В объятиях Элиты (ЛП)

Харпер Дюпон определённо психопатка.
В этом нет никаких сомнений.
— У тебя есть спички? — спрашивает она, протягивая руку к Илеане.
Я борюсь со своими путами, задыхаясь от усилий.
— Харпер, ты же не хочешь этого делать, — говорю я ей, но она игнорирует меня, улыбаясь, чиркает спичкой, и воздух наполняется запахом серы. Она задувает её красивыми губками, а затем пятится к двери, а Илеана плетётся за ней по пятам.
— Прощай, Работяжка. Было приятно познакомиться с тобой. — Харпер зажигает ещё одну спичку, и тут появляется Крид, хватает её за запястье и дёргает назад с такой силой, что пламя гаснет.
Следующим появляется Зак и отталкивает Илеану, как будто она главный игрок футбольной команды соперника. Она летит, к сожалению, не в пруд, но в конце концов врезается в этого парня Джейсона, когда он выходит из-за угла. Они оба падают ничком, а Джон следует за ними, всё ещё истекая кровью, но снова держа в руках бейсбольную биту. Он замахивается ей на Зака, но мой парень-футболист успевает схватить оружие, чтобы оно не попало в цель.
Фары автомобиля освещают сцену, когда он останавливается прямо за кольцом деревьев, и Зейд с Виндом выпрыгивают из него. Виндзор за рулём, что, если вдуматься, довольно удивительно. Ведь… ну, до сегодняшнего дня он боялся садиться за руль.
Я полагаю, это означает… что он был готов преодолеть свой страх, чтобы спасти меня?
— Отвали от моей девушки, — говорит Зейд, его выпускная мантия давно сброшена, его татуированные руки блестят в свете автомобильных фар.
— Иди ты нахуй, — ухмыляется Харпер, ударяя Крида локтем в лицо. Она бежит к сараю, но он прямо за ней, опрокидывая её в бензин, пока они вдвоём борются за спички.
Виндзор и Зейд помогают Заку подняться с земли, и они втроём отбиваются от наплыва Голубокровных, когда Крид, наконец, отбрасывает Харпер к стене, прячет спички в карман и подбегает ко мне. Он достаёт из сумки с книгами, висящей у него на плече, что-то похожее на кухонный нож и перерезает верёвки.
— Серьёзно? Ты думаешь, что сможешь выбраться отсюда с этой сучкой? — спрашивает Харпер, доставая из кармана зажигалку. Крид игнорирует её, освобождая меня от пут и рывком поднимая на ноги. Он тянет меня к одному из разбитых окон, пока Харпер зажигает пламя.
— Ты тоже сгоришь! — Крид кричит ей в ответ, а потом, поскольку он весь в бензине, я выталкиваю его из окна, прежде чем он успевает заставить меня уйти первой. Он спотыкается и падает с края, когда Харпер бросает зажигалку на пол, и всё помещение вспыхивает, как в аду.
Я задыхаюсь от внезапного прилива жара, но Крид уже хватает меня за руки и вытаскивает наружу, заставляя упасть на траву.
— Нам нужно выбираться отсюда, — говорит Зак, тяжело дыша, когда останавливается рядом с нами и помогает нам обоим встать.
— Не без Тристана, — огрызаюсь я, а затем поворачиваюсь и убегаю в лес, обратно в направлении бассейна.
Сцена, на которую мы натыкаемся, ужасна: Тристан на коленях, из его головы течёт кровь, глаза закрыты. Грег приставил пистолет к его лбу.
Возможно, у нас есть секунды, чтобы спасти его. Секунды.
Не раздумывая, я спрыгиваю с края и врезаюсь в Грега. Раздаётся выстрел, но я не знаю, попал ли он в Тристана или нет. Я не видела.
Другие парни в одно мгновение оказываются в бассейне, оттаскивая Грега от меня.
Зейд и Зак удерживают его неподвижно, в то время как Виндзор отстраняется и бьёт засранца по лицу так сильно, как только может, роняя его, как мешок с камнями.
Крид помогает мне выбраться из мутной воды, и я оглядываюсь, чтобы увидеть Тристана, изо всех сил пытающегося подняться на ноги. Пуля застряла в стене прямо за его головой, но он жив. Жив. Он, блядь, жив. Мы оба.
— Нам нужно убираться отсюда и бежать к «Мазерати», — инструктирует Виндзор, и мне приходится на мгновение задуматься, прежде чем я вспоминаю, что у пруда остановился не мой розово-золотой кабриолет с откидным верхом, а синий «Ягуар» Зейда. — Мы привезли две машины, на всякий случай. Я полагаю, они уже прокололи шины у другого автомобиля.
