Ржевский 2 (СИ)

Прочесть из нас троих может только Норимацу, но на неё он как раз и внимания не обращает: напряжённо переводит взгляд с меня на Наджиб, даже губу закусил.
— Не могу я задержаться, — вежливо перехожу на русский, обходя владельца шёлкового халата по дуге в сторону выхода с территории. — Дело срочное.
Живую поклажу добросовестно тащу на плече.
— Я бы очень вас попросил! — лицо племянника императора затвердевает.
— Сколько угодно, — разрешаю. — Просить — это сколько угодно.
И топаю дальше. Свою линию в переговорах можно гнуть разными способами.
— Стоп. Вы знаете, с кем сейчас разговариваете?! — он догоняет меня, старательно семеня по каменной мостовой тапочками без задников. — Вы…
— Так, подержи. — Передаю Мадине тело, сбрасывая его с плеча и перебивая самоуверенного типа.
Менталистка может усилиться через этот свой буст и в состоянии держать такой вес хоть на вытянутых руках, она сильная.
А я пока на шёлкового вручную наеду, оно порой результату только способствует. Особенно если стороны переговоров не планируют переходить к протоколу согласований.
— Ё*нулся? — неподдельно удивляется подопечная почему-то по-русски, делая быстрый шаг назад.
При этом и не думает принимать у меня груз — руки прячет за спину.
Чёрт. Выходит несколько неловко.
Пленный со всего размаху падает на камни, прикладываясь в том числе головой.
— Ладно, — закусываю нижнюю губу, озадаченно глядя под ноги. — Бывает.
А что здесь ещё сказать. Ничего подобающего в голову не приходит: одноклассники, видимо, признали типа в халате и толпой ломанулись следом.
Стоят вон рядом, внимательно ловят каждое слово.
— Господин Рже… — договорить у хлыща не выходит.
Делаю шаг вплотную, одну ладонь бросаю ему на подбородок и захлопываю чужой рот:
— Помолчите.
Второй рукой, прихватив за пояс халата, перебрасываю уже его через плечо:
— Если вы хотите переговоров, то поедете со мной. Безопасность и неприкосновенность гарантирую, Слово Ржевского.
Толпа учеников начинает гудеть десятком шёпотов, как растревоженный пчелиной улей. Суть можно передать короткой фразой:
— Ржевский, что ты творишь?!
Видимо, только мой Род не испытывает пиетета перед любыми чинами.
— Напор и манёвр, — отмахиваюсь от одноклассников, после чего опять меняю язык. — Мадина, можешь пока понести своего коллегу? Ты сильная, я знаю, а у меня руки заняты.
— ЖЕНСКИЙ ХОР ТЕБЯ ЗАЖДАЛСЯ! — Она с мрачным видом направляется ко мне, и не думая подымать второе тело с земли. — А НУ ИДИ СЮДА, Я ТЕБЕ КОЕ-ЧТО ПОПУЛЯРНО РАСТОЛКУЮ!
— Эй, стоп! — вскидываю руки в защитном жесте.
С неё станется.
Второй менталист тарахтит головой о камни.
— Чёрт, напугала. — Отскакиваю на всякий случай ещё на один шаг и повторно смотрю под ноги.
Снова озадаченно.
— Ладно, на разных плечах их понесу, — нахожу единственно возможное решение. — Только не нервничай! — прошу подопечную, потому что выражения её глаз реально опасаюсь.
Шу с нечитаемым лицом хлопает несколько раз в ладоши:
— Ржевский-сан, вы меня второй день восхищаете.
— Чем же? — интересуюсь, с кряхтением возгромождая на себя оба тела.
Так, на плечи их, допустим, положил. Но тапочки слетели и сейчас сиротливо лежат без хозяина.
Плюнуть и бросить? Или?..
— Мадина, а хоть тапки его можешь взять?! — шестое чувство вовремя подсказывает бросить после просьбы взгляд на Наджиб. — ПОНЯЛ! НЕ НАДО! ПУСТЬ ЛЕЖАТ!
Ничего не понимаю.
Чего она так взъелась? Можно подумать, я её прошу меня прямо тут обслужить, как профессионалки Норимацу.
Владелец шёлкового халата, в отличие от коллеги-подчинённого, слабо шевелится, пытаясь протестовать. Из его рассечённой головы мне на ногу падает капелька крови.
