Демон Судьбы. Проснуться Демоном (СИ)
— Надо перетянуть. Мерзкая курица. Похоже ухитрилась меня долбануть, и сильно. Я не чувствую руку и, похоже, вена перерезана. — Я робко надеялась, что это была не артерия.
Рей одним движением вытянул из моих джинсов ремешок. Я подбородком показала:
— Вот тут, чуть ниже локтя затяни.
— Надо забинтовать, — пробормотал Рей, затягивая импровизированный жгут и смахивая кровь с моей руки
— Надо, — согласилась я. — Я там сохранила, чем тебя перевязывала. Можно использовать еще раз. Но вот рубашку твою я таки испортила, — я хихикнула. Почему-то было весело. Я представила себя со стороны: вся в разбитых яйцах и крови. Зрелище должно быть то ещё!
Рей укоризненно покачал головой и вдруг, неожиданно подхватив меня на руки, понёс сквозь лес.
— Эй! — возмутилась я. — Там яйца остались! Добытые, между прочим, моей драгоценной кровью!
Рей приостановился, всматриваясь мне в лицо:
— Да заберу я твои яйца, не переживай. Никуда они не убегут!
— А вдруг? — пробормотала я, опуская голову ему на грудь. Почему-то накатила слабость и начало подташнивать. Надо же было так глупо напороться!
Убаюканная размеренным дыханием Рея и ровным стуком его сердца у меня под ухом, я, похоже, задремала. Надеюсь, это всё-таки был не обморок.
Проснулась я от ощущения, что меня бережно укладывают на землю около костра. Костер всё ещё попыхивал редкими язычками пламени. Рей вернулся, неся бутылочку с водой и аккуратно скрученный мной ранее бинт-футболку. Под моим чутким руководством (два витка в начале… да плотнее, плотнее затягивай… нет, ну не настолько же, у меня рука завтра отвалится!) меня перевязали и оставили у костра приходить в себя. Рукой я всё ещё не могла шевелить, но мне показалось, что в кончиках пальцев начинает ощущаться легкое покалывание. С раздражением я посмотрела на свою руку и начала, собирая всю силу воли, пытаться пошевелить пальцами. В конце-концов, это моя личная рука, я уже знаю, что умею кое-что магическое… Может попытаться залечить на клеточном уровне? Но при попытке перейти на микроскопическое зрение резко заломил затылок и меня так замутило, что об этом варианте пришлось забыть. Отдышавшись, я здоровой рукой подбросила в костёр хвороста и улеглась поудобнее, укрывшись утепляющим платочком. Что-то начало знобить. Вот не хватало ещё, чтобы эта мерзкая курица занесла мне инфекцию! А может они ещё и ядовитые? С какого перепуга я руку не чувствую? Ощупав всё ещё ноющий затылок, я поняла, что ещё и голову обо что-то разбила при падении. Не к добру эта тошнота: похоже таки заработала и лёгкое сотрясение.
Темнота на краю поляны зашевелилась и выпустила из себя Рея в сопровождении чиррлы. Рей нёс добытые мной в кровавом бою яйца в одной руке, мой рюкзачок на плече (когда я успела его потерять?!), и умерщвлённую курицу за лапы в другой. Мура с гордым видом тащил за шею еще одну курицу. Свою курицу Рей бросил у костра, а чиррла утащил свою куда-то под ближайший куст, откуда сразу же донеслось удовлетворённое чавканье.
— Рей, у нас ещё вода есть? — поинтересовалась я, сама поразившись, каким хриплым оказался мой голос.
— Что случилось? Пить хочешь?
— Да тут выяснилось, что я еще и головой обо что-то треснулась. Надо бы промыть. — Мне очень не хотелось просить помощи, но я понимала, что сама сейчас не встану, и уж точно не дойду до родника.
Рей протянул мне бутылку с водой:
— Пей. Дай-ка я посмотрю твою голову.
Я послушно повернулась на бок. Рей провел рукой по моему затылку, тихо присвистнул и вдруг, снова подняв меня на руки, направился в лес.
— Что такое? Куда?
— Куда-куда, — буркнул тот. — Промывать. Это ж надо, весь Совет магов не мог с ней справиться, но она умудрилась самоубиться абсолютно без посторонней помощи. Тебе не кажется, что не стоит им помогать?
— Я ещё живая, — так же буркнула я, борясь со вновь накатившей тошнотой и понимая, что слова Рея не так уж далеки от правды.
— С такой целеустремлённостью это ненадолго.
Остаток пути он угрюмо молчал, а я бултыхалась в каком-то странном состоянии между сном и явью. Впрочем, прикосновение ледяной воды к моему затылку быстро вернуло меня в этот мир. Хорошо ещё волосы у меня короткие, на надо долго ковыряться.
