Плоды проклятого древа (СИ)

Первое подходящее место нашлось на окраине Доков. Немного осмотревшись я даже узнал местность. Когда-то давно, на заре своей кейповской карьеры, Конрад ходил тут по квартирам, предлагая бесплатно излечиться. Даже в лучшие времена это место благополучием не отличалось, сейчас же оно казалось вымершим. Но только казалось, я ощущал присутствие почти полусотни людей в окрестных домах. Большинство спали, но несколько несли дозор с импровизированным оружием и готовились поднять тревогу.
Самоорганизация. Небольшая коммуна из соседей, собравшаяся для большей безопасности. Роли распределены согласно принципам, доказавшим эффективность за миллионы лет эволюции. И ни одного парачеловека.
Я остановился посреди улицы. Здесь было небольшое возвышение, так что вода уже ушла, но мусора все равно было навалено по уши. Самоорганизации хватило для совместной обороны, но не на уборку.
— Эй, чего надо? — окликнул меня один. Даже с полусотни метров я отчетливо ощущал его страх в виде адреналина и выступившего пота.
— Вода пресная есть? Электричество? — спросил я вместо ответа.
— Просто дохуя! Хоть залейся! Ты там вмазанный что ли?!
— Бочку притащи какую-нибудь. Или ведро побольше. Будет вода.
— Нету бочек, олень!
— Ну бачок от унитаза тащи! Я что, все за тебя сам должен делать, кожаный мешок?
Сообразив, что до местных доходит как до жирафа, я не стал дожидаться реакции и зашел в ближайший подъезд и выдрал из стены первую подвернувшуюся розетку с проводом. Вышел с ней обратно на улицу, разыскал среди мусорных куч несколько подходящих кусков металла и достал из сумки портативный автоген и фильтр.
Я успел собрать станину и прикрутить заготовленный источник питания, когда ко мне подошло несколько человек, один из которых нес выдранный с мясом туалетный бачок.
— Кейп, да? — настороженно спросил один.
— Да.
— А чего не в маске?
— Да срать на нее. Ставь эту дуру сюда.
Еще через пару минут установка приобрела завершенный вид, и я принялся складывать инструменты обратно в сумку.
— Значит так. Вот сюда лить воду, любую, хоть морскую, хоть из лужи. Потом нажать сюда. Отсюда польется чистая вода, а отсюда высыплется мусор, его потом лопатой сгребешь и нормально. Вот там розетка с другого конца, в нее можно всунуть шлейф, будет на чем вскипятить воду. Но слишком много за раз не втыкать, иначе рванет так, что костей не соберете.
— У нас денег нет, — хмуро сообщил один из жителей.
— Да ты что? А я думал ты зять Ротшильда.
— Тогда чего тебе надо?
Я ничего не ответил и пошел прочь. Возможно, я только что помог этим людям пережить следующие недели, но не почувствовал ни капли удовлетворения. Конраду нравилось помогать людям, даже если он сам стеснялся в этом себе признаться.
Одна из тех вещей, которые я утратил.
По мере того, как я продвигался к прибрежным районам, мне попалось еще две таких коммуны, поменьше. В одной мне пытались всучить пару банок консервированной фасоли в уплату за электрогенератор и опреснитель для воды, потому что боялись попасть в должники. В другой меня узнали в лицо, и наотрез оказались принимать любую помощь из рук «нацистского ублюдка». Как меня не обрадовала помощь людям, так и негатив с их стороны не задел. Я просто пошел дальше, к прибрежному району.
Перегораживающий улицу самодельный блокпост не маскировался. Даже наоборот, открыто демонстрировал присутствие горящими мусорными баками, намалеванными на куске фанеры двойными восьмерками и висящими на светофорной опоре трупами — три азиата и один черный. На мертвецов я отреагировал так же, как и на все остальное, то есть никак. С моей точки зрения эти кожаные мешки отличались от других кожаных мешков, стоящих на блокпосте с ружьями, только отсутствием клеточного движения.
— Стоять! — заорал один, когда заметил меня, и направил в мою сторону помповый дробовик. — Поднял руки!
Я остановился на секунду, давая понять, что услышал, а потом продолжил идти к блокпосту уже чуть медленнее.
