Ты теперь не одна (СИ)
Вдруг внутри словно произошел локальный взрыв, и меня выгнуло дугой в сладких судорогах. Кажется, я кричала, но шум крови в ушах заглушил все звуки.
Почувствовала только, как Макс напрягся и вышел из меня, а на мой живот полилось что-то теплое.
Он обессиленно лег рядом. Притянул меня к себе, заставив положить голову ему на плечо, и прикрыл глаза, стараясь отдышаться. Обняв его за талию, я уткнулась носом во влажную от пота кожу. На его шее хаотично пульсировала жилка, а сердце билось как сумасшедшее.
– Как ты? – поинтересовался он.
Не ответила. Просто потерлась носом о его грудь, скрывая счастливую улыбку.
Несколько минут мы приходили в себя, а потом Макс легко поднялся и ушел в ванную комнату. Послышался шум воды. А спустя пару минут он вернулся, сел на край кровати, нахально рассматривая меня с ног до головы, и тихо произнес:
– Тебе нужно принять теплую ванну.
Я согласно кивнула. Между ног саднило, и с каждой минутой жжение усиливалось. Неловко поднялась и попыталась встать на ослабевшие ноги, но колени подогнулись. Тогда Макс снова подхватил меня на руки, легко донес до ванной. Не отпуская, перешагнул край ванны и вместе со мной опустился в теплую, пахнущую ванильной пеной воду.
Я расслабилась, лежа у него на груди, пока Макс медленно зачерпывал воду в ладонь, поливая разгоряченное тело. Вода успокаивала, и неприятные ощущения почти прошли, а в груди засиял яркий огонек счастья. Преступного, украденного, но такого настоящего.
– Теперь ты должна поспать. А завтра продолжим, – мурлыкнул мне на ухо Макс.
Его голос вибрировал, а член снова был в полной боевой готовности. Я чувствовала, как он упирался мне в спину.
Макс помог мне встать, обтер мягким полотенцем и повел обратно в спальню.
– А ведь мы всего лишь хотели пообедать, – хмыкнула я, наблюдая, как он меняет простынь на кровати.
– Ты голодна?
– Нет. Я очень устала.
Он сноровисто поменял белье, стянул с меня полотенце и, не позволяя одеться, уложил на кровать. Выключив свет, лег рядом, обнял. Зарылся пальцами в волосы, массируя шею и затылок. И я сама не заметила, как уснула.
А проснулась, словно от толчка. Резко вскочила, в первые секунды не понимая, где нахожусь.
– Леся, ты у меня, все в порядке.
Приложила руку к груди, из которой сердце готово было выпрыгнуть, и задержала дыхание.
– Я воды принесу, – поднялся Макс.
Вышел из комнаты и вернулся с полным стаканом. Сев на край кровати, я жадно глотала воду, пока Макс надевал боксеры.
Он включил ночник, опустился передо мной на корточки и произнес, заглянув в глаза:
– Нам нужно серьезно поговорить…
Глава 11
Макс
Она вздрогнула и подняла на меня глаза, в которых мгновенно зажегся тревожный огонек. Леся поставила стакан на тумбу и отодвинулась к стене, строя импровизированную преграду из тонкой простыни, которой прикрыла наготу.
Мне очень хотелось послать все к чертям и эту ночь посвятить нам, но… Было просто дохрена «но»! И главное – парни не отзвонились, значит, загадочный сосед Жека успел исчезнуть.
В голове молниеносно пронеслись картинки прошлого. Как из той четырнадцатилетней девочки-подростка, которую я спас от похищения, выросла Леся. Та, оберегать которую я пообещал когда-то. Та, от одного взмаха ресниц которой у меня теперь крышу срывало. Та, ради которой я готов объявить войну всему миру, лишь бы она была в безопасности. Со мной – это без вариантов.
Плавно приблизился, сел на подушку и притянул Лесю к себе. Обнял как маленькую, успокаивая и внутренне подготавливаясь к длинному диалогу.
– Что тебе снилось? – мягко начал, поглаживая ее по голове.
Леся напряглась и, уткнувшись носом мне в шею, смешно засопела:
– Макс, я спать хочу.
Она попыталась сползти и спрятать голову под подушкой, но не вышло. Снова притянул ее к себе, заставляя посмотреть мне в глаза:
– И я хотел. Очень. Но ты кричала во сне.
