Плоды проклятого древа (СИ)
— А кого ты ждал?
— Никого, — ответил я и погладил Реми по шерстке. — Думал, что сгнию тут в одиночестве.
— Все лучше, чем Клетка.
— Последние дни я уже не так уверен. В Клетке хоть компания есть.
Эми мрачно вздохнула и отвела взгляд. Под ее глазами проступили темные круги, волосы потускнели, она даже заметно похудела. Наверняка из-за устроенного Бакудой бардака ей пришлось работать на износ.
— Странно, — сказала она. — Я думала, ты будешь другим.
— Отращу клыки и щупальца, начну плеваться ядом? Я — это я, не больше и не меньше, и всегда был только собой.
— Все ведь это время ты лгал буквально всем. Прикидывался нашим другом.
— Все немного сложнее, хотя отпираться не стану. Да, я полный козел. И нет, ничуть этим не горжусь. Но что сделано, то сделано.
— Ты убивал людей.
— Наемников и злодеев. Не людей.
Ее рука продолжала лежать поверх моей, и я уверен, она свободно читала мою нервную систему.
— А если все это время ты только притворялся героем, то зачем так выкладывался?
— А что если я скажу, что притворства не было? Что без одного было бы невозможно другое?
Эми ничего не ответила. Реми, учуяв подавленное настрое хозяйки, подбежал к ней и принялся обнюхивать ее щеку. Та вяло отмахнулась, но шиншилл не отставал, и тогда она принялась пальцем почесывать ему шею.
— Не расскажешь, как мое разоблачение восприняли… — я сделал неопределенный жест. — Ну, все.
— Плохо, — коротко и емко ответила Эми.
— Совсем?
— Совсем.
И больше тут добавить нечего. Как я и предполагал.
— А что вообще происходило в городе? Ну, кроме Бакуды. После боя со Скитальцами я в полном информационном вакууме.
Эми немного помолчала, собираясь с мыслями, а потом начала рассказ. О том, как Неформалы ограбили банк, а она по случайности оказалась среди заложников. Как она попыталась обезвредить одну из злодеек, Скиттер, но в результате оказалась избита сама, а Слава чуть не погибла, получив пулю в живот.
— Они будут молить о смерти, — пообещал я. В этот миг я как никогда прежде ненавидел свое добровольное заключение и договор с Таггом. Больше всего мне сейчас хотелось броситься в свою камеру, надеть доспех, вытащить Неформалов из той норы, в которую они забились — и будь, что будет.
— Жди своей очереди, Конрад, — тихо сказала Эми, сжав мою руку. — Сначала я поквитаюсь со Сплетницей.
— Это конечно хорошо, что ты готова к экспериментам, но давай я буду презираемым злодеем, а ты — всеобщей любимицей. Что она тебе наговорила? Раскрыла личность твоего родного отца или пронюхала о твоих запретных чувствах… к сама-знаешь-кому?
Она слегка вздрогнула, но не особенно удивилась.
— Ты и это знал.
— Боже мой, Эми! Я же вижу тебя насквозь, причем в прямом смысле! Да, я все знал, причем с первого дня, как увидел вас вместе. А с Маркизом это вообще просто. Достаточно сопоставить пару дат, сличить фотографии из досье и готово. И кстати, не вижу никакой проблемы, ни в том, ни в другом.
— Ну да, ты ведь злодей.
— Нет, просто я уважаю чужую личную жизнь и не считаю, что детей надо винить в преступлениях родителей. Но банк грабили уже давно, а хреновый вид у тебя прямо сейчас. Рассказывай, что там еще случилось.
Как оказалось, случилось еще много чего. И если не считать повальной депрессии у Стражей и младшего состава Новой Волны, во всем опять были виноваты Неформалы. Когда через два дня после ареста Бакуды Тагг созвал торжественную пресс-конференцию по случаю отмены военного положения, они вломились прямо посреди вступительной речи. В напущенной Мраком тьме насекомые Скиттер жалили всех подряд, забирались в ноздри, рты и уши. Присутствующие герои дали бой и были с позором повержены. Регент нейтрализовал их по очереди, сначала роняя на землю, а потом добивая шокером. Собаки Суки все это время увлеченно жевали Оружейника, который хотя и не получил серьезных ранений благодаря своей броне, но его любимую Алебарду перекусили пополам. Сплетница тем временем толкала издевательскую речь с трибуны.
