Доспехи демона (СИ)
— Значит, Десана недоубили. — задумчиво произнес я, хотя для меня и моего голоса в голове это и так было очевидно. — Выходит, если доспехи сейчас находятся у меня и я — их носитель… Десан опустился до уровня демона, которому требуется живой человек?
— Не думаю. — Тора покачала головой. — Даже если предположить, что Десан выжил — он разделен на три части. Три части единого целого, в том числе и единой личности. Представь сам, что случилось бы с твоей личностью, если бы ею пришлось делиться с еще тремя людьми. Что бы от нее осталось и насколько это было бы похоже на тебя нынешнего. Думаю, Десан все же мертв. Но в каждой его части хранится отголосок его души, его воспоминания, его характер, его образ мышления и жизни… Извращенный, обрезанный, полузадушенный отголосок личности, не способный быть полноценной личностью просто по определению. Поэтому доспехам и нужен человек — чтобы через него стать полноценным. Да, в какой-то степени можно сказать, что Десан опустился на много-много уровней в иерархии демонов… Но с тем же успехом можно сказать, что Десан распался на несколько обрубков демонов уровнем пониже, и это тоже будет правда.
Размышления Торы почти слово в слово совпадали с тем, что мне говорил сам демон, а, значит, можно ему верить. По крайней мере, в этом плане.
— Значит, цвет и вид отличаются потому что демон во мне — неполноценный? — уточнил я.
Мозг твой неполноценный.
— Я не знаю. — вздохнула Тора. — Я правда не знаю. Обычно такие следы, мы их называем "вены демона", черного цвета и скользкие на ощупь. Демон через них перехватывает кровоток и начинает питаться кровью. Если человек не сдается и противится демону, их становится все больше и больше, пока каждый кровеносный сосуд в организме не будет поражен. На этой стадии у человека уже нет спасенья.
— А до этого — есть?
— Да. Демонов из людей можно изгонять. Как ни странно, для этого надо, чтобы человек превратился в одержимого… Или, вернее, заставить демона подумать, что человек стал одержим. Накладывается специальное защитное заклинание, которое некоторое время защищает душу человека от захвата демоном, после чего его искусственно заставляют потерять над собой контроль и позволить демону захватить его. Когда это происходит, с демоном делают то, что обычно делают с демонами — уничтожают уже известным тебе методом. Главное это сделать быстро, пока душа человека под защитой.
— А человек не страдает в этот момент? В смысле физического вреда?
— Страдает, конечно. — поморщилась Тора. — Некоторые даже умирают. Один из сотни примерно. Но все равно все согласны на это, потому что знают, чем грозит отказ.
— Ты знаешь эти заклинания? Можешь изгнать?
— Знаю. Не могу. Тут нужно несколько умелых демонологов, а я даже не демонолог. Кроме того, я боюсь, что тебе это не поможет.
— И почему же?
— Твой случай особенный настолько, насколько это вообще возможно. Мало того, что ты сам из другого мира, мало того, что ты носитель доспехов самого Десана, мало того, что ты каким-то невероятным образом умудряешься сопротивляться давлению такого мощного демона, так еще и вены демона на тебе проявляются совсем по-другому, нежели на всех остальных. Я совершенно точно уверена, что весь наш совет в полном составе при одном только взгляде на тебя заявит, что действовать обычными методами в твоем стиле — это все равно что стучать палкой по пчелиному улью. Да, с вероятностью один к десяти тысячам улей окажется пустым и, расколов его, ты полакомишься медом, но, скорее всего, тебя просто закусают пчелы… А, учитывая твою ситуацию — пчелы-убийцы с ядом, от которого нет противоядия, в количестве, достаточном для уничтожения всего мира.
— И что тогда мне остается?! — вспылил я. — Прямо тут прямо сейчас выкопать себе новый склеп, лечь туда и самостоятельно закопаться, чтобы сдохнуть в месте, о котором никто не знает и которое никогда не найдет?! Нахрена вообще этот твой орден и этот твой совет?!
— Как раз именно для того, чтобы придумать как обойтись без самопогребения. — серьезно кивнула Тора.
