Новая жизнь 7 (СИ)
— Это какая-то ошибка! — повышаю голос я: — у меня раненая девушка, ей надо в больницу!
— Поднимите руки вверх и становитесь на колени! — настаивает Оя Три Проповеди и у меня в голове вспышками возникают картинки ее обнаженного тела, ее закушенной губы, звучит в ушах ее голос, призывающий не останавливаться и зовущий меня по имени. Жизнь бывает иронична. Быстро просчитываю варианты. Сделать вид что сдался, а потом напасть на Ою и Морико? Дать команду Шизуке, которая прячется где-то в темноте? И как прореагирует Бьянка, которая тоже в темноте со своим пулеметом?
Я медленно поднимаю руки. Что бы то ни было, но заставлять нервничать полицейского с пистолетом, направленным в твою сторону — дурацкая идея. Сила полицейского не в его синей форме и не в смешном револьвере, его сила — в государстве, стоящим у него за спиной. А сейчас у меня нет возможности скрыться… да и у каждой из них есть нагрудные камеры, а также камеры в автомобиле. Здравствуй Большой Брат, который всегда следит за тобой.
— На колени! — настаивает Оя Три Проповеди, очевидно все еще не узнавая меня. Ее подружка — уже делает шаг из-за двери, сейчас мы опустимся на колени, она подойдет к нам и завернет нам руки за спину, наградив металлическими браслетами от имени полицейского департамента города. Интересно, они так же легко снимаются, как и наручники из моей прошлой жизни? Я опускаюсь на колени, рядом со мной, прикусив губу — становится на коленки Натсуми.
— И… — Морико-сан делает шаг к нам, ее глаза округляются, она узнает меня и даже открывает рот, но не успевает ничего сказать, как гремят выстрелы, и она падает на землю, хватаясь за бок и перекатываясь по бетону. Я толкаю Натсуми в сторону и падаю сам, сверху.
— БАНГ! БАНГ! БАНГ! — звучат выстрелы, Оя Три Проповеди приседает за дверцей своего автомобиля и стреляет в ответ. Какого черта тут творится и кто эти вновь прибывшие? Стрелять по офицеру полиции при исполнении — это серьезная заявка на суицид. В этой стране такого не прощают и даже самые матерые якудза никогда не позволяют себе такой роскоши.
— Ты как? — кричу на ухо Натсуми, она ошалело кивает и что-то говорит в ответ, но я не слышу. Выстрелы гремят не прекращаясь, я поднимаю голову и наконец определяю — откуда. Два автомобиля на краю парковки, огонь ведется прямо оттуда, из окон. Потому то мы еще живы, неудобно из окна ствол вниз наклонять, они стреляют по патрульной машине…
Я отползаю в сторону, под укрытие бетонного блока, ограждающего парковку, тащу за собой Натсуми, за нами остается кровавый след. Ее задело? Или… ага, это меня задело, но ничего серьезного. И у нее коленки в кровь, тоже ясно.
Выстрелы продолжают греметь, офицер полиции Оя вскрикивает и падает вниз, плотность огня слишком велика, да и мощность оружия у той стороны не позволяет стоять, укрывшись за тонкой дверцей патрульного электромобиля. Экологически чистый транспорт из переработанных материалов, да.
— Сволочи! — раздается крик и на сцене появляются новые участники спектакля. Господин Широ и его гориллы. Они ведут огонь на подавление, у них нет штурмовых винтовок, но все равно несколько пистолетов в умелых руках — заставляют наступающих сделать паузу и даже откатиться назад. Один из людей Широ тут же метнулся к патрульному кару и наклонился над упавшей Оей. Слава богу, ей окажут помощь. Выстрелы продолжают греметь и на парковку заезжает еще один автомобиль. Оттуда высыпают новые гражданские с оружием и занимают позиции, начиная теснить людей Широ. Конечно, сам Широ-сан и двое с ним, да парочка пистолетов у них, надо полагать что они не ожидали тут штурмовую группу встретить. Люди Широ отступают, один из них тащит на себе Ою-сан, они отстреливаются и отступают к бетонным блокам, укрываясь за ними.
— Эй! — окликаю я того, что тащит Ою: — сюда! Тут безопасно! — он укрывается за соседним блоком и случайная пуля высекает искры из бетонного покрытия за его спиной.
— А. Это ты. — ворчит старый детектив, срывая с себя пиджак и разрывая рубашку на полосы, стремительно перематывая руку Ое Три Проповеди: — позови дьявола… А ты что здесь делаешь?