Сказать, что Тагг взбесился — значит не сказать ничего. Героям был дано негласное разрешение применять калечащие и потенциально смертельные средства. Он напряг Оружейника и Кид Вина, чтобы те бросили все дела, и придумали способ противостоять тандему Мрака и Скиттер. Вдобавок, на следующий день после этого нападения по телефону доверия позвонил отец Скиттер и раскрыл ее гражданскую личность. Тагг ухватился за эту возможность обеими руками. Было немедленно записано и запущено по всем доступным каналам видеообращение, в котором лысеющий худой мужчина дрожащим голосом просил у дочери прощения и умолял сдаться.
Ответ Неформалов не заставил себя долго ждать. С помощью ложного сообщения о якобы замеченных масках из Империи-88 они выманили несколько нарядов СКП, а потом разгромили их всех, с особым тщанием уничтожив оборудование и машины на несколько миллионов долларов и избив оперативников до полусмерти. Двоих пришлось отправить в реанимацию с анафилактическим шоком от осиного яда, еще один мог навсегда остаться калекой, если бы не Эми, вправившая изгрызенную и выломанную из коленного сустава голень.
Еще через день они напали на служебную квартиру самого директора Тагга, избили его с женой, потом облили обоих дегтем, вываляли в перьях из подушек и подвесили вниз головой на фонарном столбе.
Были и менее громкие нападения, и на Стражей, и на Новую Волну, но все их объединяло одно — Неформалы атаковали героев и бойцов СКП где хотели и когда хотели, побеждали всухую и уходили невредимыми. Все это фиксировалось на камеры, а записи появлялись в интернете в течение часа после каждого нападения.
Под конец я уже не выдержал. Просто встал со стула, выглянул в коридор и потребовал, глядя в глаза Мисс Ополчение:
— Мне нужно поговорить с директором Таггом.
Вероятно, я выглядел не слишком дружелюбно, или в моем тоне было что-то такое. Не знаю. Главное, что она отступила на шаг, прежде чем сообщить о моей просьбе по рации. Я чувствовал ее страх, и это казалось нелепым. При мне не было доспеха, да вообще ничего не было, кроме тюремной робы. Однако моего присутствия хватило, чтобы напугать одну из самых популярных героинь Америки. Серьезно, ну с чего? Это она настолько впечатлительная, или я в своем заточении стал похож на графа Орлока?
Ясное дело, явиться в директорский кабинет мне лично не дали, да и с этажа никуда не выпустили. Вместо этого из потолка выдвинулся экран для видеосвязи.
Тагг за прошедшие дни заметно осунулся, а на его щеке и губе виднелись свежие хирургические швы. Впрочем, ссадины и синяки, от которых его лицо должно было распухнуть вдвое, уже прошли. Я узнал эффект одного из своих препаратов, установку для синтеза которого поставил в «Медхолл» еще зимой. Оттуда он расходился по всем городским клиникам по сходной цене. Ничего особенного, упрощенная регенеративная сыворотка для ускоренного заживления без рубцов… и повышения шансов на выживание при тяжелых травмах. Видимо, установку изъяли и привлекли к обслуживанию Оружейника или Кид Вина, если она до сих пор не сломалась.
— Чего хотел? — резко спросил он таким тоном, будто я оторвал его от важного дела. Видимо, так оно и было.
— Дайте санкцию на уничтожение Неформалов, — сказал я. — Мне тут шиншилла на ухо напищала, что они берега потеряли.
Будто в подтверждение моих слов, Реми запрыгнул мне на плечо и громко фыркнул. Тагг скривился так, будто я силой выжал ему в рот лимон.
— Будь моя воля, — выцедил он сквозь зубы, — я бы отправил тебя на улицы и велел не возвращаться, пока не притащишь всех пятерых в цепях.
— Так в чем проблема?
— Да в прямом приказе шеф-директора, вот в чем! Из-за рапортов Дракон начальники боятся, что после тебя город можно будет убирать с карт.
— Абсурд. Я умею работать аккуратно. Даже скрытно при необходимости.
— Я привел им пример Бакуды. Их это не убедило.
— Два часа, — я показал на пальцах. — Дайте мне два часа. За это время никто ничего не узнает, а потом я вернусь к себе, головы Неформалов будут торчать на пиках, Дина Элкотт окажется дома, а Косте-Браун останется только проглотить это.