Мастер для эльфийки, или приключения странствующего электрика (СИ)

Один лебедь, слегка припадая на крыло, на котором проступила кровь, медленно отступал вместе с птенцами к воде. Видимо, кто-то всё же сумел ранить.
Второй шипел на суетящуюся эльфийку.
Гречка быстро оглянулся, а потом заметил обвешанный ветками зелёный эльфийский спальник на дереве. И обмотанный тряпками ствол ружья.
— Урод! — прокричал он, вскинул оба револьвера вверх и принялся палить. Барабаны отстрелял за считаные секунды, а в следующий миг что-то щёлкнуло рядом. Знакомо так, как винчестер калибра эдак тридцать второго.
— Брось пушки, — произнёс незнаемый голос совсем рядом.
Гречка разжал пальцы, и оба револьвера упали на траву.
— Ружьё, — повторил голос.
Антон медленно снял со спины свой винчестер и тоже уронил под ноги.
— Теперь нож.
Неподалёку закричала девка, которая споткнулась о палую ветку и упала плашмя на мох и шишки.
— Вань-Вань! — заголосила она и постаралась встать. То теперь уже и в самом деле хромала. И в это время к ней медленно подбирался лебедь.
Гречка плавно развернулся. Кусты рядом затрещали. Оказывается, стрелок прятался не на дереве, а в прикрытой ветками вырытой яме. Выскочивший оттуда человек быстро скинул с себя рубашку и кинул в сторону птицы, отвлекая внимание, а сам подхватил девку и поволок в заросли.
— Сука, — выругался Гречка. Он не собирался упускать шанс. Быстро наклонился и подхватил нож. Ножи он хорошо умел метать.
Размахнулся и…
И в следующий момент понял, что его опять обманули, ибо увидел ещё одну спрятанную в кустах эльфийку, всю замотанную в их национальное одеяло, вышитое листьями и цветами. Замотанную, с испачканным глиной лицом и с бластером в руке. И кашляющую.
А последнее, что разбойник увидел, это голубоватая вспышка света.
* * *
Это было отвратительно.
Лебеди ушли к себе на озеро, и теперь мы стояли над телами разбойников. Пришлось стащить их в одно место. Всего шестеро, одного. Одного забила насмерть птица: голова всмятку, как варёное яйцо после пасхи. Четверых подстрелил я. А ещё одного укокошила Киса.
До сих пор перед глазами стоит картинка: шатающаяся от усталости, сгорбленная и исхудавшая эльфийка; оскаленный, как дикий зверь, разбойник; блеснувшее лезвие ножа; вспышка; дым и ровное отверстие на одежде с обугленными краями. Оно размером с яблоко. Брызнувшая в разные стороны вскипевшая сукровица, смешанная с хлопьями почерневшей крови. И падающий на землю бандит. Он, скорее всего, умер даже не от раны, а от болевого шока. Хотя вырванный клок жареного мяса был приличный, словно молнией или высоким напряжением ударило.
— Всё, мы свободны? — сдавленно спросила зажимающая рот Рина. Её и так уже два раза вывернуло наизнанку.
Я покачал головой.
— Во-первых, нам надо похоронить убитых.
— Он бы нас не хоронили, — перебила девушка.
— Мы люди, и поступать надо по-людски, — продолжил я. — Кроме того, звери могут на запах крови сбежаться. А что во-вторых, то разбойников может быть больше. Надо что-то с другими делать. Не факт, что мы главаря грохнули.
Я посмотрел на кучку оружия, которую удалось собрать. Семь револьверов. Шесть ружей. У подстреленного из бластера был очень неплохой винчестер двенадцатого калибра. И револьверы вполне себе. Один с откидным барабаном, второй — орочий. Орки баловались земным оружием, но переделывали на свой лад. Как такового ствола не было, а барабан на пять патронов двенадцати миллиметров удлинён. Барабан держится на усиленной рамке, и получатся блок из пяти стволов с общим спусковым механизмом. Заряжался, как древний, но до сих пор хороший наган: через окошко позади барабана. А ещё при необходимости к нему крепился небольшой приклад, только его сейчас не было, но попросить выковать какого-нибудь гнома — недорого и недолго. Было бы желание.
— Как мы будем выбираться? — тихо спросила Рина, переглянувшись с Кисой.
— Есть мыслишки, — прошептал я, наклонился и подобрал чёрную шляпу.
 