— Ну вот каковы шансы! — зло пробормотала я. — Там же везде трава, и птиц этих долбаных не было!
Рей вдруг странно дернулся и замер, прошептав: «Не может быть!»
— Чего не может быть? — поинтересовалась я
— Шансы! Каковы шансы… — пробормотал Рей. — Боюсь, эта сволочь играет с вероятностями!
— Что?
— Йор. Он, похоже, может влиять на вероятности… — Рей скорее размышлял вслух, чем что-то объяснял, машинально смывая запекшуюся кровь с моего затылка. — Это объясняет внезапную болезнь принцессы и вообще кучу мерзких событий, свалившихся на королевство с то время… И сейчас… К черту Оракула, надо возвращаться к учителю. Merde! Как невовремя я остался без резерва!
Притащив меня обратно и устроив около костра, Рей занялся разделкой птицы. Я то проваливалась в забытье, то выныривала обратно, ощущая на себе его пристальный взгляд. Когда мясо было готово, Рей принёс мне кусок, но, к сожалению, есть я не могла: изрядно мутило, в затылке равномерно бил набат. Я еле удерживалась, чтобы не стонать. Рей со вздохом подсел поближе, переложив мою голову себе на колени и накрыл рану на затылке рукой. Я не смогла сдержать усмешки: надо же, как поменялись роли всего за сутки! От его руки разливалось странное успокаивающее тепло, которое, казалось, слегка приглушало боль. Надо было как-то отвлечься.
— Рей?
— Да? — отстраненно отозвался он. Мысли его явно витали где-то далеко.
— Что случилось с твоим отцом?
Рей дёрнулся, словно его ударили, и на несколько минут замер. Затем неслышно перевел дыхание и бесстрастным голосом спросил:
— Я разговаривал во сне?
— Нет, — усмехнулась я. — У тебя был дикий жар, и ты не разговаривал, ты орал.
— Ничего особенного.
— Я не верю, — я повернулась, чтобы видеть его лицо. — Я тебя чувствовала.
Рей дёрнулся снова и закрыл глаза. Его лицо превратилось в застывшую маску. У меня мелькнула слабая мысль, что, наверное, зря я это делаю, но в голове было мутно, и размышления не давались. Я уже почти начала снова проваливаться куда-то, когда Рей заговорил:
— Помнишь, я говорил, что мои родители — археологи?
Я машинально кивнула, сразу же об этом пожалев: в затылок словно вонзили кинжал.
— Так вот, сразу после моей защиты папа пригласил меня навестить его на раскопках на Кавказе. Там, по его словам, было что-то жутко интересное, да и, типа, мне не помешает расслабиться и развеяться… Когда мы ехали на машине по горному серпантину, случился обвал. Камнями машину скинуло в пропасть, и она почему-то загорелась. Загорелась сильно, и сразу изнутри. Отец каким-то образом вытолкнул меня из машины. Мы оба уже горели. Я не знаю что произошло. Наверное, в том месте был естественный портал, и меня выкинуло в этом мире. Я сильно обгорел, здорово приложился об камни, меня чуть не сожрали гаррхи… но я выжил. А мой отец погиб… там, в нашем мире, — голос прервался, и он судорожно сглотнул. — Во всяком случае, ни машины, ни отца я здесь потом не обнаружил. Лир меня спас, керу меня выходили и вылечили. С помощью фейо. Правда фейо им удалось найти только через месяц, до этого я испытал все прелести медицинских, с позволения сказать, практик средневековья. Чуть не сдох.
Я слушала рассказ в ужасе, не зная, что сказать, понимая, что любые слова здесь бессмысленны и бесполезны. Идиотка любопытная! Ну зачем я полезла!?
— Извини, — пролепетала я.
Он пожал плечами и снова застыл, словно в трансе.
Глава 25. В которой я узнаю много интересного о магии и о себе, и таки удивляю Рея
Я проснулась рано утром. Только рассвело, и в лесу еще было довольно сумрачно. Ни Рея ни чиррлы поблизости не было. Вспомнив происшествия прошлой ночи, я поразилась своему хорошему самочувствию. Пощупала затылок: ничего. Левая рука работала и не болела. Я хорошенько её рассмотрела: повязка исчезла, через всё предплечье ниточкой тянулся белый шрам. И всё. Ух ты! И рубашка! Рубашка на мне была абсолютно чистой: ни следа крови и грязи. Похоже, Рей вернул свою способности! И тут я почувствовала укол совести… вернее это было больше похоже на пинок под дых: я вспомнила своё вчерашнее абсолютно бестактное поведение. И ведь не послал же! Видимо решил: что взять со стукнутой дуры. Зато сейчас сбежал. Видимо, достала таки.