Падение (ЛП)
Она обернулась на тот дом, где заметила в окне мужчину и увидела, что кто-то выходит из парадной двери. Адреналин хлынул по ее рукам, заставив кончики пальцев заныть от избытка энергии. «На самом деле этого нет, — подумала она. — Я во сне«. Но паника была настоящей. Она проникла внутрь, заставив ее побежать.
Из другой двери появилась еще одна фигура. На этот раз — ближе. Почти из каждой двери домов по всей улице вылетали люди — словно какие-то твари из разворошенного гнезда. Не сводя с нее глаз, они выходили на ступеньки домов, двигались по дорожкам к тротуару.
Как только они стали приближаться, все исчезло.
Она стояла в дверях спальни, освещенной свечами, размером с десять квадратных футов. В воздухе витало раздражение. Коул склонился над походной плитой, что-то помешивая в котелке. Лайла сидела на единственной кровати, сердито сложив руки на груди.
Внутри Аны зашевелилась вина. Снова прошлое. Атмосфера была полна напряжения, и она являлась тому причиной.
— Вчера, после слушания… — ее губы зашевелились, произнося слова, которые она не могла изменить. — Когда ты посадил меня на свой мотоцикл, кто были те люди?
Коул покачал головой, явно не в настроении разговаривать.
— Какие люди? — спросила Лайла.
Ана попыталась подвигать руками, сказать что-то другое. Она словно оказалась в ловушке, запертая внутри деревянной куклы.
— Когда я узнала, что в тот вечер, когда Джаспера похитили, Коул шел следом за мной, — произнесла она, — это меня напугало. Вот я и убежала, а потом оказалась на улице, где из домов вышли странные люди-зомби.
— Арашаны? — ахнула Лайла. Она быстро посмотрела на Коула и снова повернулась к Ане. — Ты зашла на улицу арашанов и смогла уйти?
Ана попыталась сместить взгляд. Она разговаривала с Лайлой, но хотела еще раз увидеть лицо Коула, каким оно было до имплантов. Зачем Тенджери показывает ей это?
— А что такое эти арашаны? — спросила она.
— Эксперимент военных, — сказала Лайла.
— Никто точно не знает, — голубые глаза Коула устремились на нее, и обе ее сущности вспыхнули от этой связи.
— Там где они живут, что-то передается по воздуху, — не унималась Лайла, — что останавливает все мысли и движения. Немного пожив с этим, человек снова получает возможность действовать и думать, но остается отрешенным, замедленным, сонным. Эксперимент проводит специальный отдел психпатруля.
— Никто точно не знает, — повторил Коул.
Ана почувствовала внутреннюю борьбу. Образы затуманились. Она уходила, снова перемещаясь сквозь время. Теперь она стояла у костра в долине. Мужчина выглядел старше, волосы стали седыми, кожа на лбу покрылась морщинами, глаза от возраста приобрели молочный оттенок, слепота исчезла.
— Ваши люди кое-что нашли, — сказал он, — вибрацию, которую они отправляют, медленно разделяя миры. — Мужчина бросил что-то в огонь. Крохотные цветные вспышки взметнулись в темную воронку дыма над ними. Они жарко зашипели, ослепительные в своей неповторимости, составив цвета радуги, прежде чем развеяться как серый пепел. — Если разрушение будет продолжаться достаточно долго, мы превратимся в остров, бороздящий в темных глубинах вселенной.
— В людей со странными глазами, которых я видела…? Арашанов?
— Да. Они уже начали меняться. Ты не сможешь разрушить что-то, не уничтожив малую толику всего.
Вдруг вокруг нее все завертелось. Не медленное весомое давление прошлого, а быстрые образы, сквозь которые она пролетала, словно свет, проходящий сквозь воду. Удлиненные цвета накладывались один поверх другого, покрытые рябью красные, синие, зеленые, фиолетовые, сворачивающиеся внутрь и наружу вокруг друг друга. Отделанные побелкой коридоры. Мраморные полы. Женщина в сером костюме, разглядывающая что-то в руках Аны. Смотритель Домбрант, следующий за женщиной с электрошокером. Девочка, вышедшая из-за стены. Операционный стол. Врачи. Двухлетний мальчик с огромными черными глазами. Зеленая карта на его бритой голове. Надрез. Кровь. Тяжелый вдох. Тяжелый выдох.