 Глава 24. Снова наживка 
 
Шляпа села как влитая. Хорошая шляпа. Если выберемся… Нет, здесь лучше сказать, когда выберемся, оставлю себе. Она такой же трофей, как и оружие.
Кстати, об оружии.
Я сел на корточки и снял с убитого разбойника ремень с кобурами и патронташ. Пригодятся. А затем залез в карман.
— Вань-Вань, ты его грабишь? — тихо спросила Рина. Девушка стояла рядом, брезгливо морщась и обхватив саму себя руками. Старая порванная рубашка норовила спасть с плеча. А я вздохнул. Что ни говори, но красивую эльфийку даже холщевый мешок из-под картошки, накинутый как платье, не портит.
— А ты предлагаешь закопать золото и серебро?
— Но ведь труп, — неуверенно пролепетала она.
— Это он на нас напал, а не мы на него. И он не чая хотел с нами выпить, а меня убить, а тебя взять в плен. Не удивлюсь, что они бы тебя продали на одичалом западе в рабство за копейки. Там извращенцев много. На эльфиек большой спрос.
Девушка промолчала, а когда я принялся гуськом двигаться от одного убиенного негодяя к другому, шаря в карманах, сделал шаг и неловко опустилась рядом тем, кого пришиб драконовый лебедь. В вырезе рубахи показалась упругая белая грудь с острыми сосками.
Я ещё раз вздохнул. Даже это не самое приятное занятие у Рины получается эротично.
В достатке денег оказалось только у прежнего хозяина шляпы. Я насчитал аж десять золотых и мешочек серебра в двести грамм весом. Там и рубли, и юнки, и кредитки. Весьма приличная сумма. А у остальных всего по паре серебрушек, не больше.
— Рина, — позвал я девушку, — ты жить хочешь?
Эльфийка застыла и уставилась на меня округлившимися глазами. Она явно сейчас перебирала в голове варианты того, что могу от неё потребовать: от жёсткого секса, прямо здесь, у трупов, до людоедства.
Не стал мучить девушку неведеньем и сам продолжил объяснять план:
— Нужно ещё раз сыграть роль беззащитной жертвы.
— Я не смогу, — побледнела Рина пуще прежнего. — Я и так чуть под себя не налила.
— Рина, лампочка моя ясная, — тихо продолжил я, — выбирай. Либо мы сидим здесь и глядим, как твоя сестра умирает, либо рискуем.
— Я не смогу. Я хочу помочь, но не смогу, — пролепетала девушка. Она поджала губы, пошатнулась на подкосившихся ногах. Даже коленки затряслись.
Я встал, со щелчком переломил орочий револьвер и высыпал стреляные гильзы на ладонь. Да, примерно угадал с калибром. Охотничий тридцать второй вместо револьверных. Патроны узкие и длинные, с запрессованными под самый верх пулями. Выстрел без приклада или сноровки может запястье вывихнуть, но орки и так стреляют, даже не с двух рук. Говорят, раньше был такой пистолет, «Десертный орел» называется, так он в два раз слабее, чем эта игрушка. Орки вообще любят бабах помощнее.
Под толстой крепёжной дугой револьвера имелась обмотанная чёрной тканевой изолентой железная скобка-ручка, как у винчестера. За неё можно взяться левой второй рукой, как за цевьё обреза. При этом подвижная.
Когда зарядил барабан, скобу отвёл вниз, словно ручку больших портняжных ножниц. Скоба провернула барабан и отвела курок. Занятный механизм.
— Рина, ты должна, — проронил я, глянув в сторону Кисы, согнувшейся пополам в тяжёлом приступе кашля.
— Знаю. Просто не дави на меня. Дай собраться с силами, — осипшим шёпотом отозвалась эльфийка и через силу сглотнула слюну, — мне страшно.
Я кивнул и быстро зарядил винчестер бандита. На этот раз двенашками. Следом положил оружие на траву и принялся стягивать с себя одежду.
— Ты что собираешься делать? — попятилась Рина, прикрываясь руками и пытаясь натянуть на себя рубаху так, чтоб казаться побольше прикрытой.
— Переоденусь, чтоб не узнали. А ты думала, насиловать буду? Вот делать мне нечего, кроме как трахать грязную эльфийку рядом с трупами, — огрызнулся я. — Сейчас те, кто у дороги, ждут ушедших. Чтоб задумка удалась, придётся действовать очень быстро. Задержимся хоть на полчаса, никто не поверит.