 
Виндзор и Зак помогают Тристану выбраться из бассейна, в то время как Крид и Зейд делают то же самое для меня.
Затем мы бежим во всю силу к старому дереву, которое является такой достопримечательностью, что мы видим его нарисованным на фоне оранжево-жёлтого неба. Если бы оно не возвышалась так высоко над всем остальным, мы, возможно, даже не знали бы, как оттуда выбраться.
Огонь сейчас распространяется от сарая для технического обслуживания и по деревьям, пользуясь сухой летней жарой, чтобы охватить пламенем всё. Вскоре это, вероятно, перерастёт в полномасштабный лесной пожар.
Чёрт возьми, Харпер!
Мы забежали на парковку только для того, чтобы обнаружить, что нас ждут несколько представителей Голубой крови, включая Джона Ганнибала.
— Вы так просто отсюда не выберетесь, — говорит он, направляя пистолет Харпер в нашу сторону. Он нажимает на спусковой крючок, и пуля попадает в гравий у наших ног.
— Нет, я думаю, что так и будет, — поправляет Виндзор, вытаскивая револьвер из-под своего пиджака. — Я застрелю тебя. Просто знай это. Легче попросить прощения, чем разрешения, не так ли? Держу пари, Клуб совсем забыл бы о тебе, если бы я заплатил им достаточно. Ты просто не настолько важен, Джон Ганнибал.
Джон стискивает зубы, но не бросает оружие, пока Тристан не делает шаг вперёд, всё ещё сжимая его руку.
— Знаешь, почему вы все сразу же с радостью вернулись? — спрашивает он, и его голос эхом отдаётся в тихом пустом пространстве. — Это потому, что я Король Академии Бёрберри, и я всегда им буду. А теперь убирайся на хрен с дороги, иначе электронные письма, которые мы отправим сегодня в полночь, разрушат бизнес твоей семьи так, как ты себе и представить не мог. Если тебе нравится быть бедным, во что бы то ни стало, дерзай.
Оба пистолета опущены, аккуратно и медленно. И вот тогда я слышу крик.
— Где Харпер? — спрашиваю я как раз перед тем, как Бекки, спотыкаясь, выходит из-за деревьев.
— Харпер была сожжена. Это, типа, действительно, действительно чертовски хреново, — всхлипывает она, и остальные мгновение смотрят друг на друга, прежде чем некоторые бросаются вслед за Бекки обратно в лес.
— Мы могли бы помочь, но, может быть, будет лучше, если мы вызовем пожарных? — Крид растягивает слова, и Зейд кивает.
— Да, давайте убираться отсюда к чёртовой матери, пока ещё можем. — Он наклоняется, чтобы взять меня за руку, и мы выходим за ворота и направляемся к «Мазерати». Если вам нужно объяснение, почему машина Зейда осталась здесь, то я уверена, что деньги могли бы позаботиться об этом. Я не собираюсь торчать здесь и пытаться сдвинуть её с места.
«Мазерати» катится по дороге, и когда я бросаю взгляд через заднее сиденье: языки пламени лижут тёмное небо. Вдалеке я слышу вой сирен, но им потребуется некоторое время, чтобы добраться сюда. А пока мы направляемся в больницу и к Чарли.
«Пожалуйста, пусть с моим папой всё будет в порядке», — думаю я, откидываясь на спину Крида, и его руки обнимают меня. «Пожалуйста, пусть с ним вс» будет в порядке».
Чарли Рид не умирает в ту ночь.
Вместо этого он живёт ещё много ночей после этого. Немного, но достаточно, чтобы мы как следует попрощались, достаточно, чтобы, когда придёт время, я была рядом с ним, наши пальцы переплелись. Я рядом, когда он улыбается в последний раз, когда он смотрит на меня и говорит, что любит меня.
— Мне страшно, Марни, — молвит он, но я прижимаюсь щекой к его щеке, слёзы текут по моим щекам и капают на подушку под его головой.
— Не нужно. Я здесь. Я всегда буду здесь, — шепчу я, и когда он, наконец, умирает, я оказываюсь рядом с ним, держась за него, всегда держась.
После этого я позволяю парням отвезти меня к дому Дженнифер и открываю дверь своим ключом.
Она дарит мне самые тёплые объятия, которые я когда-либо получала от неё за всю свою жизнь, а затем я поднимаюсь по лестнице в спальню, которая никогда не будет моей, и засыпаю. Почти уверена, что после этого я просплю целую неделю.