Граф Суворов 7 (СИ)

— Как это возможно. Это ведь ты, создаешь кристаллы, а не кто-то другой. — нахмурившись сказал я.
— Верно. Но это не мой секрет. Борис, перед тем как отправился в свою злополучную экспедицию, позаботился о том, чтобы мы ни в чем не нуждались. Он что-то сделал с моим камнем резонанса, а потом научил им пользоваться. — объяснила Екатерина. — Как ты с легкостью используешь свой коммуникатор, и даже знаешь, из чего он примерно состоит. Но способен ли ты сам, с нуля, создать его?
— Нет. — покачал я головой. — Но я не инженер конструктор, а стоит профессионалам взяться за эту проблему, и они найдут решение. Может не такое же красивое или компактное, но те же функции оно выполнять будет.
— Это… вторая причина, по которой я проводила эксперименты. Когда ты не очнулся и стало понятно, что можешь не проснуться никогда, я начала искать решение, чтобы передать его другому наследнику. — говоря это Екатерина непроизвольно отвернулась и я увидел, как больно ей говорить об этом. — Месяц назад, когда стало понятно, что мы проигрываем в войне, я совсем отчаялась. Ведь результатов не было, но сейчас, когда мы с тобой вновь узнали друг друга, у меня вновь появилась надежда. Там, где не справилась я — у тебя все получится. Нужно только время и усердие.
— Я могу хотя бы посмотреть на инициацию? — нахмурившись поинтересовался я. — Может мне станет понятней…
— Боюсь это невозможно. Мы пробовали, но во время самой процедуры все в предназначенном для инициации помещении начинают страдать от диссонанса. — покачала головой императрица. — Меньшиковы приложили массу усилий и средств, чтобы записать процесс инициации, но оборудование выходит из строя, а люди… они не выживают. Самым существенным положительным результатом наших экспериментов стали стабильные Врата. Но пройти сквозь них могу только я, и похоже из-за тех изменений, которые получила от Бориса.
— Прости, я не хотел на тебя давить. — сказал я, прекрасно понимая, что и саму Екатерину обследовали с ногтей до кончиков волос. Не идиоты же там сидят. А значит мы опять оказались в парадоксально паршивой ситуации.
— Все в порядке. — улыбнулась Екатерина, снимая Ледяную скорлупу. — Петр знает о моей ценности и не даст меня в обиду. Ты же не должен об этом сейчас думать. Учись, познавай новое и себя. И может после того, как ты освоишь стихию — совершишь прорыв.
— Спасибо, матушка. — ответил я, придя в уме к тем же выводам. Мне катастрофически не хватает информации. И получить ее я могу в самом очевидном месте — в военной академии. Жаль только и без нее дел невпроворот.
  
Глава 12
 
— В чем дело? — спросила Мария, когда я вернулся в покои. Я попробовал натянуть вежливую улыбку, как без проблем не раз проделывала Екатерина, но вышло у меня не очень, практики не хватало. — Союз разорван?
— Нет, с союзом все нормально, по крайней мере пока. — ответил я, взъерошив волосы. Ситуация с бывшей императрицей выбила меня из колеи. Моя главная цель — устранение ордена оказалась сложно достижима. Мало того, перед расставанием с биологической матерью я тщательно проанализировал ее тело и камень с помощью третьего глаза, и не нашел никаких существенных изменений. Что бы не дало ей силы создавать резонансные камни, я этого не видел, или оно просто лежало в иной плоскости.
— Нормально, не значит хорошо. О чем вы разговаривали? — настойчиво спросила Мария, поднявшись с кровати.
— Она просит поддержать проект всеобщей амнистии на голосовании в думе и дворянском собрании. — ответил я, не став вдаваться в подробности. — Как только будет что обсуждать — его принесут. Но пока я отказался. Амнистия нужна, но только частичная и по конкретным статьям. Ну и индивидуальное помилование, на случай спорных моментов. Уверен они будут.
— Если ты не хочешь разом простить всех — неминуемо. — согласилась Мария. — Как и споры о том, кто должен попасть в список, а кто — нет. Нужно будет создать комиссию по рассмотрению законопроекта, выбрать наиболее заинтересованных сторон. Это ты хорошо придумал, создать рычаг давления там, где его нет. Но в начале нужно понимать кто нужен нам самим и что они могут за это предложить.
 