Глава 29
Еще неделя пути… Только на сей раз — уже без припасов, на которые Тора так надеялась. Испугавшись того, что мы по полной запалились во Флайоре, она приняла решение больше никуда не заезжать и направиться прямиком в сердце Ордена.
— К тому же, мы так не будем терять время, а оно у нас… ограничено. — добавила она, нервно поглядывая на мои вены демона.
Надо сказать, сам я их совершенно не ощущал. Они не чесались, не болели, и вообще не доставляли никакого дискомфорта, кроме, может, психологического… И то — стоило снова надеть рубашку и скрыть опухоли под нею, и я через пятнадцать минут уже забыл, что они там вообще есть.
А вот что действительно доставляло дискомфорт — это затрудненное дыхание. Не сказать чтобы я совсем не мог дышать, или делал это через силу, но периодически я ловил себя на мысли о том, что вдохнуть полной грудью у меня не получается. Каждый раз, каждый глубокий, на пределе вместимости легких, вдох, оставалось ощущение, что я вдохнул не полностью. Похожее было со мной однажды, когда я схватил воспаление легких, а, вернее, уже после того, как от него вылечился — примерно месяц после этого так же не получалось нормально дышать. Но если тогда это проявлялось каждый вдох и сопровождалось легкой болью, то сейчас проблема возникала от силы раз в полчаса, и, если не концентрировать на ней внимание, даже не казалась такой уж серьезной, тем более, что никаких болевых ощущений она не несла.
Но, к сожалению, я знал, с чем это связано, и одно только это знание уже заставляло беспокоиться. Как бы я ни привык к присутствию в моем организме демона, какие бы великолепные способности оно мне не давало, но я верил Торе и понимал, чем все это закончится.
Кроме того, мое собственное желание избавиться от него тоже никуда не делось. Немного притупилось, забылось — возможно. Но стоило только напомнить себе о том ужасном видении, где Десан разрушал город, стоило только напомнить себе о том, что это лишь один из сотен, а то и тысяч, случаев, — и отвращение к паразиту, захватившему мое тело, вспыхивало с новой силой!
Семь дней пути на деле растянулись почти в девять, потому что Тора, подсчитывая маршрут, не учла, что нам теперь придется добывать еду самостоятельно. К счастью, особых проблем с этим не было, ведь мы передвигались в массе своей по каким-то диким местам, полузаброшенным узким тропам, почти никого не встречая на своем пути. Только в случаях, когда наш путь выходил на какой-нибудь крупный торговый тракт, мы порой пересекались с другими путешественниками, и Тора за ненавязчивым разговором вытягивала у них последние новости, а иногда даже что-то покупала на остатки наших денег или выменивала на всякие корешки и травки, что собирала в лесу параллельно с добычей еды для нас самих. Благо, кулинарных талантов волшебница не утратила и выходящие из-под ее пальцев блюда походной кухни, по-прежнему могли дать сто очков вперед любому ресторанному шедевру моего мира. Даже огромный, воняющий тиной и тухлятиной сом, в мою ногу длиной, которого Тора поймала, прямо с лошади сиганув в реку, что мы пересекали по узкому шаткому мостику, после ее манипуляций стал ароматной и вкусной ухой. Просто магия какая-то!..
А, ну да…
На прямой вопрос, не колдует ли Тора над своей едой в процессе готовки, она отвечать не стала.
Ночевали мы всегда там, где есть деревья, чтобы подвесить гамаки, и чтобы было куда привязать лошадей, при этом оставляя им возможность пастись. Расседлывать и чистить коней Тора научила меня еще в первые дни, это оказалось весьма несложно. Намного сложнее было напоить лошадь, потому что воду они потребляли как паровозы, а ее еще надо было где-то найти и натаскать, если с собой нет. Проще было, когда мы останавливались недалеко от реки или ручья или еще какого-то водоема — достаточно было просто подвести лошадь за поводья и она сама всласть напивалась, но вот когда такой возможности не было — наши фляги пустели только в путь, и зачастую приходилось как-то где-то искать возможно их наполнить, чтобы не остаться без воды самим. К счастью, воду добывать Тора тоже умела, и мы ни разу не оказались в ситуации, когда у нас действительно не осталось ни капли.