Новая жизнь 7 (СИ)
— Усыпляющий газ, а? — задумывается Бьянка: — это возможно. Я подумаю над составом… но даже в этом случае никаких гарантий что ни у кого не будет аллергии или что он не задохнется, упав лицом в чашу с пуншем — не будет. Жертвы все равно могут быть… это не говоря уже о концентрации газа вблизи устройств для распыления.
— Усыпляющий газ? Контролируемо и относительно безопасно — говорю я: — если Кексик найдет подходящее химическое соединение, то… я могу одобрить операцию.
— Жалко, что зарин не пригодится — кусает ноготь Бьянка: — ну да ладно. Потом сделаем утечку в поместье у «Общества Высшей Истины», дескать сами себя и потравили… тоже возможно.
— Хорошо. Ты пока подумай… а я схожу прогуляюсь, свежим воздухом подышу. — я встаю и потягиваюсь. Долго мы тут сидим. Надо бы ноги размять.
— Я с тобой до магазина пройдусь — предлагает Юрико: — курить охота сил нет.
— Сигареты на складу есть — отзывается рассеяно Бьянка, уже стучащая по клавиатуре.
— Уж извини, Кексик, но «Лаки Страйк» я курить не буду. Я же не из семидесятых. — насмешливо сообщает Юрико и встает вслед за мной: — веди, бесстрашный герой!
Когда мы выходим наружу и заворачиваем за угол, Юрико — подпирает собой стенку и достает пачку сигарет. Прикуривает от зажигалки и мотает головой, откидывая волосы в сторону.
— Значит не закончились у тебя сигареты, а? — спрашиваю я, становясь рядом: — так что ты хотела обсудить наедине со мной?
— Хм. Заметил. Всегда глазастый был — усмехается Юрико: — вопросы у меня есть. Как именно Ван погиб. Почему твоя подружка то такая умная-умная, а то дурочка почище чем ее Рыжик. Почему твоя одноклассница с ней в один голос поют, как будто в церковном хоре выступают? И это, даже если оставить за бортом такие очевидные вопросы как — откуда у твоей подружки зарин в таких количествах? Откуда у нее оружие? Кто такие Внутренний Круг Красного Лотоса и почему это не толстые дядечки сорока пяти лет в драных трениках и в очках, дрочащие на ее фотки? Почему это, сука, поджарые морские пехотинцы с татуировками особых подразделений на запястьях… я видела такие уже. И… какого черта ты не видишь что тобой играют?
— Заметила. — вздыхаю я и забираю у нее пачку сигарет. Достаю одну и смотрю на нее. Сигарета как сигарета. В этом мире я еще не курю. Не научился.
— Всегда глазастая была — усмехаюсь я: — зажигалку дай, Кассандра прорицательница.
Глава 21
POV Таро Хираи, частный детектив
Мир не менялся. Этот мир оставался таким же дерьмовым, с его моросящими дождями, старыми газетами на подоконнике, хрипящим радиоприемником и переполненной пепельницей на столе. Вчерашний день был похож на сегодняшний, а сегодняшний — точная копия завтрашнего. Единственное отличие вчера от сегодня или завтра, это то, что вчера к нему заходила его Золотая Рыбка. Рассказывала, как у нее дела на работе, что нового придумали в департаменте полиции, чтобы еще больше «интегрировать полицию в жизнь города» и как ее подружка начала встречаться с каким-то бывшим боксером, который сейчас в тренеры подался. Посидели допоздна, пили только чай и поэтому с утра Хираи чувствовал себя необычно хорошо. То есть, да, болела спина, давала о себе знать старая травма, ныла шея, которая затекла от неудобной позы, потому что он опять заснул на диване… но это все. Необычно.
— Доброе утро, соня — говорит ему Джи Джи и пускает дым от сигареты прямо в лицо. Дым от сигарет Джи Джи — пахнет можжевельником и снежными вершинами Гималаев. Необычно для табачного дыма, но он уже привык к тому, что Джи Джи — необычная девушка.
— Только не дергайся — говорит она ему: — Широ-сан в комнате. Пришел полчаса назад, когда ты еще спал. Говорила тебе — замок поменяй. Но он вежливый — ничего трогать не стал, сел в кресло, сидит, газету читает.
— Толку замок менять — ворчит Хираи и поднимает голову: — такие как Широ все равно все сломают. Верно я говорю, Широ-сан?
