Новая жизнь 7 (СИ)

— Такие дела — говорю я и пододвигаю к себе остывший чай в темной керамической чашке: — так что теперь выбор за тобой.
— Но… почему? — хмурится Косум: — Кума никогда так с людьми не поступал! Это же беспредел какой-то! Деньги вообще китайцу должны, китаец умер, долга нет, разве не так?
— Это так не работает — пожимаю я плечами: — то есть по логике должно было, но в нашем мире есть наследники и правопреемники. Им все и переходит. Дальше — Ван старший имеет какие-то делишки с триадой, со всеми этими «Тремя Соцветиями» и «Четырнадцать тысяч», он передает этот долг им — видимо за какие-то обязательства. Рискну даже предположить, что ничего плохого он и не хотел, просто расплатился за должок не деньгами а этой бумагой. Те, в свою очередь — решили таким вот способом решить вопрос с давним должком перед Кумой и помирится с ним. Город портовый, не удивлюсь, если скоро начнут контейнеры с Континента тут появляться… что угодно — оружие, наркотики, девушки… сотрудничество с Континентом — это золотая жила. Тут для Кумы главное лицо сохранить, что это не он перед парнями с Континента прогнулся, а они ему принесли в зубах должок. Те же, считая долг протухшим…
— Что? — моргает глазами Косум. Все-таки она у Кумы просто бойцом была, да на побегушках, да и недолго, не успела специфику работы усвоить.
— Протухшим. Что могут континентальные Бьянке сделать? В Японии? Да ни черта, только в суд подать. — поясняю я: — пока подадут, пока высудят, пока аресты наложат…а мы экспертизу подписи заявим, проверку нотариуса — он же континентальный. За это время я все активы выведу и Бьянку обанкрочу… фига что они получат. Вот такой вот долг и называют протухшим. Вроде как формально он есть, договор, печать, подпись, все дела, а фактически — дырка от бублика. Зеро. Зилч. От мертвого осла уши. Так что им этот долг нахрен не нужен, вот они и сплавили его Куме… заодно и помирились с ним. А…
— Погоди — хмурится Косум: — не надо думать, что я совсем дурочка! Как ты выведешь активы Бьянки, если они сразу в суд подадут, а суд аресты на имущество наложит?
— Кто сказал, что ты дурочка? — удивляюсь я: — вот смотри, даже если они успели бы аресты наложить на имущество, эта ситуация решается на раз два. Самый простой способ — раздуть долги Бьянки до небес. Например — вот должна она миллиард иен..
— Пфух! — давится напитком Косум и мне приходится ее по спине хлопать.
— Это я для примера — объясняю, убедившись что она не захлебнется апельсиновым соком и подав салфетку: — вот должна какую-то сумму. А тут раз и расписки появляются, что мне должна там еще два миллиарда, тебе парочку и… например Марике — пять. А имущества у Бьянки не хватит всем выплатить… даже одному. Что сделает суд? Да поделит на всех, согласно пропорции… и так изначальному кредитору всего десять процентов от общей суммы стоимости имущества упадет. И это, если идти по общей процедуре, а ведь есть платежи и долги, которые взыскиваются преимущественно… так что, да, долг Бьянки — протухший. Никто, кроме Кумы и не взыскал бы его. А Кума может это сделать, потому что он тут хозяин … я имею в виду в городе. И ему достаточно зацепки, чтобы предъявить претензию. У него есть внесудебные способы обеспечить взыскание долга… и ты знаешь какие.
— Вот же… — Косум витиевато ругается на незнакомом языке. В японском языке матов и нет почитай… просто интонациями играем… на худой конец дураком назвать можем, а вот у тайцев видимо есть что сказать в такой ситуации. Уважительно смотрю на нее. Много нехороших слов Косум знает, а еще девочка.
— Так что у меня сейчас будут проблемы с Кумой и я искренне прошу тебя остаться в стороне — говорю я: — не встревать в ситуацию, пока все не разрешится.
— Как так? — Косум откидывается на спинку стула и возмущенно смотрит на меня: — что я не человек что ли? Кума-сан тут должен простых людей защищать, а не беспредел наводить! Это же грабеж!
