Мастер для эльфийки, или приключения странствующего электрика (СИ)

— Ты сдурел?! — заорала Киса и тут же торопливо зажала себе рот, боясь, что недруги услышат.
— Нет, нас там не будут искать, а мы самым краем пройдём. Только сперва сменим тактику. Винт, пусть голем потащит за оглобли эльфийский фургон. Девушек посадим в сёдла. Это куда безопаснее, чем опять вытаскивать их из повозки. Вы-то сами быстро распряжёте тяжеловозов.
— Мы нне умеем верхцом, — проговорила Рина, у которой от волнения прорезался акцент.
— Я поведу под узды. Так что ничего страшного. Главное в поводьях и стременах не запутайтесь, если лошадь понесёт.
— У тебя не мозги, а галька, — пробурчал Винт, но подбежал к голому и захлопнул капот на его спине, — бочки куда совать?
— Вот вместо эльфиек и суй в фургон.
— Там моё сцэкло, — тихо возмутилась Рина.
— Тогда привяжи к седлу. Плевал я на стекло, главное, что сами целы были, а без воды и газа сами взвоете, — огрызнулся я. — Живо вытаскивайте всё хрупкое.
Девушки бросились к повозке, а я принялся высвобождать их лошадей. Хорошо, что благоразумный Кор додумался в багажник фургона сёдла кинуть. И хотя они были неженские, сейчас выбирать не приходилось.
Вскоре под оханья и эльфийскую ругань механический великан засунул газовые баллоны и бочку с водой внутрь повозки, а затем схватился за оглобли.
— Вань-Вань, мы не умеем в седле, — протараторила Рина.
Я тихо выругался, смерил взглядом лёгоньких девушек, схватил свои седельные сумки и подцепил на чужую лошадь, а затем скомандовал:
— Живо на Гнедыша, надеюсь, этот Боливар вытянет троих.
— А кто такой Боливар?
— Конь сказочный. Решал, кому жить, а кому умереть.
— Говорящий? — с кривой ухмылкой переспросила Рина.
— Наверное, — пробурчал я и вскочил в седло первым. Потом помог забраться девчатам и подхватил их скакунов под узды. Неудобно, конечно, править конём одной рукой, да ещё и тянуть парочку, но хочешь жить, не так извратишься.
— Все готовы? — прокричал я, а потом слегка поддал Гнедыша под бока, направляя к чернеющему на горизонте фонящему лесу.
И даже несмотря на спешку, мне было приятно ощутить на своём поясе девичьи руки. Как зелёному юнцу, чес слово. Аж плечи развернулись, как у былинного богатыря.
А из памяти само собой всплыло имя того древнего, чью жизнь я сейчас иногда проживаю. Имя обронил один из его спутников во время стычки с десантом кланов.
Звали его, кажись, Никита.
 Глава 15. Неравный бой и весовые категории 
 
— Всё, — произнёс я, оглядываясь назад, — добрались-таки до фонящего леса.
Погони, вроде бы, не наблюдалось. Но за густым кустарником её не очень-то и видно будет.
— А как ты узнал, что мы добрались до этого леса. Деревья везде одинаковые, — вытягивая шею, спросила Рина. Она по-прежнему держалась за меня одной рукой, а другой придерживала Грелку.
Я криво ухмыльнулся и стряхнул с ботинка мелкого древесного рака, норовящего откушать шнурки. Подобные уродцы только в фонящем лесу и обитают. А именно этот зацепился за ногу, когда Гнедыш нехотя огибал ближайший малинник. Прямо с веток переполз, как клещ. И по правде говоря, рининой Грелке среди выползков фонящего самое место.
В общем, мы удалились от старой дороги на десяток километров, и теперь требовалась передышка. Небольшую полянку, поросшую костяникой и разнотравьем, окружали берёзки, среди которых виднелись словно клочки тьмы на фоне воздушных белых стволов, небольшие треугольные ёлки.
Остановились, при этом, удачно. Неподалёку, метрах в ста, было достаточно большое озеро, поросшее по кругу редким ивняком. Вода зеленела от круглых листьев кувшинок и пятен ряски. Из плохого: сыро и многочисленные комары. Назойливые насекомые хоть и не были порождениями фонящего леса, но очень хорошо вписывались в перечень местных чудовищ и крови могли попортить изрядно.
Добрались с трудом. Голем то с воем гидравлики тянул зелёный фургон, то бросал его и толкал тёмный, гномий, то откидывал коряги. Виной тому — валежник, который народ не собирал, боясь чудовищ фонящего леса. Возле самой дорогие древних лесочки и полянки вычищены, словно граблями, так как путники экономили драгоценный газ и керосин.
 