– Кричала? – переспросила Леся, испуганно округлив губы, все еще припухшие от недавних поцелуев.
– Да, девочка! Поэтому я спрашиваю: что тебе снилось?
– Кошмары. Как в «Алисе в стране Чудес». Словно я падаю в колодец, а там заяц…
– Ты не умеешь врать.
– Умею, – надулась она.
– Ты не умеешь врать мне, – мысленно улыбаясь, уточнил я. – Ты подсознательно не хочешь меня обманывать, поэтому у тебя и не выходит.
– Только без психоанализа, – снова напряглась она и резко села, вытянувшись как струна.
Что там по технике ведения допросов? Неуд тебе, Каменев! «Учи матчасть, а пушкой махать и дурак может», – как сказал бы мой далекий наставник, а ныне скромный владелец крохотного кафе.
– Я таких слов даже не знаю, – снова притянул ее к себе, не позволяя закрыться.
Оказалось, что говорить с девушкой – то еще хождение по минному полю. Одно неправильное слово – и ты подорвался, а она обиделась. Но раньше мне и не хотелось вести разговоры, пока в мою жизнь не вернулась девочка с самыми красивыми синими глазами.
– Тогда давай ложиться. Часик еще поспим, а потом мне нужно идти на работу.
– Увольняйся, – предложил я.
Леся снова приподняла голову и, нахмурив брови, с неудовольствием посмотрела на меня:
– Нет!
– Ты уже живешь со мной, а я в состоянии обеспечить нас обоих. Кстати, мы можем поехать в гости к моим родителям. И с твоими я бы познакомился…
– Я одна, помнишь? – она вздрогнула при упоминании родителей.
– А потом ты сказала, что у тебя есть старший брат, – напомнил я.
У нее точно не получалось врать мне, потому что Леся с досадой прикусила губу, поняв, что, видимо, сболтнула лишнего.
– Ты в плохих отношениях с родителями?
– Нет, просто… Просто пока не хочу ехать к ним. Они живут далеко и часто в разъездах…
– Вы поругались?
– Нет. Они очень хорошие, правда. Но мне пришлось уехать из-за одного случая…
Конкретней, девочка! Что за случай? Почему тебя закрыли в психушке?
Подавил в себе порыв хорошенько ее встряхнуть. Вместо этого погладил большим пальцем щеку и решился:
– Мои родители тоже долгое время были на меня обижены.
– За что?
– Они хотели, чтобы я поступал учиться на врача, а я вместо этого ушел в армию. А потом отправился служить в спецвойска, в разведку.
– Я так и знала, что ты военный, – огорошила Леся. – И твои друзья тоже, да? Поэтому вы без слов разговариваете? И татуировки у каждого из вас с особым смыслом.
Поразившись ее наблюдательности, просто кивнул.
– Ты помирился с родителями?
– Да. Сразу, как нас комиссовали, поехал к ним. Думаю, тебе тоже стоит поговорить со своими.
– Я не могу. Не могу, Макс!
Явно задел болевую точку, потому что она поднялась, снова укуталась в простыню и зажмурилась.
– Они мне не верят. И не поверят.
– Почему ты так считаешь?
– Потому что так уже было! И поверили они не мне!
– А кому? – вцепился в нее взглядом. – Леся!
– Неважно. Это в прошлом. Я есть хочу. И в душ.
Она попыталась встать и спастись бегством. Неловко зацепилась пальчиками за простыню, стараясь выдернуть ее из-под меня.
– Леся!
Звонок мобильного раздался совсем некстати. Скрипнув зубами, я ответил Капацкому:
– Да!
– Не рычи, я сам на взводе. Ты нам нужен.
– Сколько?
– Час-полтора у тебя в запасе есть.
– Понял.
Отбросил мобильный, но Леся уже успела скрыться в ванной комнате. Заперлась изнутри и включила душ.
Блядь!
Ушел на кухню, чтобы привести мысли в порядок и приготовить нам завтрак. Леся явно боялась, а мне очень хотелось лично встретиться с тем, кто ее так запугал.
Ее появление я почувствовал сразу. Леся стояла на пороге, опершись о стену, и нервно кусала губы, сминая в руках края полотенца. Молча поставил на стол тарелку с омлетом, следом кружку с чаем.