Курьерская служба (СИ)

— Мне так жаль, что тебя отчислили… Прямо как Рёико — твоего любимого персонажа “Летающих Кастрюль”. Надо же… совпадение. А мне выговор.
— Забудь. Меня тут переклинило. С трудом вспомнил тётку родную и тебя. И забыл все предыдущие месяцы.
— Ого! — Марк выпучил глаза. — Как Фридрих Кафка из “Проклятого Грязного Города”?
— Возможно. Что хотел-то передать?
Марк воровато огляделся, присел на скамейку и сунул мне прямо в карман носитель информации.
— Никому не показывай, там… — зашептал он. — Почти вся моя коллекция, как ты и просил. Тридцать шесть роликов… Один очень рекомендую, с двумя негритянками — там такое!...
Секунду я обдумывал сказанное, а следом с трудом сдержал смех. Эх, Эльдар Циммер из мира затопленных Империй. Мог ли кто-то из нас предположить, что мне придётся лишить тебя сознания за день до того, как ты получишь такое сокровище? Я ещё не разбирался в законах, но мог предположить, что передача порнографии здесь была весьма противозаконным и экстремальным шагом. Ну, ничего не поделать, мне пришлось принять этот дар.
— Спасибо. Как там у тебя…
— Со стюардессой? — оживился Марк. — Да, снова написал. Я же говорил — она мещанкой оказалась, не крепостной! Значит, можно, получается, да? Как думаешь? Или всё же искать дворянку… Да только кто на меня посмотрит на такого…
— Можно. Пригласи её на свиданку — вот в эту вот “Донну Виноградо”. Всё должно получиться, — посоветовал я.
— А ты как? С соседкой той? — приятель перешёл на шёпот. — Ты рассказывал, что у тебя её фото во французском купальнике спрятано.
Ничего подобного, к сожалению, я припомнить не смог.
— Не помню. Честно. Я же говорю — память отшибло.
— Вот блин. А я хотел тебя про Общество спросить. Может узнал что-то? Как в него вступить? Получается, ничего не помнишь?
Разумеется, ни про какое Общество — слово, судя по интонации, явно следовало писать с заглавной буквы — я тоже не знал. Но что-то подсказало, что узнать стоит. Подумал спросить в ответ — что он знает про него, но диалог не продолжился, я почуял что-то неладное. Народ куда-то спешил, люди выглядывали из подъездов и входов в кафе, а затем прятались внутрь. Поток машин тоже перестал, а привстав с места, я разглядел пару бело-красных полицейских машин, перегородивших улицу в двух кварталах от меня.
— Что за…
— Вот блин! Англичане! — Марк внезапно вскочил с места и помчался в сторону мужика-водителя.
По опустевшей улице разнесся шум толпы, нескольких сотен голосов, сливающихся в громкую песню. Я различил знакомые обороты на английском, в том числе и матерные. Наконец, показался источник звука. Из-за угла вышла шеренгой плотная колонна бритых парней с флагами. Их сопровождал закованный в броню жандарм на лошади, державшийся на расстоянии и всем своим видом являвший полное безразличие.
Удивительно, но во всех мирах, где есть Англия или Великобритания и развит международный спорт, обязательное есть бешеные спортивные фанаты из этой страны.
Народ на улице вымер. Я решил не рисковать и неторопливо, не показывая паники, шагнул в сторону двери кафе, но увидел, как официант с обратной стороны отходит от только что запертой двери и стыдливо качает головой. Мол, прости, не успел.
До следующего подъезда было слишком далеко. Кто-то в толпе тыкнул пальцем, послышалось довольное улюлюканье. Мимо просвистела и разбилась о витрину стеклянная бутылка. Послышался свисток жандарма, но англичане, похоже, его игнорировали. Десяток парней отделились от толпы и помчались на меня, перепрыгивая стоявшие вдоль тротуара скамейки. Они были голые по пояс, в татуировках, фанатских шарфах, повязанных на шее и разноцветных кепках-восьмиклинках. В руках бежавших впереди виднелись бутылки и что-то, завёрнутое в газету.
Моя рука скользнула на пояс к кобуре. Палец взвёл курок, я навёл ствол на полметра выше головы бежавшего впереди и стрельнул в створ улицы.
Парень, пригнулся, остановился на миг, но затем снова помчал вперед. Почему он так уверен, что ему здесь ничего не угрожает?
 
— Беги, парень! — крикнул жандарм, поровнявшийся со мной. — Распоряжение — не могу стрелять. Спецназ на подходе.