— Доброе утро, старая ты развалина — откликается Широ с кресла, так и не опустив газету: — сегодня в твоей конуре уже не так сильно воняет мокрой псиной. Приводил вчера девушку из Веселого Квартальчика? Или Джи Джи все-таки решила сменить амплуа на домохозяйку?
— Еще чего! — фыркает Джи Джи и закладывает ногу за ногу, напоминая Хираи незабвенную сцену из «Основного Инстинкта»: — скажи этому громиле, что скорее он в театр кабуки пойдет девочек играть, чем я за тряпку возьмусь.
— И какая такая черная нужда выгнала такого уважаемого человека как вы наружу… в эту самую конуру? — Хираи игнорирует выпады Джи Джи, он знает, что Широ-сан все равно ее не видит и даже обращается к ней — просто наугад повернув голову куда-то вбок. На самом деле Джи Джи сидит на подоконнике, ее любимое место, она как кошка — обожает смотреть на людей сверху.
— Нужда? — Широ-сан наконец опускает газету и Хираи видит вертикальную складку между его бровей. Складка глубока и это говорит о том, что у Широ — неприятности. Сам же Широ-сан устроен таким незамысловатым образом, что неприятности Широ имели тенденцию превращаться в неприятности ближних и дальних его — зачастую вырастая в масштабах. Так что вертикальная складка на лбу у Широ не предвещала самому Хираи и каким-нибудь бедолагам в городе ничего хорошего. Широ-сан — человек мэра, все это знают, но Широ-сан может быть и сам по себе. Тень его начальника не затмевает его репутации, потому что Широ-сан — это Широ-сан. Да, сейчас он начальник службы безопасности, но это только сейчас. В темных водах ночного города он не просто крупная рыба, а один из Левиафанов, чья огромная туша может лишь задеть плавником, проплывая мимо, гарантируя неприятности самим своим присутствием. В городе не так уж и много игроков его калибра и с точки зрения теневой морали это не мэр взял на работу Широ-сана, а скорей Широ-сан взял под свое крыло и защиту господина мэра. Именно поэтому в городе не было ярко выраженного антагонизма между гражданской службой муниципалитета и теневыми организациями, вроде той же якудза господина Кумы. Был компромисс, а если возникали какие трения — то все договаривались. Раньше. До того, как в городе появился один … человек.
— Нужда — повторяет свои слова Хираи: — иначе стал бы ты, чертов громила ломать мой замок и врываться в мою конуру. Она невзрачная, но это моя конура. Моя… и ее.
— «Чертов громила» — это невежливо — говорит Широ и аккуратно складывает газету. Кладет ее на стол. Барабанит пальцами по дереву. Его необычно толстые запястья, перевитые венами в очередной раз напоминают Хирари, что он имеет дело с мечником. С настоящим мечником.
— И я прошу прощения за прошлый раз — Широ пожимает плечами: — в тот раз ты был совсем тепленький, вот и пришлось тебя взбодрить… немного.
— Это он за тот раз, когда тебе затрещину влепил и в ванной под холодную воду поставил? Или за тот раз, когда… затрещину влепил и водой окатил? — прижимает пальчик к подбородку Джи Джи: — какой обаятельный мужчина. Неужели сегодня никто не будет тебя бить и холодной водой плескаться? Видишь, всего один день не попил горькую и уже жизнь меняется… удивительные открытия…
— Помолчи уже, а — ворчит Хираи, садясь на диване и чувствуя, как у него кружится голова: — и без тебя тошно…
— Это ты мне или ей? — уточняет Широ, видит его лицо и кивает: — ей значит. Передавай привет своей персональной шизе, Хираи и скажи ей, что тебе чертовски с ней повезло. Такая очаровательная девушка в качестве личной галлюцинации… имей в виду, что у тебя вполне могла быть другая галлюцинация. Например — Мао Цзе Дун. Или там Гитлер. Ээ… или кто еще… так что тебе повезло.
— Не надо ее поощрять — отвечает Хираи: — она и так… чересчур самоуверенная. Ты так говоришь, потому что не слышишь и не видишь ее. Откуда тебе знать, может она страшная как смертный грех и зубов у нее нет…
— Да как ты смеешь! — Джи Джи кидает в него сигаретной пачкой, и он уворачивается, убрав голову в сторону. «Лаки Страйк», думает он, глядя на пачку, какая ирония, никакого удачного удара. Широ подбирает пачку с пола и кладет ее на стол.