— Стараюсь не умереть — пожимаю я плечами.
— Эти уроды ранили мою дочь — упрямо выпячивает челюсть вперед детектив: — кто это такие вообще?
— Общество Высшей Истины — говорю я: — Оя-сан ваша дочь?! Я не знал.
— Теперь будешь знать. — он быстро выглядывает и тут же прячет голову. Выстрелы затихают.
— Мне зовут Натсуми, я одноклассница Кенты-куна, очень приятно! — говорит Натсуми: — как у Ои-сан дела? Она серьезно ранена?
— Царапина! — Оя Три Проповеди наконец вырывается из рук своего отца и сверлит его взглядом: — я просто поскользнулась! Кента-кун! Это ты! Как… неожиданно!
— Ты знаешь этого мелкого засранца? — хмурится детектив: — откуда?
— Ээ… — говорит Оя и … краснеет! У нее кровь из плеча течет, она ранена, в нас стреляют и еще ничего не закончено, а она — краснеет! Неисповедимы вы пути женской души…
— Что?! — ревет старый детектив: — да я сейчас ему голову откручу!
— Пожалуйста не надо! — хватает его за руки Оя: — это было давно! Это… по пьяной лавочке! Морико-тян меня напоила!
— Конечно! — отзывается слабым голосом Морико из-за соседнего бетонного блока: — конечно, подставляй Морико, Морико все равно на свою репутацию. Хотя нас скорее всего сейчас убьют, но я с твоим папой подружиться хотела вообще-то! Привет, Кента-кун!
— Привет! — кричу я: — как вы там, Морико-сан?
— Хреново! — откликается она: — у меня патронов шесть штук осталось и дырка в ноге. Минут пятнадцать еще продержусь, а потом все. Передай моей маме что я ее люблю.
— Вы там! — гремит голос: — отдавайте Кисимото Минами и канистры с веществом и останетесь жить!
— Ты! — выкрикивает старый детектив: — да как ты посмел вообще?! Свои грязные лапы к моей дочурке! А ты! Как ты могла?! Он же извращенец малолетний! Ты вообще видела сколько у него баб? Он и сейчас там с какой-то!
— Меня зовут Натсуми и я одноклассница! У нас ничего не было! — встревает Натсуми, задумывается и добавляет: — пока.
— Папа, прекрати, ты меня позоришь — увещевает детектива Оя: — мы же не в средневековье живем и это нормально… я девушка и у меня есть потребности…
— А вот теперь я точно узнал, от кого это ты таких фразочек нахваталась! — ревет детектив: — Морико!
— Неправда! Не учила я ее такому! Она сама! — отрицает все Морико: — я бы никогда!
— Вы там слышали, что я сказал?! — гремит голос: — отдавайте Кисимото Минами и …
— Да кто такая эта Кисимото Минами и что им всем нужно? — восклицает Оя и откидывает барабан своего револьвера вбок, поднимает стволом вверх и трясет, выбрасывая стрелянные гильзы.
— Ты разговор в сторону не уводи! — настаивает детектив: — ты лучше скажи, как ты могла?! С этим?!
— О Господи! — закатывает глаза Оя: — да хватит уже! Да, я перепихнулась со школьником! Да, я плохая дочь и гулящая женщина! Но нас сейчас вообще убьют тут всех, ты серьезно, пап?! Это так для тебя важно?!
— Важно! Ты — моя дочь! А он — … — детектив давится словами, не находя подходящих.
— Ладно вам, я учусь хорошо — говорю я, желая разрядить обстановку. Детектив хватается за сердце.
— Неправда — вставляет Натсуми: — одни «удовлетворительно». Но я вас понимаю, Оя-сан, есть у него какой-то животный магнетизм.
— О Господи — повторяет Оя, перезаряжая свой револьвер и ловким движением кисти — защелкнув барабан на место: — может хватит уже о моей личной жизни?!
— В самом деле — откуда-то неподалеку поднимается голову Широ-сана: — Хираи, оставь ты девчонку в покое, она уже взрослая, спит с кем хочет. Лучше возьми у нее пистолет и прикрой нас с фланга.
— Не отдам! — вцепляется в свой револьвер Оя: — я тут офицер полиции и представитель законной власти, а вы… вообще непонятно кто!
— Служба Безопасности — откликается Широ: — Оя-сан, ну вы же знаете, ваш отец лучше стреляет чем вы, у вас рука ранена, ну что вы в самом деле.