Мажор. Игра в любовь (СИ)

Через секунду Кирилл присылает мне ответ: «Уже брат!»
От усталости прикрываю руками лицо. Всё усложнилось настолько, что я не уверен, смогу ли это вытянуть. Вскрикиваю громким басом в пустоту:
— Ну что ты со мной делаешь, Кира?
Вопрос, на который у меня нет ответа. Но единственное, что я точно знаю, мне надо отдалиться от нее как можно быстрее, пока наша игра не перешла все границы.
  
22. Кира
 
Выбегаю из спальни, чтобы успеть повидаться с Вадимом. В последнее время он занят настолько, что мы даже по утрам перестали видеться.
— Уже уходишь? — кричу ему перед порогом.
— Много работы, — кратко отвечает и собирается выходить.
— А как же наши тренировки, дорогой? — с улыбкой спрашиваю я и жду ответного подкола.
— Я думаю достаточно. Мы уже и так на публике выглядим счастливой парой, — сухо отвечает Вадим и выходит из квартиры.
Остаюсь снова одна. И это в выходной день. По будням хотя бы вижу его на семейных завтраках. Конечно, мы с ним не настоящая пара, но мне казалось, что мы могли бы стать неплохими друзьями. Неужели лишь я так думала?
Смотрю в окно: в небе кружатся первые снежинки. Да я дома в тепле, но почему-то чувствую мороз за окном. Мне казалось я смогу растопить лед внутри Вадима, но, видимо, там всё намного сложнее. В следующем году он уедет и мы будем свободны. Надо просто смириться с этим. И я пытаюсь. Честно пытаюсь, но на душе так тоскливо, что слезы предательски сами проступают. Его ледяной тон, его безразличное лицо в мою сторону заставляют чувствовать себя никчемной. А может так оно и есть. Я лишь мелкий, незначительный эпизод в его жизни.
Решаю развеять нахлынувшую грусть и пройтись по магазинам. Не успею глазом щелкнуть, как наступят новогодние праздники, поэтому лучше позаботиться о подарках заранее. Вряд ли Вадим о таком думает.
Одеваюсь теплее и собираюсь идти на остановку, как тут же вспоминаю, что Филёв мне запретил ездить на общественном транспорте. Только с ним либо с личным водителем. Я пыталась сопротивляться, но вся его семейка, как сговорились, и дружно поддержали Вадима в этом вопросе. Впервые видела такую сплочённость. Пришлось сдаться.
Стою с телефоном в руках и не решаюсь позвонить Глебу — семейному водителю. Неловко настолько, что щеки краснеют от одной только мысли. Делаю пятиминутное упражнение на дыхание и набираю номер:
— Глеб, здравствуйте, не могли бы вы меня подвезти до центрального торгового центра, — быстро выпаливаю я на одном дыхании.
— Конечно, — немного мнется водитель. — Эм если вы не против, то с нами может поехать еще и Егор. Он тоже туда собирался.
— Да конечно, — с облегчением выдаю я.
Младший брат Вадима тихий, замкнутый и спокойный парень, что здесь может пойти не так?
Запрыгиваю в подъехавшую машину на заднее сиденье, где уже находится Егор. Тихо поприветствовав меня, он буквально вжимается в свое место. Вся дорога проходит в каком-то неловком молчании. Егор даже в глаза мне не может смотреть, а я не могу поверить, что это действительно родной брат Вадима. Полная противоположность.
Замечаю на рукаве Егора красное маленькое пятно. Мне бы промолчать и заняться своими делами, но взгляд постоянно цепляется за этот ляп на белой рубашке.
— А что это такое? — не выдерживаю и спрашиваю Егора. Пальцем пытаюсь оттереть, кажется, засохшую краску.
— Наверное не заметил, когда собирался, — ежится Егор от нахлынувшего дискомфорта.
Я уже давно заметила, что он не любит, кода нарушают его личное пространство, а для меня этот как красная тряпка. Присаживаюсь чуть ближе.
— Ты рисуешь? — спрашиваю я, сложив все как дважды два.
— Немного, так увлекаюсь когда не занимаюсь учебой, — Егор воодушевляется, и я замечаю, как сразу же заблестели его глаза.
— Это же здорово! — вскрикиваю я, видимо, чуть сильней чем следовало, потому что Егор немного пугается. — Я слышала в торговом центре как раз есть отличная галерея, где выставлены картины, можем глянуть, если хочешь. Я сама в искусстве не сильна, но думаю с тобой мы что-нибудь там присмотрим.
 
