном практикуме.
И, попрощавшись со студентами, наш наставник пошел прочь. Нам с Соколом оставалось только направиться следом. Впрочем, шли мы недалеко. Вскоре Нокс распахнул перед нами двери аудитории. Я шагнула внутрь и замерла, не веря своему счастью, едва сдержав возглас:
– Дерек!
УРОК 7. Не отчаивайтесь и не отступайте
Наконец-то! Дерек стоял у окна и смотрел на парк, но обернулся при нашем появлении и улыбнулся. Он все еще выглядел болезненно, однако раз нашел в себе силы находиться здесь, значит, все в порядке. Очень хотелось подойти ближе, сказать, как рада его видеть, только кроме нас здесь были Сокол и Нокс. Значит, нужно держать эмоции при себе. Я лишь улыбнулась в ответ и проговорила:
– Добрый вечер.
– Здравствуйте, Лучик, Сокол, – сказал нам Шторм. – Присаживайтесь. На самом деле, я хотел поговорить с вами. Практикум Нокс проведет в другое время.
Мы заняли места на скамье, а Шторм и наставник придвинули стулья и сели напротив. Мне стало не по себе. О чем таком серьезном пойдет речь? Я боялась получить ответ на этот вопрос, пусть трусихой и не была.
– Мы с Шейдом обсудили то, о чем беседовали с тобой накануне, – сказал Дерек Соколу.
– Я уже понял, что сменить одно имя на другое не выйдет, – недовольно проговорил принц. – Спасибо за наглядную демонстрацию.
– Не выйдет, – откликнулся Нокс. – Однако можно попробовать убедить академию, что перед ней не Дерек, а его брат Гром. Тем более, имя брата Дереку известно.
Мы с Соколом переглянулись. Гром мертв уже много лет, но вряд ли для магии есть понятие «смерть». Она будет просто чувствовать другого Эвернера. Того, кто возьмет на себя ответственность за академию.
– Однако магия Шторма… то есть, ректора Эвернера не станет от этого стабильнее, – тихо сказала я.
– Не станет, – признал Нокс. – Только это единственный шанс хоть кого-то выпустить из академии, Лучик. Возможно, даже всех, прежде чем она закроется навсегда. В случае провала, боюсь, нам не поздоровится.
– Нужно попробовать! – горячо воскликнул Сокол.
– Нужно, – согласился Дерек. – Только тогда всех придется собрать в одном месте, чтобы быстро увести, если ворота откроются. Где-то очень близко к воротам. И ритуал проводить неподалеку. Его возьмет на себя Шейд. Вас же я попрошу заняться спасением студентов и преподавателей. Почему вас, а не педагогов?
Естественно, я хотела бы задать этот вопрос.
– Потому, что им мало известно о том, что на самом деле происходит в академии. О моем заключении знали деканы факультетов, и то не всех. О том, что мы с Ноксом стараемся сделать, не стоит говорить никому. Нам могут помешать, а это обернется катастрофой.
– Подождите! – воскликнула я. – Ладно студенты, а как академию покинете вы?
– Я никуда не пойду, – решительно ответил Шейд. – Здесь похоронена Глория, здесь останусь и я.
– Мы дождемся, пока выйдут остальные, и тогда попытаемся сами, – сурово посмотрел на друга Дерек. – Но нам нужна причина собрать всю академию. Праздник? Не в нынешней ситуации, когда страна погружена в траур. Да, мы отделены от мира, но все еще являемся его частью.
– Соревнования, – сказал Сокол. – Давайте устроим магические соревнования для студентов старших курсов и выпускников. Всем скучно, не будет тех, кто туда не явится.
– Мамы с детьми не пойдут, – покачала я головой.
– Пойдут, – возразил принц. – Здесь нет других развлечений, Лучик. Им можно к тому же сказать, что в завершение праздника лорд Эвернер выступит с важной информацией, которую всем нужно услышать. А дальше либо откроются ворота, либо мы здесь и погибнем, если магия выйдет из-под контроля.
– Сокол прав, соревнования – хороший вариант, – согласился Нокс. – Это не праздник, но способ отвлечься, и действительно там соберутся все. Неподалеку от ворот есть тренировочная площадка, огородим ее заклинаниями, разместим вокруг трибуны – материалы найдутся. А сам ритуал проведем в здании академии, чтобы и находиться близко, и никому не попасться на глаза.
– Когда? – тихо спросила я.
– На выходных, – ответил Шторм. – У нас мало времени. Кто знает, когда я снова утрачу контроль?
Значит, через три дня… По коже пробежал холодок.