Эльфийские кони, которых я вёл за собой, позвякивали, обвешанные стеклянными банками, колбами и пробирками, как ёлка новогодними игрушками. До сих пор не понимал, зачем они Рине.
— Есть хочется, — подала голос Киса.
— Угу, — поддакнула ей Рина, грустно пробормотав что-то на своём, а следом я услышал урчание пустого желудка.
— Нет. Сперва основы оружейного дела, а потом уже обед. Для этого дела я выдам из своих последних запасов.
— Опять сушёную рыбу? — возмутилась Киса, и тут же ойкнула, так как чуть не свалилась с коня.
— Нет, кашу из топора, — пробурчал я в ответ и добавил: — Спускаемся потихоньку.
За спиной послышалось шушуканье девчат.
— А каша из топора, это как? — неуверенным голосом спросила Рина.
Я сперва хотел съязвить, а потом замер и едва сдержался, чтобы не расплыться в улыбке и воодушевлённо протянул:
— Вы не знаете этот рецепт?
— Из топора? — послышался хриплый голос мастера Винта. — Бред.
— И вы то-о-оже не знаете? У-у-у-у. Буду урок проводить. Вкуснейшая каша получится. Но сначала сдай бластер, — произнёс я, повернувшись в седле и поглядев на Кису. — А то я видел, как ты стреляешь. Чуть меня не поджарила.
— Я нечаянно, — пожала плечами эльфийка, мол, ничего же не случилось, значит, и ругать не за что.
— Сползаем, — повторил я и осторожно, чтоб не задеть девушек ботинком, перекинул ногу.
Спрыгнувшая с Гнедыша Киса нехотя протянула мне чудесное оружие. При этом на её лице было такое выражение, словно я у маленького ребёнка соску-пустышку отнял. Алые губки надуты, а сама глядит исподлобья, как на бяку.
Я же помог сёстрам спешиться и достал из мешочка револьвер и вручил вместо бластера. Эльфийка поморщилась при виде новой игрушки.
— Может, размер и имеет значение, но тебе лучше с маленького начинать. Вот научишься крохотную писюльку в руках держать, тогда и большой штуке поговорим, — произнёс я, а девушка покраснела и зыркнула на меня так, словно речь шла не об огнестреле, а чем-то неприличном.
Рина же почему-то хихикнула и с неким злорадством посмотрела на сестру.
В это время гномы достали тенты, котлы и газовые баллоны. Причём котлов два: один под жутко острую гномью похлёбку, а второй для каши из топора.
— Чую острые камни, — пробурчал мастер Винт. — Риджинх! — громко позвал он своего подмастерье. — Поставь голема с тяжёлой железякой охранять нас от чего-нибудь внезапного и большого.
Младший гном, который Шпунтик, угукнул и принялся объяснять механическому великану задачу, делая это короткими рублеными фразами по два-три слова на своём каркающе-шипящем наречии. Иногда повторял команды по несколько раз.
Я с любопытством поглядывал на эту парочку, ведь, несмотря на то, что хорошо знаком с подземным народом, некоторые вещи остались тайной. Особенно интересовал голем. Вот чем этот механический великан думает? Можно было бы списать на магию, но даже в магии существуют правила и основные понятия. Даже в электричестве есть основы, которые не сразу понимаешь.
Ещё в детстве, в гильдейской школе, старый учитель рассказывал нам: «Дети, есть ток ровненький, а есть волнистый».
Мы дружно осаждали его вопросами, не понимая сути, тогда учитель доставал деревянные макеты и показывал.
«Дети, ровненький ток бежит как ручей или река. И его можно приручить, направив на катушку, как ту же реку на водяное колесо».
Старик лил из кувшина воду в небольшой берёзовый жёлоб, а та текла на лопасти изображающего электромотор колеса, начиная крутить и колесо и небольшие, выточенные из сосны шестерни.
«А волнистый ток?», — орали мы.
Тогда учитель брал таз с водой, опускал туда обычный унитазный поплавок и качал ёмкость, создавая волны. Поплавок, приделанный к рычажку, поднимался и опускался, тоже двигал шестерёнки, а в конце цепочки механизмов стоял храповик, который с щелчками и скрипом заставлял двигаться шестерни только в одну сторону.