Спецкоманда на завтра (СИ)

Утро 25 июня. 1974 год.
Скорый поезд «Москва — Симферополь».
Я всегда замечал, что под стук вагонных колёс всегда хорошо спится. Это мерное покачивание под бесконечный «Ту-дук. Ту-дук…». Что может быть лучше?
Но утро безжалостно проникает всюду своими солнечными лучами. И хотя вставать лень, но есть такое слово — надо… Надо успеть умыться, перекусить, и собрать все свои вещи.
Ехать осталось часа два… Солнце за окнами уже не светит, а жарит. Матрасы смотали. Бельё сдали. Все успели сбегать по нужде до начала так называемой санитарной зоны, когда строгие проводники позакрывают самое главное сокровище вагона — туалет.
В Симферополе нас должны будут встречать. Кто-то из местных, с машиной. Потому что наша дорога ещё не закончена. Ещё километров пятьдесят-шестьдесят до моря.
А Сергей Карпин, передав нас с рук на руки, вернётся обратно в Москву.
— Сергей! Ты даже на море с нами не съездишь?
— Увы…
— Так долго ехал на юг и не окунуться в море?
— Успею ещё…
— Пояснишь?
— Со следующей группой приеду на пару недель.
— Ясно… Значит, ещё увидимся?
— Надеюсь, что ещё и не раз.
* * *
Говорят, что ждать да догонять — хуже нет. Может быть… Лично я всегда использовал любое свободное время, чтобы подумать, поразмыслить, проанализировать то, что уже произошло, попробовать просчитать будущие шаги. Ошибки прошлого, если их разобрать, помогают избежать похожих ошибок в будущем. Но не всегда… То, что произошло девятнадцатого июня, я уже много-много раз прокручивал. И каждый раз приходил лишь к одному выводу: Мы расслабились тут. В наши девяностые или двухтысячные мне бы никогда и в голову не пришла бы мысль открыть дверь на первый же звонок, даже не спросив: «Кто там?»
Спокойные семидесятые годы настолько расслабили меня, что я совсем забыл о том, что на Земле живут не только добрые и хорошие люди.
События того злополучного дня постоянно встают у меня перед глазами.
19 июня. 1974 год.
Москва. Новогиреево.
— Ты не веришь правоохранительным органам?
— Понимаешь, Игорь Анатольевич! Я больше никому не верю. Только брату…
— А мне ты веришь?
— Планирую это сделать в будущем. Но пока я слишком мало вас знаю.
— Меня?
— Нет. Вас всех. Вашу особую службу. И вообще… Очень мало информации, чтобы доверять на все сто процентов. Вот почему вы не хотите, чтобы мы с братом участвовали в захвате банды?
— Ну… На это есть множество причин.
— И одна из них — это то, что мы малолетки.
— Да.
— Ну, так торопитесь использовать это наше качество. Ведь это очень быстро проходит. Когда мы станем взрослыми, все наши нынешние способности превратятся в обычные. А пока мы ещё мелкие пацаны, мы можем очень сильно удивить некоторых нехороших «дядей». Преступный мир не стесняется использовать малолеток в своих делах. А чем мы хуже?
— Они преступники, Саша! Для них нет никаких рамок или ограничений.
— А Вы хотите в белых перчатках в навозе ковыряться? Ну, ну… Попробуйте! Потом вместе посмеёмся…
— Мне совсем не смешно…
— Мне тоже. Думаете Наталья для нас чужая была? Да мы с братом материнской ласки и тепла никогда не знали… Впервые в жизни почувствовали себя детьми. Просто детьми, о которых заботятся. Я чуть не заплакал, когда она в первый раз спросила у меня с утра, что я хочу на завтрак… Раньше никого это не интересовало от слова совсем… А Лёшка с ней на кухне столько времени проводил. Она его учила готовить… И Вы думаете, что мы останемся в стороне после всего, что произошло? Не хотите нас брать? И не надо. Мы сам будем выходить вечерами на улицу и искать…
— Кого ты будешь искать. Саша?