И я побежал. Нет, я понимал, что смогу выстрелить и попасть два, три раза. Но их было на порядок больше и выглядели они не то законченными нариками, не то…
Зомби, вспомнилось мне. В одном из магических миров я уже встречал зомбирующие чары — конечно, применяемые не к мертвецам, а живым людям. Неужели снова? Или это просто коллективное бессознательное, власть толпы?
Взвизгнули тормоза машины на проезжей части. Это была малолитражка Марка, давшая задний ход и поровнявшаяся со мной. Его бородатый водила приоткрыл заднюю дверь.
— Сюда! — послышался голос моего однокурсника.
Я перемахнул через газон, дернул дверь на себя, прыгнул внутрь. Водитель вдарил по газам, я обернулся назад, подозревая, что толпа оказалась в паре метров от меня. Но она двигалась совсем в другом направлении. Полдюжины "вожаков" мчали поперек улицы к тому самому бару "Техасский Рэднек", из которого вышли две фигуры.
Секунду спустя я понял, кого окружали английские "зомби".
— Тормози! — Хлопнул я по плечу водителя. — Там мой… друг!
Водитель затормози, и тут же ещё пара ультрас отделилась от толпы и побежала навстречу нам. Я решил действовать и быстро пересел к правой двери машины. Разбираться со стеклоподъемником показалось слишком долгим, поэтому я просто открыл дверь, высунулся и пальнул ещё раз.
— Стой, назад! — крикнул Марк с переднего сиденья.
Моя пуля прострелила и отбросила назад кепку ближайшего ультраса, следом послышался свисток жандарма, и я зашагал напрямую в толпу. Второй выстрел, как и первый, толком не подействовал, правда, бегущий на меня всё же отклонился от маршрута. Всё внимание задир теперь было отдано вышедшим из кабака. Одного уже повалили на пол и пинали, а второй — с облегчением я увидел, что это Сид — забрался на подоконник и меткими пинками здоровенных армейских ботинок откидывал шпану, которая тщетно пыталась стащить его вниз.
Оглянувшись назад, я увидел, что пятеро других парней окружили машину Марка и пытаются её раскачать, разбить стекло. Машина медленно набирала ход, водила старался сбросить висящего на капоте англичанина. Путь к отступлению был отрезан.
— Барь, я щ-щас! — крикнул он, завидев меня. — Щ-щас я их уделаю, иди в машину!
Секунды, которые он потратил на то, чтобы отвлечься, хватило противникам на то, чтобы ловким рывком сдёрнуть вниз. Правда, здоровенный кулак моего крепостного тут же встретился с челюстью белобрысого англичанина, а затем с плечом следующего, ему удалось вырваться из окружения, но следом он получил мощный удар под дых, отчего скорчился от боли. Я не стал ждать продолжения драки, а просто подошёл ближе, ловко увернувшись от пробежавших мимо меня парней и прострелил напавшему на Сида в лодыжку.
Выстрел и крик раненого прорезал шум орущих несвязные песни глоток. Куплеты стали тише. “Зомби” обернулись и принялись молча пялиться в меня, только раненый в ногу продолжал хныкать и материться, корчась на асфальте. Я решил действовать быстро. Подбежал к раненому товарищу Сида, схватил за руку, потащил буквально из-под ног стоявших рядом противников. Сид тоже вырвался из окружения и принялся мне помогать.
Но спустя пару секунд кто-то крикнул в толпе:
— Фокинг раски!
Толпа загудела. Теперь свистели и орали даже те, кто всё это время сидел в центре толпы и в избиении не участвовал. А затем десятка ультрасов снова пришла в движение. Удар в плечо от первого подбежавшего развернул меня, и я едва не потерял равновесие. Следующего встретил Сид. Третий получил удар прикладом по переносице. Мы медленно отступали, но нас брали в окружение. А затем Сид споткнулся и упал.
Я наклонился, чтобы помочь поднять его и почувствовал удар в спину. На какой-то миг я подумал, что это конец. Но, как часто бывает, именно в этот момент появилась подмога. Секундой ранее серый бронированный автомобиль показался из-за поворота и в момент, когда мне сделали подсечку, оказался прямо у самого края толпы. Раскрылась дверь… а затем мои уши пронзила резкая боль всепоглощающего, твёрдого звука, который, казалось, готов раздробить кости черепа. Закрыл уши ладонями, развернул голову и увидел хрупкую рыжую девушку в бронежилете, стоявшую на подножке броневика. Она вытянула подбородок и, казалось, просто пела, но звук, который заполнил улицу, был мощнее всех рок-концертов, на которых мне удалось побывать.