Смерть императору! (ЛП)

Дециан потянулся к кувшину, чтобы наполнить свою чашу. Рука Макрона первой сомкнулась на ручке, и он поставил кувшин на землю у своих ног. - Послушай меня. Ты только недавно прибыл в провинцию. Большую часть времени ты провел во дворце пропретора в Лондиниуме и не имеешь представления о племенах на этом острове. Не имеешь представления об их обычаях и традициях. Это были их земли до того, как они стали нашими, и я видел, как храбро и упорно они сражались, чтобы защитить их от нас. Я могу сказать тебе как тот, кто сражался за Рим более двадцати пяти лет, от Рейна до Египта и от Сирии до Британии, что я никогда не встречал более опасного врага, чем воины этого острова.
      - Правда? Эти нецивилизованные увальни? Они не более опасны, чем стая диких собак.
- Ты знаешь, что это неправда, - с горечью ответил Макрон. - Или знал бы, если бы не сбежал от меня и других ветеранов в прошлом году, прежде чем началась настоящая драка.
Взгляд Дециана дрогнул.
- Я отправился искать помощь.
- На протяжении всего пути до Лондиниума? Мы оба знаем, что ты сделал, Дециан, и это разит от Камулодунума до Лондиниума до сих пор. Ты оставил нас бороться за жизнь одних. И если ты так пренебрежительно думаешь о воинах этих земель, то как получилось, что мы все еще сражаемся с ними спустя почти двадцать лет с момента нашего вторжения? Рим потерял много хороших людей, пытаясь покорить этот остров, некоторые из них были моими друзьями. Когда Светоний разберется с последними из тех, кто еще держится в горах, и уничтожит друидов на Моне, мы наконец обретем мир. И я заслужил этот мир. Я заслужил право называть эту провинцию своим домом, я заслужил право наслаждаться плодами своей службы Риму и прожить остаток дней без проблем. Поэтому я буду благодарен тебе за то, что ты не поставишь все это под угрозу, провоцируя Боудикку и ее народ.
На мгновение Макрон вспомнил слова Катона, сказанные им перед тем, как они расстались в Лондиниуме. Возможно, лучшим способом предотвратить опасность было бы убийство Дециана. Они были одни в палатке. Ближайший из телохранителей прокуратора был слишком далеко, чтобы спасти его, если Макрон будет действовать быстро и нанесет удар прежде, чем Дециан успеет позвать на помощь. Но человек не мог убить одного из прокураторов императора, не заплатив за это цену, а в данный момент цена была слишком высока. Он решил, что может представиться лучшая возможность. И тогда он сможет нанести удар и при этом остаться вне подозрений.
- Неважно, провоцирую я ее или нет. - Дециан сухо рассмеялся. - Если она заплатит, все будет хорошо. Если нет, и она создаст проблемы, она будет уничтожена. Это не имеет никакого значения для отчета, который я представлю в Рим, и для рекомендаций, которые я сделаю. А теперь верни мне мое вино!
Усталый разум Макрона вдруг резко оживился. Он наполнил чашу прокуратора.
- Какие рекомендации?
- Да брось, Макрон, у этой провинции никогда не было шансов окупить себя. Содержание армии здесь обходится Риму гораздо больше, чем Британия вносит в казну. Я видел цифры. Хочешь знать, что я рекомендую? Мы будем грабить эти места в поисках чего-нибудь ценного, а затем просто уйдем.
- А как же мы? Римляне, которые здесь поселились?
- Вам решать. Вы уходите с легионами, или остаетесь и пытаетесь сохранить мир с туземцами.
- Дерьмо. - Макрон наклонился ближе. - Тогда тебе лучше позаботиться о том, чтобы ты сохранил мир завтра. Понял?
- Это зависит от Боудикки, не так ли? - Дециан поднял свою чашу и выплеснул часть содержимого. - За мир.
******
Когда утреннее солнце согрело римский лагерь, Дециан вышел из своей палатки, бледный, но одетый в свои одежды: зеленую тунику и плащ, богато расшитые ярко-желтой нитью. Макрон решил оставить большинство ветеранов охранять лагерь, повозки и багаж, а сам взял с собой десять человек, чтобы они сопровождали прокуратора и его телохранителей на встречу с Боудиккой.