— О, да. Простых людей защищать… — киваю я. Кредо якудзы — «защитники простых людей», робин гуды, блин, японские. Есть у них такой пунктик, он им и обеспечивает выживание в непростых условиях, то, что при прочих равных симпатии этих самых простых людей с улиц — как правило на их стороне. Они и спор рассудят и долги вернут и беспредельничать не дадут… вот только мы с Бьянкой в этой терминологии «простыми людьми» не являемся. И весть о том, что Бьянку раскулачили и она теперь на побегушках у Кумы — не вызовет народного возмущения, а скорее — открытое злорадство, так ей и надо, сиськами на камеру трясла, да легкой популярностью обзавелась, жениха кинула, пусть отрабатывает. Никто не любит выскочек. Как там Хироши говаривал — «низведу гордых и возведу смиренных»?
 
Так что защита простых людей — для простых людей. Кума тут все верно рассчитал, его робингудовский рейтинг ни на йоту не дрогнет.
— Черт… охота тебе помочь, но у меня брат там работает — говорит Косум и прикусывает ноготь на большом пальце: — вот же скотина этот Кума, а на вид такой лапочка…
— Да не нужно мне помогать. Просто не вмешивайся, потому как всякое может быть. Рейдерский захват Общаги не исключаю. Если будет — не сопротивляйтесь там, в бутылку не лезьте. Я все улажу, вот увидишь.
— Да? Как ты с этими китайцами хотел уладить? — прищуривается Косум: — Кума-то не знает за твои приколы с пакетом на голове. Думает это я их напугала. Сдается мне, выкопал он себе яму… имей в виду, Кента-кун, что если Кумы вдруг не станет — то на его место его заместитель встанет, Хиро-сан.
— И надо будет с ним договариваться?
— И если вдруг будешь пакет готовить, то готовь два сразу. Потому что Хиро-сан та еще дрянь и скотина. — говорит Косум: — меня к ним так и не приняли, но он ко мне давненько клинья подбивает… кабы не Сомчай… в общем готовь больше пакетов. И постарайся не попасться.
— Да я в общем ничего и не задумываю такого…
— Знаю. — кивает она: — и … в общем поддерживаю. Кума… он только кажется добрячком. Ты знаешь, что Сомчай оттуда уйти не может? Это у меня контракта и не было считай, а братец мой задолжал и за документы, и за обучение, и за мой переезд. Теперь у него дороги назад нет, пять лет — это минимум… а скорей всего все десять. Кому он через десять лет нужен будет, если только черепа дробить умеет? В общем своего ты считай добился. Я как сраная Швейцария в этом конфликте — нейтральна и беспола. — она поднимает руки вверх, жестом «умываю руки, ничего не знаю, что происходит».
— Спасибо — киваю я. Встаю и кланяюсь. Косум — наклоняет голову.
— До свидания, Косум — говорю я: — все будет хорошо, не переживай.
— До свидания, Кента. Удачи тебе там. — кивает она. Что же… одной проблемой меньше. В наше беспокойное время ожидать большего и не стоит. Я выхожу в дверь. Направляюсь к стоящему тут же автомобилю. Сажусь на пассажирское сиденье. Меня охватывает нездоровое возбуждение, как и всегда перед серьезным делом.
— Как все прошло? — спрашивает меня Бьянка, сразу же трогаясь с места: — все хорошо?
— Все отлично. Как дела у Рыжика? Она уже в самолете? Ты не сказала, что у них места в бизнес-классе и уж тем более не сказала, что это не Окинава, а Гавайи. С ума сойти, там, наверное сейчас полно девушек в травяных юбках и с ожерельями из ярких тропических цветов на груди, а еще такие коктейли в половинках от кокосов и с маленькими зонтиками над ними. Ну, знаешь, чтобы напиток не подогревался солнцем. Я смотрел, сейчас там тридцать пять градусов, безоблачно… рай на земле. Полагаю, что мой отец уж точно заслужил отпуск и хорошо, что он сейчас не работает. — говорю я, стараясь заполнить пустоту и не молчать в дороге. Бьянка косится на меня, поворачивает руль в сторону и останавливается на обочине.
— Ты хочешь об этом поговорить? — спрашивает она, выключив зажигание: — ты можешь просто сказать мне. Незачем скрывать.
— О чем это ты? Я ничего не скрываю. Более открытого человека чем я трудно найти — уверяю ее я: — просто я рад, что Рыжик и семья Такахаси, моя мама, папа и мелкая приставала — на Гавайях. Жемчужина океана! Знаешь, я считаю, что нам с тобой тоже следует туда съездить — как только вся эта заваруха кончится. Вот сразу и поедем. Только мы… впятером.