Кивает и охотно соглашается.
Не знаю почему, но мне так хочется подружиться с этим застенчивым парнем. Помимо характеров они с Вадимом и внешностью полностью отличаются. Егор худощав, с острыми скулами, светлые волосы, немного веснушек на лице. Ему бы светиться, как солнцу, но я всегда вижу его в печали.
Как только подъезжаем к центру, сразу же направляемся на выставку картин местных мастеров. Пройдя по кругу, мой взор привлекает одна довольно мрачная картина. Она выполнена в таких странных оттенках для живописи. Штрихи то четкие, то размазанные и прорисовываются даже силуэты людей. Немного жутко и навевает тоску, но почему то мне показалась, что она отлично впишется в интерьер квартиры Басовых. Задерживаюсь на этой картине чуть дольше обычного, а Егор смиренно стоит рядом и не дышит.
— Вот классная картина, что скажешь? — спрашиваю со всей серьезностью.
— Да, — обреченно выдыхает Егор. — Автор в эту картину всю душу вложил.
— Круто, тогда я, наверное, куплю ее, — смеюсь довольная своим выбором. — Она идеально подойдет в дом твоих родителей.
— Знаю, — еще тише говорит Егор и подходит к картине вплотную, протягивает руку и немного лишь слегка прикасается к полотну.
— Почему? — спрашиваю я, чувствуя подвох.
— Потому что это и есть дом моих родителей, — говорит Егор, как зачарованный не отрывая взгляда от картины.
— Что?! — вскрикиваю на всю галерею и тоже приближаюсь вплотную к этому произведению искусств.
Всматриваюсь в правый нижний угол и замечаю мелкую, но такую красивую и лаконичную надпись: Е.Басов. Хочу прикоснуться к имени, но вовремя одергиваю руку.
— Так эта твоя картина… — констатирую я и смотрю на Егора. — Но почему тогда ты не занимаешься этим? У тебя отлично получается. Ты мог бы развиваться в этом направлении.
Егор пожимает плечами и опускает голову в пол. Возможно, я лезу не в свое дело. Но эта картина говорит сама за себя — ее автор талантлив!
— Отец не одобряет этого, — наконец произносит Егор. — Как только я закончу учебу в универе, то должен буду приступить к работе в его фирме. Хорошо хоть он разрешает рисовать вместо хобби. Но о том, чтобы заниматься искусством всерьёз даже слышать не хочет.
Зная характера Макара Басова, несложно представить, как он отчитывает бедного Егора за то, что тот просто рисует. Спорить с ним невозможно. Но неужели он не видит как его сын несчастен? И его не интересует чего он хочет на самом деле? К сожалению, я ничем не смогу им помочь. Егор должен сам выстроить свой путь и твердо заявить отцу о себе.
Спустя минуты тишины Егор обреченно вздыхает. Смотрю, как он удаляется из галереи погруженный в свои мысли.
Подзываю девушку администратора и покупаю картину Егора. Обещают доставить в срок. Пусть картина и странная, но действительно наполнена душевными страданиями художника. Может, я и не могу помочь Егору с проблемами, но зато могу повеселить этого застенчивого парня как следует. Догоняю его и утаскиваю по всем женским бутикам, где мы вместе выбираем мне странные наряды, скупаем сладости и с веселым настроем заваливаемся в кинотеатр на комедию. Брат Вадима раскрывается мне с новой стороны.
Егор смеется, шутит и, кажется, забывает о своих проблемах хотя бы на время.
  
23. Вадим
 
Вру Кире напропалую.
Конечно, я не хожу ни в какой офис по выходным. Но находится рядом с ней, становится опасным. Каждый ее смех, каждое ее движение отзывается мгновенной реакцией у меня в теле. И единственное верное решение — это отдалиться от нее.
Приезжаю в торговый центр и иду в кинотеатр, чтобы скоротать время. Я уже пересмотрел там всё, что только можно и пошел по второму кругу. Сажусь в кресло поудобней, специально выкупив все билеты рядом с собой, чтобы никто не потревожил мой странный отдых. Отдых, в котором нет Киры.