Надежда повстанцев (СИ)

Сдвинув книгу в ноги, я радостно улеглась на кровать. Утренние лучи брызнули из незапертой форточки, пришлось защищаться руками. И все же в тот момент я была счастлива. Я нашла… Нашла его!
В сердце Саламандровых гор стоит монастырь! По крайней мере, на это указывала древняя карта, а что там сейчас – кто знает.
Настоящий Югр Ставский вполне мог бывать там, а может он находится там прямо сейчас. Сидит у открытого окна башни, попивает чай и пишет новую часть детектива. Творческие люди не прочь уединиться, и монастырь в горах – отличное место для вдохновения.
Захлопнув книгу по ядам, я вскочила с кровати.
В "Сердцах" было пусто. Под конец месяца у людей не было денег ходить по барам, тем более сейчас, когда экономика нестабильна. Приближение катастрофы чувствовали все, даже далекие от финансов. Если вчера куриная тушка стоила пол серебрушки, сегодня – одну, а на завтра продавец рисует на ценнике два серебряных… Ждать беды.
Колесо перемен было не остановить. Кто бунтовал, кто подстраивался, а кто-то на собственных плечах толкал колесо вперед. В надежде скорее пережить трудности и возрадоваться новому миру.
– Императорский сыщик выполнил свою работу, – довольно прищурился Томас Мориш, отпив свой чай.
– Я не надеялась, если честно, – сидя напротив вербовщика, я задумчиво перебирала салфетку. – Он против революции, вы знаете?
– Знаю. Как союзник он мне не интересен, скорее, наоборот. Он привык решать проблемы по старому. Пусть, нам это даже на руку.
Я кивнула и с грустью посмотрела в маленькое окошко.
– Ты огорчена? – заметил мое состояние Мориш.
– Мы поссорились на фоне этого дела…
Как удивительно легко я произнесла эту фразу. Видно, искренне желала поделиться, пусть и без подробностей.
– Ссорятся не из-за дел, причины ссор лежат более глубоко. Ревность, недоверие, страх…
Мориш перечислял что-то еще, но я и без него знала причину.
– Мне кажется, он боится моей силы. Спрашивает, хочу ли я знать его тайны, почему не смотрю, не проверяю и всё такое.
– У императорского сыщика много тайн, немудрено, по профессии положено. И поверь, не о всех государственных тайнах нужно знать женам.
Я кивнула, пропустив мысль про жену, какое уж там.
Наверное, Мориш прав. Когда человеку нечего скрывать, он и не беспокоится. А когда ему по службе положено много знать, а рядом ходит такой вот "радар" – наверняка, Рик чувствует себя не в своей тарелке.
– Николетта, – позвал Мориш, и я постаралась сфокусироваться на разговоре. – А вы говорили о природе твоей магии? Рассказывала, как это происходит? Возможно, его пугает не магия, а неизвестность, дистанция. По-правде, и меня пугала, пока я не понял, как работает твой дар. Если хочешь сохранить отношения со своим сыщиком, нужно разговаривать, а не таиться. Это нормально.
– Тяжело быть нормальной девушкой.
– А кто сказал, что это легко? – хохотнул Мориш и залпом допил свой чай.
Когда солнце склонилось к закату, я уже сидела на крыльце дома Рика и отбивалась от прожорливых комаров. Внутрь заходить не стала, хоть служки дома Рика и уговаривали войти.
– Там девочка господина, – услышала я шепотки.
– А чего ж не заходит?
– Стесняется… Повздорили, небось.
Мне заботливо вынесли плед и кружку горячего чая. В одиночестве я сидела долго. Сегодня Рик припозднился, я почти задремала, а когда проснулась, вокруг стелилась тьма.
Мой силуэт в темноте был едва различим. Мужчина вздрогнул, когда собрался ступить на крыльцо и врезался в чье-то сонное тело.
– М? – Рик беспардонно ощупал мое лицо и остановился, держась за подбородок. – Ника?!
– Я вижу только силуэты… – пролепетала заранее приготовленную речь.
– Что? О чем ты?
– Я прошу ворона увидеть тайну, и он показывает мне силуэт предмета, или мебель, или дверь, где что-то скрыто. Если ты заведешь любовницу, я максимум увижу подсвеченный женский волос на твоей рубашке. А если издалека, так даже не пойму, что именно там светится.
 
