Доспехи демона (СИ)

  
Глава 26
 
В своей жизни я ездил на лошадях всего лишь раз или два. Точно сказать не могу, потому что это было так давно, что сами воспоминания о тех детских временах в голове выцвели и стали напоминать старые диснеевские черно-белые мультики. Не думаю, что это вообще можно назвать "ездой", ведь я просто сидел на лошади, которую вели под уздцы. "Катание", пожалуй, лучшее определение.
Подспудно я уже был готов к тому, что следующую неделю, а именно столько, по словам Торы, нам нужно было двигаться до следующего города, который она наметила себе как перевалочный пункт, я буду умирать от боли и судорог в бедрах. Ведь именно так описывались последствия движения на лошадях не привычных к этому людей в различных книжках.
Но все оказалось намного проще. Когда мы пришли по адресу, по которому нас послали сопротивленцы, Тора практически в одиночку нагрузила двух предоставленных нам лошадок — серую и черную, — торбами с припасами, предварительно проверив их наполнение, и оседлала их. После этого волшебница вручила поводья черной лошади мне, и, велев идти рядом с ней, вышла из двора дома, где мы получали обещанное вознаграждение.
Так что мое знакомство с конной ездой началось с того, что я даже не ехал. Я просто вел лошадь за собой, "в поводу" вроде это называется, двигаясь при этом по центру улицы, а не по краям, как делал это, будучи обычным пешеходом. Видимо, здесь дорожное движение было организовано примерно так же, как и в моем родном мире — по бокам люди ходят пешком, по центру — двигаются лошади… и другие вьючные животные. И, видимо, не важно при этом — едут на них седоки верхом или ведут в поводу, я точно не уверен, я просто делал так же, как делала Тора, надеясь, что она знает, что делает.
В принципе, все логично — машины если сломаются или заглохнут, их ведь тоже буксируют или толкают прямо на проезжей части, никому не приходит в голову затаскивать их на тротуары и катить там.
А вот что действительно стало для меня неприятным открытием — это размеры лошадей. Само собой, из школьного курса биологии я знал, что лошади это "большие и величественные животные, чей вес в отдельных случаях может достигать полутонны", и я даже видел лошадей, и даже вживую…
Но когда этот гигант идет у тебя за спиной, и ты, честно говоря, совершенно не уверен в степени его прирученности и послушания, становится не по себе. Я постоянно нет-нет да и оборачивался украдкой через плечо, и каждый раз сталкивался с грустным взглядом огромных влажных карих глаз, глядящих откуда-то из недостижимых высот.
Лошади были просто огромные. Там, где у меня заканчивалась голова, у них только-только начиналась шея, а голова каждой из них была в четверть всего меня. Мой черный коник то и дело подергивал головой и приподнимал верхнюю губу, демонстрируя гигантские, в половину ладони, желтые зубы — наверное, я слишком сильно тянул за поводья, но скажу честно — это не со зла, я просто чувствовал себя не особо… в безопасности, скажем так.
Даже наличие личного демона и его доспехов не казалось таким уж надежным механизмом противодействия этому сгустку животной силы, если ему придет в голову напасть на меня.
Это даже не смешно.
Несмотря на все мои опасения, конь шел за мной смирно, размеренно отстукивая шаги по камням мостовой и изредка пофыркивая. Тора же вовсе не обращала внимания на поведение лошади, сосредоточив внимание на окружении. Глаза ее то и дело стреляли то туда, то сюда, а уши разве что не вертелись, как у тех же самых лошадей, стараясь уловить самые тихие пересуды окружающих. Она явно пыталась обнаружить хоть какие-то последствия моей ночной вылазки.
Но, если я все правильно понимаю, этих последствий просто не было. Ни усиленной стражи, ни кучкующихся по углам жителей, вполголоса обсуждающих произошедшее ночью и при этом ежеминутно нервно оглядывающихся — ничего подобного не наблюдалось. Будто и не было никакого нападения на тюрьму, будто я не вызволил несколько десятков узников. Даже как-то обидно стало, что обо мне никто не говорит.
 