— Эй, мясы! Где Крюковолк?
— А на кой хер тебе Крюковолк?!
 
Вокруг моей правой руки возникла черная броня, словно вывернулась с изнанки воздуха. Я поднял бластер и дал луч поверх голов. Красный, не белый. Тоже побочный эффект после установки новых рабочих кристаллов.
— Быстро подали сюда Крюковолка.
Парни о чем-то пошушукались, и один побежал куда-то вдоль по улице. Не обращая на них внимания, я присел на деревянный ящик рядом с одним из мусорных баков, где огонь давал достаточно света, и принялся листать выданную Таггом папку. В основном там были безынтересные вещи, которые могли иметь ценность для следователей или в суде, но бесполезные для меня. Но кое-что мне приглянулось, в частности, гражданские личности Регента и Сплетницы и анализ их способностей, а также более подробная информация по Скитальцам.
За чтением я не заметил, как пролетела четверть часа. Сила восприятия сообщила мне о приближении массивов органики и металла с небольшим добавлением органики — Крюковолк с подручными. Я в последний раз пролистнул папку, убедился, что запомнил все необходимое и бросил ее в огонь.
— Атя-тятя-тятя-тяяя, — протянул Крюковолк тоном, не предвещающим ничего хорошего. — Вы поглядите, кто заявился!
Я повернулся к нему. Крюковолк уже наполовину трансформировался. Он еще сохранял обычную форму и размер, но его плоть полностью исчезла под мешаниной непрерывно двигающихся лезвий.
— Привет, блохастый.
— И ты притащил сюда свой зад после того, как нас кинул?
— Я никогда не клялся Кайзеру в вечной верности, это раз. Я пришел по серьезному делу, это два.
— Значит, герои больше не чешут за ухом? Побежал обратно, поджав хвост? — Крюковолк подошел ближе и навис надо мной стальной глыбой. — Так вот, тебе тут не рады. По старой памяти я сейчас дам тебе уйти живым, но только попадись мне еще раз.
— Волчок, ты либо слишком тупой, либо слишком смелый, раз говоришь со мной в таком тоне.
— А что ты сделаешь? Запихнешь меня в эту серую херню? Без своей брони ты ничего не можешь.
— Утешай себя дальше. Глядишь, и коричневые штаны не понадобятся. Ладно, это лирика. Я пришел потому, что вчера ты и твои ребята опять обнесли склад с припасами.
— И какое тебе дело?
— Самое прямое. У меня есть не твое собачье дело к Кайзеру.
— К Кайзеру ты попадешь через мой труп.
— Окей, бумер.
Броня снова возникла на моей правой руке, бластер уже находился в боевом положении, нацеленный в нужную точку. Мое чувство вещества и в прежние времени отличалось высокой точностью, позволяя различать карты в зависимости от количества красителя на них, или же расшифровывать человеческие эмоции по ничтожным количествам выделяемых гормонов. Внутри Крюковолка я чувствовал в основном металл, но была и органика. Небольшой в сравнении с объемом тела сгусток плоти, из которого и истекал металл. Единственная уязвимая часть Крюковолка, его «ядро». Луч бластера впился в него, пронзил насквозь, испепелил.
Раздался звон.
Крюковок осыпался на землю бесформенной кучей металлических обломков.
Я взмахнул рукой и алый луч очертил полукруг. На земле и стенах домов появились борозды, стоящие поблизости люди упали с глубокими ранами. Они не умрут, если не будут слишком резко двигаться. Я подошел к одному из них и подобрал лежащий рядом обрез двустволки. Не знаю, чем он мне приглянулся. С дробовиком у Конрада были связаны какие-то воспоминания, но у меня они не сохранились. Затем я вернулся к оставшейся от Крюковолка груде металла, достал из ее недр грубую маску с изображением волчьей морды и пошел вглубь территории Империи-88.
Из дверей и окон выглядывали встревоженные люди. Не боевики, которые основательно поредели в противостоянии с Бакудой и Вывертом. Простые обыватели, жившие здесь еще до прихода Губителя, а после пошедшие под руку Кайзера, чтобы обеспечить безопасность и пропитание семьям. Чтобы не провоцировать панику, я откинул капюшон куртки, отрыто демонстрируя лицо.