— Одна вещь мне точно не помешает — сторонники в борьбе с орденом. — ответил я, сев в кресло. Мальвина, на секунду замерла, решая, что именно ей делать, а потом уселась мне на колени словно маленькая девочка, свесив ноги сбоку. Обняв ее, я откинулся на спинку и Мария, засмеявшись, повалилась следом умостившись у меня на груди. Идиллия, если бы в этот момент я не думал о дальнейших шагах.
— Ты твердо решил их уничтожить? — через несколько секунд спросила Мария. — Это будет нелегко.
— Все вокруг твердят мне что это невозможно. Не в текущей политической обстановке и состоянии империи. — усмехнулся я. — Так что твое «нелегко» граничит с фантастическим везением.
— Как говорит папочка — «нецелесообразно», это да. Но невозможно. — Мальвина фыркнула, забавно сморщив носик. — Если это то чего ты хочешь, я тебе помогу. К тому же это будет весело.
— Весело? — удивленно спросил я.
— Уничтожить организацию, с многотысячной армией преданных сторонников, гигантским лобби и почти неограниченным бюджетом. — с усмешкой которую я время от времени видел в училище проговорила Мальвина. — Конечно это будет весело! Но это не мелкая пакость, и даже не дворцовые интриги, раньше я таким не занималась. И поэтому тоже — весело. Главное не стеснять себя в средствах.
— Убить всю их верхушку я могу и в одиночку, только это не решит проблему, просто в столице появится один неизвестный, а может и известный если я попадусь, маньяк. — проговорил я, нахмурившись.
— Естественно не решит. Но тут главное правильно выбрать цель, и мне, кажется, ты уже ее определил. — едко усмехнулась Мария. — Что самое важное и уязвимое в ордене Асклепия, как считаешь?
— Репутация. Ресурсы они могут вернуть, людей перегнать из других стран, а заводы и фабрики по производству медикаментов и так находятся заграницей. — в задумчивости проговорил я. — Можно прервать каналы поставок, но это ничего не решит, только ухудшит состояние медицины в стране. А вот если мы подорвем доверие народа к ним, это может стать критично.
— Какой ты у меня все-таки умный. — обняв меня за шею проговорила Мария, при этом девушка сознательно сделала акцент на слове «меня», будто объявляя свое право собственности. Впрочем, учитывая, что для всех мы женаты…
— Есть возможность решить несколько проблем одним махом. — продолжила Мария. — Ты же знаешь, что твоя матушка виновна в смерти тысяч невинных?
— Включая стариков и детей. Да, спасибо что напомнила. — ответил я.
— Рано или поздно это выплывет наружу, так почему бы не совместить приятное с полезным и не обвинить во всех грехах Меньшиковых? — изогнув бровь проговорила Мальвина. — Скажем, именно они творили всякие ужасы, прикрываясь добрым именем императрицы. И она сама была в шоке, когда узнала, поэтому и пошла на перемирие. Конечно, бояре и некоторые из дворян знают, как было на самом деле, но простые люди не в курсе происходящего.
— Выставлять один из древнейших родов виновным в таком... хотя, ты права, они по крайней мере не смогут сопротивляться. Из всего семейства жива только младшая Меньшикова, которая так и не консумировала брак с Брониславом. — задумчиво проговорил я. — Формально за ней сейчас огромное приданое.
— Хочешь взять ее второй женой? — состроив недовольную гримасу спросила Мария. — Да ладно, я не против, тем более что живой, после свадьбы, она не нужна. Она же тебе не сильно нравится?
— Вообще не нравится, но и убивать ее бессмысленно. Но, надеюсь, жениться на ней не придется. По крайней мере у меня таких планов нет. — усмехнувшись ответил я, не став уточнять что в порядке живой очереди где-то ждет Инга. Если еще не отказалась от своих планов. Да и Ангелину я бросать не собираюсь.
— Хм-м. — задумчиво проговорила Мальвина, постукивая себя указательным пальцем по подбородку. — Если в начале добиться ее исключения из рода Суворовых, чтобы тень от дел ее родственников не легла на это семейство. Затем объявить об изъятии в пользу государства и жертв экспериментов земли и недвижимости Меньшиковых…