Мальчик. Спаси мальчика!
22
Знания
Джаспер знал. Он знал, где провел те семнадцать дней и ночей, когда пропал, куда Эшби привез его ради «безопасности «и причину, по которой он потерял память.
Вчера он бороздил интернет, когда прямой эфир новостей Би-би-си прервал хакер. Сотни тысяч людей были удивлены, заворожены и взволнованны чьей-то видеосъемкой пациентов внутри центра психической реабилитации. Огромных черных спальных корпусов. Матрасов, расстеленных на полу. Пациентов, лежащих в темноте. Босоногих подростков в тонких голубых халатах, шатающихся по пустому двору. Без надзора. Без медсестер. Пациентов, привезенных санитарками и выброшенных как трупы.
И вот тогда все на него и обрушилось. Он был одним из психиатрических больных Трех мельниц.
Было утро среды. Джаспер застыл на пороге спальни родителей. Мать, уютно устроившаяся под одеялом на кровати с балдахином, пила чай и листала журнал. Отец стоял перед большим позолоченным зеркалом, завязывая галстук. Девид выглядел на пятьдесят-пять. Он носил прямоугольные очки с толстой оправой с того момента когда просыпался и не снимал до самого сна. Его каштановые волосы тронула седина. У него было простое, непримечательное лицо, унаследованное сестрой Джаспера, когда сам Джаспер с Томом были похожи на мать.
— А, Джаспер, — произнес отец. — Рад тебя видеть. Мы с твоей матерью только что обсуждали, что пора бы тебе уже вернуться в Оксфорд.
Джаспер посмотрел на мать. Она улыбнулась, но он подозревал, что та даже не участвовала в разговоре.
— Я поговорил с твоими преподавателями, — продолжил отец. — Зная о твоих нынешних трудностях, они готовы позволить тебе перейти на второй курс, сдав экзамены за первый во время специально разработанного для тебя летнего графика.
— А что насчет Аны?
— У Аны большие неприятности, — сочувствуя, произнес Девид. — К сожалению, она не сумела, так как ты оправиться от пережитого. Ана более ранима. Очевидно, что она так и не восстановилась после промывки мозгов «просветителями«. Ты не должен винить себя. Пришло время двигаться дальше.
— Двигаться дальше, — повторил Джаспер. Его чувства к отцу всегда были смешанными. Девид не принимал участия в их детстве, а когда он это делал, то ясно давал понять, что Том — его «золотой «мальчик. Но сейчас Джаспер явственно ощущал к этому человеку неприязнь. — Мы с Аной заключили брачный союз меньше месяца назад.
Девид посмотрел на жену.
— Ну, думаю, время показало, что свадьба была ошибкой.
Джаспер расправил плечи.
— Просвещение не похищало меня, — сказал он. Голова матери взметнулась вверх.
— Джаспер! — испуганно прошипела она.
— Эшби похитил меня и поместил в Три мельницы ради «безопасности«.
Отец уставился на него взглядом, таким далеким и полным презрения.
— Ты знал? — спросил Джаспер.
— Знал что? — сказал Девид.
— Что Эшби похитил меня, потому что у меня был исследовательский диск, выявляющий аномалию в тесте на Чистоту? Что Том кое-что нарыл в твоей лаборатории, подключившись к первоначальным заключениям о ДНК-тесте на Чистоту?
Девид поднял свой кожаный портфель. Единственной эмоцией, которую Джаспер у него заметил, был намек на насмешку.
— Я знал, что твой брат связался с сектой Просвещение. Они управляли им, использовали его, прочистили ему мозги. Том стал очень беспокойным и вел себя довольно странно. Прежде чем я смог ему помочь, он сбежал из города и покончил жизнь самоубийством.
Люси сползла с кровати на кремовый ковер и подтянулась за прикроватную тумбочку.
— Что происходит? — прохрипела она.
— Надеюсь, — продолжил Девид, — твой инстинкт самосохранения лучше, чем у него.
Отец Джаспера подобрал золотые часы со стола и, закрепив их на запястье, удалился из комнаты.
* * *Эшби ночью принял достаточно большое количество болеутоляющих, отчего сейчас его мысли путались. Репортер, которую Домбрант встретил перед больницей, была довольно милой и приятно улыбалась, на что доктор улыбнулся в ответ, моментально забыв о тяжести того, что собирался сделать.