— А всё равно кого. Хулиганов, грабителей, насильников, кого угодно. Кто под руку попадётся…
— А вдруг вы ошибётесь, и пострадает невинный человек…
— Никогда не ошибается тот, кто ничего не делает.
— Но вы с братом тогда встанете на скользкую тропинку.
 
— Так выведете нас на правильный путь.
— Это незаконно…
— Игорь Анатольевич! В когда-нибудь слышали про Эжена Франсуа Видока?
— Француз… Бывший уголовник, который потом стал полицейским.
— И не просто стал им. Он практически создал Сюрте, и возглавил его. Он стоял у истоков криминальной полиции, которая стала прообразом Уголовного розыска. И именно он сказал фразу. Которая. Если перевести буквально звучит так: «Только преступник может побороть преступление!»
— Я слышал другой вариант перевода.
— Это не важно. Важен смысл. Чистыми руками нельзя побороть преступника. Потому что у преступника нет запретов. А у милиции их на каждый шаг с десяток будет. Вы сможете драться с вооруженным бандитом, если вам связать руки, ноги и завязать глаза? Нет. Против ножа нужен пистолет. Против пистолета автомат. А против бандита любые приёмы хороши.
— И что ты предлагаешь?
— Возьмите нас с собой. Мы сможем входить незаметно туда, куда ваши сотрудники не смогут проникнуть. Сможем следить за перемещением злодеев, и не обращать на себя внимание.
— А если преступники на машине?
— Дайте мопед. И мы сможем следить за теми, кто на машине.
— Такие решения не принимаются вот так вот, с кондачка.
— Пока вы будете принимать решение, злодеи залягут на дно. Ищи их потом по всему Союзу.
— Ты прав, но…
— Сообщите о нашем желании участвовать в захвате банды тому, кто принимает окончательное решение!
— Хорошо… И ещё… Кто из вас допрашивал задержанного первым?
— Лёшка…
— Он, что? Всегда такой жестокий?
— А что случилось?
— Да этот хмырь говорит без остановки. Только очень просит не отдавать его тому мальцу, кто его задержал. Похоже, что он даже не понял, что вас двое было. Что Лёша с ним делал?
— Не знаю. Спросите у него. Он, наверное, очень злой был после того, как на его глазах убили тётю Наташу.
— Мы готовы в любой момент присоединиться к операции по выслеживанию и захвату банды. Только не привлекайте местных ментов. Особенно тех, на чьей территории магазин на Сиреневом бульваре.
— Думаешь замазаны.
— Наверняка. Иначе бы банда не смогла там существовать. Люди в «Берёзку» приезжают с разных концов Москвы. Если есть чеки, значит и рубли есть и золото… Выслеживают, подставляя своих таксистов. Потом грабят или обкрадывают квартиры. А учитывая, что происходит всё это в разных местах, то и связать разные преступления в одно дело не получается. А у местных ментов всё хорошо. И показатели в порядке, и преступлений нет. Наверняка, банда сдаёт им залётных кидал и гопников. Вот и получается, что и овцы сыты, и волки тоже.
— Гладко разложил…
— Ладно. Разберёмся. О твоём предложении я сообщу начальству. Но дальше от меня ничего не зависит. Решать будут они. А вы пока на квартире здесь будете сидеть. Никуда не выходите.
— А Аня с мамой?
— Тоже пока здесь побудут.
— За продуктами в магазин…
— Запиши телефон Сергея! Ты уже с ним познакомился. Вместе с ним сходит Лена…
— Лучше Лёшка. А на работу Елене Николаевне…
— Она пока временно не работает. Уже оформили больничный лист.
— Гипс Ане когда снимут?
— В выходные. Врач приедет и всё сделает прямо здесь. Никуда ехать не надо…
— Отъезд на юг отменяется?
— Нет. Двадцать четвёртого с утра поезд «Москва — Симферополь» с Казанского вокзала. С вами поедет Сергей… Да… А должна была поехать Наташа…
— Игорь Анатольевич! До отъезда осталось мало времени… Мы очень хотим с братом помочь в ликвидации банды. Ведь не должно быть, как в той песне: «Отряд не заметил потери бойца…» Наташа была нам не чужая, поймите! Так и передайте Авдееву.
 Глава 3