Ладно. Дома извинюсь и поясню, что не специально. А одежде моей уже всё равно хуже не будет — одни обгорелые лохмотья после боя.
Чёрт, одни убытки второй день, хоть бы груз порталом поскорее пошёл.
*****
ИНТЕРЛЮДИЯ 
За некоторое время до этого. Разговор двух неустановленных абонентов. Содержание беседы защищено от прослушивания специальным протоколом магосети Дома Воронцовых. 
 
— Вы на связи?!
— Да, Ваше Сиятельство. Внимательно вас слушаю.
— Всё пропало! Клиент уезжает!
— Можете пояснить спокойно?
— Мой человек в Первом Императорском сейчас мониторит картинку! Информацию пересылает мне!
— СТОП. Ваше Сиятельство, немедленно успокойтесь! Я гораздо быстрее уясню, что происходит, если вы прекратите истерику!
— Ржевский неизвестно за что ударил вашего специалиста. Тот потерял сознание. Ржевский взял его на плечо и сейчас тащит на выход!
— ЧТО-О-О?!
— Да! Я понятия не имею, что делать!
— Ваше Сиятельство, боюсь, мы вынуждены будем разорвать контракт. — Собеседник торопливо отставляет кофе на блюдце и принимается лихорадочно перебирать портальные свитки на письменном столе кабинета. — Где же он был… был же у меня и в Первый Лицей… Идиот! Это я не вам. Я же могу на маяк навестись, если он, как вы говорите, на плече у Ржевского.
— Вы ку…
Разговор прерывается из-за исчезновения одного из собеседников.*****Шу Норимацу, клан Ивасаки, группа Мицубиси.
Что какой-то результат их с партнёром обязательно ждёт, она окончательно поверила лишь сейчас: говорить с Ржевским экстренно прибыли ну очень большие люди.
Дальний родственник здешнего императора, бастард — но признанный. Она вспомнила, кто он, случайно плюс личность тут же подтвердила Наджиб.
Последняя, кажется, вообще узнаёт всех в этом городе, ревниво подумала японка. Но это и хорошо: когда общение идёт на ТАКОМ уровне, что-нибудь в итоге да получится.
Портал на территорию Первого Императорского Лицея, кстати, был открыт с нарушением абсолютно всех законов города (попутно интересно: что ждёт империю, в которой собственные правила так нагло, цинично и безнаказанно нарушают сами же власть предержащие?).
Как Шу и думала, от визитёра прозвучало некое предложение, от которого не принято отказываться.
Понятно, чё. Родственник местного монарха даже одеться подобающим образом не удосужился: видимо, боится, что партнёр из его человека вытряхнет гораздо больше, чем выдержит их не всегда законный бизнес.
Шакалы, японка тихо вздохнула про себя. Впрочем, не её дело — на Островах подобного контингента тоже хватает.
В следующую половину минуты дважды случилось странное, азиатка даже не поняла: они с менталистской специально разыграли сцену? Зачем?
Или попранное достоинство вельможи было расчётливым ходом Ржевского? Последний на виду у всех подмёл дорогу чужим шёлковым халатом (его владельцем, если сказать профессионально точно и не смягчая сути).
О чём с ним ругалась подопечная, было непонятно: общение шло на языке Залива, но со стороны смотрелось занимательно.
Откровенно говоря, японка не ожидала, что им сейчас дадут уйти. Однако обошлось: соученики напарника по бизнесу дошли лишь до школьных ворот, а больше никого и не было.
На улице возникла неловкая заминка:
— Транспорт в итоге будет?! — угрюмо бросил Ржевский через минуту, продолжая удерживать два тела на плечах.
Какой он всё-таки сильный.
Его подопечная нервно подняла раскрытую ладонь, давая понять, что сейчас общается. Если её теребить, быстрее всё равно не сделается.
— Дмитрий-сан, — на всякий случай Норимацу даже по-японски заговорила с соблюдением этикета. — Я правильно понимаю, вы хотите провести конфиденциальные переговоры? Так, чтобы вам не помешали?
— Да.
— И для этого вы планировали вернуться домой? Однако ваша опекаемая не может быстро решить вопрос с перемещениями?
— Да. Хотя я бы иначе сказал.
— Вон там, за вторым поворотом, один из офисов нашей семьи, — предложила Шу. — Идти семь-восемь минут быстрым шагом. Если вы справитесь… — она тактично замолчала и не завершила фразы.