Я, ангел (ЛП)

Дэгс отвёз её к себе, как и сказал.
Если честно, он подумывал оставить Феникс там.
А так он повернул на небольшую дорожку, подводившую к задней стороне его участка, и подъехал на байке практически к двери своей подземной квартиры.
Остановившись вблизи цветущего дерева на переднем дворе, он пинком опустил подпорку и выключил двигатель.
— Мне надо кое-что проверить, — сказал он Феникс. Передав ей ключи, он показал на дверь в своё жильё. — Можешь зайти внутрь. В холодильнике есть еда. Напитки. Бери, что хочешь.
Феникс кивнула, слегка нахмурившись и покосившись на странную, ржаво-красную и поцарапанную дверь, которая вела как будто прямиком в склон холма.
— Там просторнее, чем кажется снаружи, — сказал Дэгс. — Не волнуйся. Они прибрались после прошлой ночи.
Нахмурившись от этой мысли, он сообразил, что, может, не стоит заставлять Феникс убеждаться в этом саму.
У него никогда прежде не было причин сомневаться в своих уборщиках, но всё же ему нечасто приходилось вызывать их сюда ночью, в выходной… чтобы прибраться после трупа.
Кара пообещала, что впустит их.
Она сказала, что как только они соберут все необходимые улики, она пустит их внутрь, чтобы они сделали всё, что нужно. Она была уверена, что это не займёт много времени, поскольку ясно, что тот парень умер от естественных причин.
Подумав обо всём этом теперь, Дэгс забрал ключи из всё ещё раскрытой ладони Феникс.
— Должны были прибраться, — поправился он. — Может, тебе лучше подождать здесь. Давай я сначала проверю.
Она кивнула, выглядя немного бледнее обычного.
Дэгс гадал, может, его езда напугала её, но потом сообразил, что она могла просто забыть, что прошлым вечером тут умер мужчина.
Невозможность прочесть её ауру сводила с ума.
Дэгс подходил к двери квартиры, перебирая ключи, чтобы найти нужный, и тут слева, со стороны основного дома, донёсся лай, заставивший его резко повернуться. Пёс, смесь хаски и овчарки, бежал к нему по высокой траве, свесив язык. Когда Дэгс посмотрел на пса, тот снова радостно гавкнул и завилял хвостом.
Бл*дь.
Феникс права.
Он оставит себе этого чёртова пса.
Видимо, пёс и сам определился, кто его новый хозяин.
В любом случае, он практически пообещал Тигу.
— Привет, — ворчливо сказал Дэгс псу. — Ты убежал от бедной Джейн? После того, как она милостиво заботилась о тебе всю ночь?
Добравшись до него, пёс гавкнул и завилял хвостом.
Дэгс почесал его за одним ухом, сунул ключ в скважину, отпер засов, затем переменил ключ и отпер уже замок в дверной ручке.
Наверное, надо установить замок получше теперь, когда столько людей знало, где он живёт.
Это противоречило стремлению сохранять дерьмовый внешний вид жилья, чтоб никто не подумал вламываться, но ему придётся усовершенствовать меры предосторожности. Или же сделать эту дверь фальшивой, заложить её изнутри кирпичом, а новую высокотехнологичную дверь установить там, где её никто легко не увидит.
Нахмурившись и обдумывая эти нюансы, Дэгс закончил отпирать дверь и открыл её.
Пёс заскочил следом за ним, не дожидаясь приглашения.
Дэгс придержал дверь открытой для Феникс, которая не ждала у байка, как он сказал, а последовала за ним и стояла сзади, пока он отпирал дверь. Однако прежде, чем она успела пройти в само помещение, он закрыл дверь и встал перед ней, подняв руку и включив основное освещение.
— Стой здесь, — сказал Дэгс с ноткой предупреждения в голосе.
Он окинул продолговатое помещение взглядом.
Что-то не так.
Он чувствовал запах чистящего средства, так что уборщики явно сделали свою работу, но он также улавливал какой-то другой запах — непонятно, что именно, но это мгновенно вызвало раздражение в носу. Не совсем кровь, и не разлагающаяся плоть, но ассоциации возникли именно такие. Чем бы ни был этот запах, он смешивался с ощущением неправильности, которое Дэгс уловил, как только шагнул в своё жильё.