Дециан подозвал своего коня, и раб помог ему взобраться в седло. Он взял поводья и расположился между конными телохранителями и пешими солдатами из гарнизона Лондиниума. Макрон и его небольшой отряд расположились в хвосте колонны.
 
- Вперед! - приказал Дециан.
Они покинули лагерь и уверенно направились через поселение в сторону царских ворот. За ними молча наблюдало больше людей, чем в предыдущий день, как будто все население столицы собралось, вдоль всего маршрута. Это было похоже на зловещий знак. У входа в ворота их не остановили, колонна прошла внутрь и остановилась перед залом.
Макрон повернулся к одному из своих людей, Варию, и тихо приказал ему занять позицию у ворот и быть готовым захлопнуть их, если возникнут проблемы. Тем временем Дециан сошел с коня и подошел к офицеру, отвечавшему за его телохранителей.
- Ты получил приказ, Аттал. - Он подождал, пока Макрон присоединится к нему, и указал на вход в зал. - Ну что, идем?
В то утро в лице прокуратора ощущалась смелость, которая удивила Макрона. Он кивнул. - После тебя.
Дециан вошел в зал с Макроном чуть позади его плеча. Солнце светило сквозь отверстие сверху за спиной Боудикки, и туманный луч косо падал на выложенный камнем пол. Как и прежде, ее окружали дочери и советники, а по обеим сторонам помоста стояли крепкие стражники, вооруженные охотничьими копьями. Они молча наблюдали за приближением двух римлян. Дециан остановился примерно в трех метрах от царицы и поднял подбородок, в то время как Макрон склонил голову в знак почтения к ней.
- Царица Боудикка, жаль, что наша вчерашняя встреча приняла бурный характер, - спокойно начал прокуратор. - Я объясняю это своей усталостью после долгого дневного марша.
- Я принимаю твои извинения, - ответила она. - Надеюсь, сегодня мы сможем решить вопросы в более хорошем расположении духа.
- Это и мое желание тоже. Я также думаю, что вчерашнее неудачное начало переговоров в равной степени объясняется твоим непониманием более широкой ситуации, в которой оказались ты и твой народ. Надеюсь, это станет яснее в результате того, что произойдет сегодня.
Макрон почувствовал, как участился его пульс. Разговор уже принимал неприятный оборот, и за словами Дециана скрывалась не слишком завуалированная угроза.
- Не будем тратить время на формальности, царица Боудикка. Наместник Британии послал меня собрать остаток дани, которую ицены не смогли полностью выплатить во время церемонии принесения присяги. Я буду благодарен, если ты вручишь мне его сейчас.
Боудикка жестом подозвала одного из своих советников, и тот поднял небольшой сундук, стоявший у его ног, поднес его к Дециану и поставил у ног прокуратора, после чего удалился на свое место за троном. Сундук был не более полуметра в длину, сантиметров тридцати в глубину и еще тридцати в высоту, он был сделан из дуба, обвязанного ремнями и обитого железом. Было очевидно, что он вмещает лишь малую часть серебра, украденного Горманием. Макрон взглянул на Дециана и увидел, что на лице прокуратора появилось веселое выражение.
- И что это?
- Остаток дани, которую ицены могут позволить себе выплатить в этом году, - заявила Боудикка.
Дециан отодвинул защелку и открыл крышку. Макрон увидел, что содержимое сундука состоит из серебряных монет и нескольких золотых торков, брошей и других мелких украшений. Ничего похожего на сумму, которую они должны были собрать.
- Где остальное? - потребовал прокурор.
- Это все, что есть, римлянин. Если в этом году будет хороший урожай, мы сможем продать немного зерна, чтобы заплатить большую часть дани в следующем году.
- Это неприемлемо. Наместник ясно дал понять, что у вас есть время до конца марта, чтобы исправиться. Три месяца, чтобы собрать необходимую сумму. Вот это, - он постучал по сундуку носком калиги, - эта коллекция безделушек стоит лишь примерно четверть требуемой суммы. Я предлагаю тебе сразу же предоставить мне оставшуюся сумму.