– Подожди, – остановил мой поток мыслей Рик. – Какая любовница?
– Так работает моя магия. Я вижу тайны, но как бы издалека. Разбираться с ними мне приходится самостоятельно.
Мужчина нащупал мою руку и помог встать. Теплый плед слетел на землю, я поежилась. Горячая рука Рика стала единственным источником тепла.
– Я готов помочь тебе разобраться с магией… – тихо предложил Рик. – Если захочешь.
– Давай, – улыбнулась, а с души будто камень скатился.
– Я скучал.
Слов не потребовалось, я прильнула к любимому и почувствовала, как каждая клеточка тела радуется этой близости.
– Зайдешь? – предложил Рик, будто я его случайная гостья.
Взявшись за руки, мы вошли в дом.
Оба были счастливы.
  
Глава 10. Сборы
 
Солнечные лучи проникали в комнату и разливались мягким светом. За окном щебетали живые будильники, но этот звук нисколько не мешал нежиться в кровати и наслаждаться утром. Я и забыла, как хорошо просыпаться в этом доме, время здесь казалось беззаботным. А сейчас…
– Переезжай ко мне, – предложил Рик, заметив, что я проснулась.
Я медленно покачала головой.
– Не хочешь?
– Не могу, – уклонилась от прямого ответа, целуя мужчину в лоб. – Мориш знает про наши отношения, но не уверена, что другие тоже будут рады. Давай не будем усугублять, я же под прикрытием.
– Мне с самого начала не нравилась эта затея, – нахмурился Рик.
Благоразумно промолчав, я неловко сползла с кровати.
Прикрываясь одной простыней, засеменила к креслу, где вчера бросила платье, колготки и даже белье. Зеркало на трюмо помогло привести себя в порядок. Черные волосы распушились, а на затылке и вовсе стояли дыбом. Устав бороться с ними, сделала гульку и заколола бронзовой шпилькой. Платье в синюю клетку чуть ниже колена превращало меня в скромную работницу какого-нибудь архива.
И только Рика моя скромность не смущала.
– Я узнал, откуда в редакцию приходят рукописи, – неожиданно произнес он.
– Ты о Югре Ставском?
– В поле "адрес" указаны Саламандровы горы, пункт О. Что значит "О", я так и не понял, городов с таким названием я не нашел.
Улыбнулась отражению и сквозь зеркало поймала крайне заинтересованный взгляд мужчины.
– Кажется, я знаю, что это за "О".
Расческа была отброшена, а на постель приземлилась старинная карта месторождений камней силы. Свет из окна брызнул на бумагу, выделяя нужную область.
– Вот тут, долина в Саламандровых горах. Югр Ставский в книгах постоянно упоминает эти горы, я предположила, что либо он часто там бывает, либо живет поблизости. Видишь знак? – я ткнула в кривое солнце. – Я изучила его, этот знак означает монастырь. Полностью звучит как "монастырь солнечного народа". Последнее, думаю, для придания большей метафоричности и загадочности месту. Все же, монастырь – место религиозное, надо соответствовать. И, поскольку других поселений в районе гор нет, я полагаю, что Югр Ставский описывал Саламандровы горы именно оттуда.
– А знак точь-в-точь как на письме в редакцию, – пробормотал Рик, вглядываясь в изображение, и я мысленно возгордилась проделанным трудом.
– Единственное, я не знаю, существует ли монастырь сейчас. Карте триста лет, а на современных солнца уже нет.
– Редактор сказал, что последнюю рукопись прислали неделю назад. Судя по всему, именно оттуда. Неужели монастырь еще функционирует?
– Невероятно!
В глазах обоих заискрилась надежда. На долю секунду я вновь почувствовала единение с Риком. Как тогда, когда мы нашли потайной ход в шкафу или когда боролись с механическими псами. Мы понимали друг друга с полуслова почти всегда! Это ли не повод доверять?
– Хочу съездить туда, – решительно заявила я. – Надо задать вопросы настоящему Югру Ставскому и узнать про Даниэля.