А ты начинаешь исправляться.
Я поморщился и проигнорировал демона.
Тора довела нас прямо до выхода из города, предусмотрительно выбрав не те ворота, через которые мы заходили, а другие.
— Это чтобы не наткнуться на тех же стражников, которые нас впускали? — шепотом осведомился я у нее.
Она посмотрела на меня как на идиота:
— Нет, это потому что нам идти в другую сторону, зачем нам делать крюк и выходить через те же ворота?
А нет, беру свои слова обратно, ты все тот же идиот.
В этот раз я вынужден был с демоном согласиться.
На воротах образовалась небольшая пробка желающих покинуть город. Несколько возов, десяток людей с лошадьми в поводу и пара-тройка пеших. Они стояли организованной колонной, растянувшись метров на тридцат, поэтому рассмотреть причину задержки не составило труда — пришлось лишь немного привстать и вытянуть шею.
Лучше бы я этого не делал.
Стражников на воротах стоял целый десяток, причем на этот раз они были собраны и напряжены, а не расслабленно считали ворон как в тот момент, когда мы в город входили. Алебарды были в руках, глаза так и бегали по толпе, будто пытаясь кого-то высмотреть. Но даже это было не самое страшное.
Немного в стороне от них, не так далеко, чтобы не покрыть это расстояние одним мощным прыжком, но достаточно, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, в тени городской стены недвижимой статуей стоял Алый Гвардеец. В той же позе, как и тот, что я видел на улицах города. Такой же огромный и пугающий.
Люди в очереди бросали на него нервные взгляды и торопились поскорее исчезнуть из его поля зрения, хотя само по себе наличие зрения у Алого было под вопросом. Возможно, именно на это и был расчет — что люди при виде Гвардейца будут нервничать, и это напряжение выдаст тех, кого они ищут.
Только, кажется, люди, что разрабатывали этот план, не учли того факта, что при виде Алого будут нервничать вообще все.
Даже сами стражники нет-нет, да и кидали обеспокоенные взгляды на карминовую статую.
Уж кому-кому, а тебе точно меньше всех стоит беспокоиться об этих долдонах.
Снова проигнорировав демона, я шепотом предупредил о Гвардейце Тору, которая еще не видела его. Волшебница коротко кивнула и закусила губу, погрузившись в раздумья.
И даже к моменту, когда подошла наша очередь, она из них не вернулась.
Однако все прошло без каких-либо проблем и задержек — стражник бегло осмотрел нас, осмотрел лошадей, кинул короткий взгляд на Алого, убедился в отсутствии реакции, и отошел, пропуская нас.
Стало быть, Алый не способен меня обнаружить. По крайней мере, в виде человека — не способен. Это хорошие новости.
С другой стороны, может, они и ищут-то не меня.
Фантазер.
За воротами начинался натоптанный тракт, петляющий между невысокими холмами и уводящий куда-то в горизонт. На местности почти не было деревьев, а те, что были — росли ровными рядочками, отделяющими дорогу от полей, раскинувшихся по обе ее стороны. На одном желтели спелые огромные подсолнухи с черными серединками, на другом — пушились колосья пшеницы. Там, где ландшафт вспучивался небольшими холмиками, на их вершинах росло что-то вроде небольших лесочков, на два-три десятка деревьев, а потом снова продолжались поля, и так — до самого горизонта.
Отойдя буквально на пятьдесят метров от городской стены, Тора остановилась и повернулась ко мне:
— На лошади доводилось ездить?
 
Я развел руками и виновато улыбнулся, предоставляя волшебнице самой выбирать трактовку этого жеста.
— Ясно. — вздохнула Тора. — Тогда сначала давай перекусим.
Отойдя к ближайшему холмику с микро-лесом на верхушке, растущим как пучок волос из бородавки, мы расположились в тени деревьев и Тора принялась копаться в сумках, попутно объясняя, что там вообще есть:
— Тут вяленое мясо, сухой сыр, лепешки и галеты. Вода. Два гамака, чтобы не спать на земле. Полотенце на всякий случай. Орехи и сухофрукты. Мыло. Карта, на которой отмечен наш маршрут. Запасные поводья и кое-что из снаряжения для лошадей. Нитки, иголки, всякая мелочь.