 
От этого его мышцы мгновенно напряглись.
Он собирался сказать Феникс выйти на улицу, подойти к главному дому и найти Джейн, но тут сама Феникс резко втянула вдох.
Звук не был громким, но почему-то это заставило Дэгса взглянуть на неё.
Прежде чем он успел спросить, она показала в направлении дивана.
Это был тот самый диван, на котором сидел сам Дэгс, когда Тиг объявился в его квартире.
Пёс залаял.
И он тоже лаял на диван.
— Жди здесь, — прорычал Дэгс, поднимая ладонь перед Феникс. — Положи ладонь на дверную ручку, — добавил он, всё ещё глядя на спинку кожаного дивана. — Если что-то случится, или я скажу тебе бежать, выйди наружу. Не беги к улице. Ближайшие соседи слишком далеко. Беги к главному дому.
Феникс кивнула, отступая.
Он глянул на неё ровно настолько, чтобы подтвердить, что её ладонь лежит на ручке входной двери.
Затем он ослабил хватку на ангельском огне в своей груди ровно настолько, чтобы ощутить, как прилив заряда пробегает по конечностям. Заряд немедленно выжег последние остатки усталости, прояснил разум и обострил зрение так, будто Дэгс окунулся в резервуар ледяной воды, а потом вколол себе адреналин.
— Кто здесь? — прорычал он. — Есть тут кто?
Пёс снова гавкнул.
Дэгс покосился на него.
Животное выглядело взволнованным, но не агрессивным.
Оно всё ещё смотрело на диван, но теперь ходило туда-сюда, будто расстраиваясь.
Дэгс не расслаблял мышцы, но помедлил, пытаясь разобраться, что он чувствует, в том числе и от пса. Пёс не вёл себя так, будто в комнате был кто-то плохой. Он не выглядел так, будто готовился к нападению.
Пёс вёл себя скорее так, будто…
Осознав, что чувствовал от пушистой, небесно-голубой с белым ауры собаки, Дэгс сглотнул.
Затем, забив на предосторожности, он подошёл прямиком к дивану и заглянул через спинку, чтобы узнать, что там.
Он немедленно застыл.
На диване лежало тело, свернувшееся калачиком как ребёнок.
Из-за этой позы Дэгс мог бы подумать, что она спит.
Но она не спала. Её ореховые глаза смотрели в кирпичную стену напротив дивана, радужки помутились и сделались невидящими, а кожа так побледнела, будто кто-то лишил её всей крови.
На полу у дивана кто-то написал послание.
Высохшие красновато-коричневые разводы могли быть только кровью.
Дэгс стоял там как парализованный, пока его глаза пробегались по нацарапанным словам.
«Ты лишил меня ужина, Ангел.
Ты должен был понимать, что я найду еду в другом месте.
Не вини себя.
Она была вкусненькой».
На плиточном полу, прямо под последней строчкой текста, лежало человеческое сердце.
Глава 20. Кинозвезда
Они стояли в саду перед домом Дэгса, не глядя друг на друга.
Дэгс не мог сказать, смотрела ли Феникс на что-либо.
Он тоже не мог ни на чём сосредоточиться.
Он заплакал, когда они впервые вышли сюда. Не сумел сдержаться.
Джейн ему нравилась.
А теперь его переполняла ярость.
Феникс смотрела, как он переживает эти эмоциональные волны. Она подвинулась ближе, источая тихое сочувствие и к его горю, и к его злости, но как будто не знала, чем ему помочь.
Пёс обнюхивал траву, корни деревьев и рыхлую землю вокруг заросшего участка, сновал туда-сюда, как будто разведывая свою территорию позади дома Дэгса.
Сам же Дэгс смотрел на дом, стоявший выше на участке; дом, некогда бывший жильём Джейн Харроу, мёртвой женщины, теперь лежавшей на его диване.
Надо позвонить Каре.
Он знал, что должен позвонить Каре.
Но ему казалось, что он честно не сможет вынести ещё один визит копов. Сначала ему нужно время, чтобы подумать. Надо решить, куда отвезти Феникс, чтобы она была в безопасности. Он доверял Каре, сколько бы они ни пререкались. Он верил, что она была хорошим и честным копом (по меркам копов) и не сделает ничего, что намеренно подвергнет Феникс или даже Дэгса опасности.