Кодекс Охотника. Книга XI (СИ)

— Я? — удивлённо выпучил глаза.
— Ну, не я же, — рассмеялся Серега. — Вторая жена — это, конечно, не так почетно для Рода. Но думаю, что отец поймет.
— Да мы с ней даже не целовались ни разу! — возмутился я, невольно кидая взгляд на Марию. А она в этот момент случайно перехватила мой взгляд, широко улыбнулась и помахала рукой.
Я сглотнул.
— Ага, так у тебя в планах поцелуи или что-то большее?
— Да ну тебя, в задницу! — я с силой выдернул руку. — Что вы все такие душные? Не собираюсь я! Хотя... девушка она хорошая.
— Вот смотрю я на тебя, Галактионов, — без улыбки покачал головой Долгоруков. — Скажу честно — я таких воинов, как ты, ещё не встречал, тем более в таком юном возрасте. И вроде юмор у тебя через край, могло бы быть поменьше, — прокомментировал он. — И девушки тебя любят, и ты их. Да-да, наслышан я о твоих похождениях! Но как только речь заходит об ответственности перед женщинами и Родом, то ты в какого-то школьника превращаешься.
— Ничего я не школьник! — возмутился я. — Я ведь женился на Анне.
— Да-да, — засмеялся Долгоруков. — И про это я тоже знаю. «Без меня меня женили», так?
— Я сам хотел, честно! — запротестовал я.
— Да-да, всем так и говори. Ладно, не буду тебя больше мучить, — сказал Сергей. — Собственно, я пришел сказать спасибо. Прибыли вы вовремя, и сделали всё правильно. Буду ходатайствовать о вручении тебе Ордена. Бриллиантовую Императорскую Звезду не обещаю, но что-то у тебя точно будет. Сегодня мы хорошо дали по носу ханству, — он обвел рукой строения вокруг. — А захваченных здесь снаряжений и трофеев на всех хватит. Посмотри в контракте, ты можешь взять — техникой и снаряжением, или же деньгами после реализации либо оценки.
— Бери деньгами, — тут же прошипел сзади Волк.
Я улыбнулся и повернулся к нему.
— Шлак?
— Типа того, — смутился Волк, поняв, что привлёк к себе всеобщее внимание.
— Совсем выбрать не из чего? — уточнил я.
— Ну... видел я здесь пару игрушек...
— Я подумаю, мы это обсудим, — сказал я. — Итак, что теперь?
— Мы останемся здесь на некоторое время. Отсюда открывается прямая дорога к столице ханства. Конечно, сил у меня сейчас нет, чтобы туда отправиться. Да и приказа такого не было. А вот постоять их и понервировать — вполне возможно. Заодно и с трофеями разберёмся. Кстати, в принципе ты можешь продлить контракт, оставшись здесь с нами в гарнизоне. Но что-то мне подсказывает, что тебе это не нужно.
— Абсолютно правильно подсказывает, — кивнул я. — Мне это ни к чему.
— Тогда счастливо, барон Галактионов, — он протянул руку, и крепко пожал мою. — Единственная просьба у меня к тебе — забери с собой Машку. Она тоже здесь сидеть не будет, а с тобой будет в полной безопасности, — на его лицо набежала внезапная тень. — А мне еще нужно разобраться, кто меня и моих ребят так подло подставил.
— Конечно, без проблем, — кивнул я, и мы с ним попрощались.
* * *
Честно говоря, мне кажется, что в последнее время я слишком много сплю. Вот и сейчас, загрузив в командирский «Буревестник» желейки, и оставив Волка с нашим караваном, мы взлетели и направились домой.
По пути выгрузили княжичей в Иркутске. Да, Андросова пришлось оставить у Морозовых. Когда я хотел взять его в заложники для излечения моих гвардейцев, то не учёл, что хоть Андрюха и был без сознания, зато Светка была полностью в сознании — и была категорически против. Но пообещала, что как только Андрей придёт в себя, он тут же нас навестит. А в конце концов мы решили оставить раненых в военном госпитале, где их состояние стабилизируется до того, как княжич будет в состоянии подлечить их.
А мы полетели домой, и я улегся спать почти на двое суток. Точнее, не так. Сперва — на восемь часов, потом — еще на тридцать два. Между ними я сделал перерыв, дабы провести ревизию печатей с помощью жёлтых и оранжевых желеек, кое-что подправляя и восстанавливая. Работы было немного, всё легло идеально, каналы расширялись, насыщались и укреплялись. Самое время для новых печатей. Но для этого мне нужна, минимум, голубая желейка, а лучше, конечно, чёрная.
 
Я почесал голову. Ходили слухи о существовании радужных желеек, но вроде их никто в глаза не видел. Это было логично — в радужных Разломах, по идее, можно получить радужную желейку. Вот только, если у Абсолютов это и получалось, то в открытый рынок такое сокровище не попадало. Представляю, сколько в ней энергии.
В общем, второй раз я проснулся раньше будильника от того, что меня бесцеремонно теребили за ухо.
— Вш-ш-штавай, ш-ш-шалдат! Труба ж-ж-жавёт!
Это был весёлый Шнырька, который одной лапой тягал меня за ухо, а второй держал мороженку.
— Это что еще такое? — нахмурился я.
— Ш-ш-шта? — удивился Шнырька, и тут же упёр руки в боки, именно так, как это делает рассерженная Анна. — Ты обещ-щ-щал! Я жаслуш-ш-шил!
— Заслужил, безусловно! Но у нас же договор — ты сам мороженки не берёшь.
— А я и не брал, мне Аня дала, — весело доложил мне Шнырька.
— С каких это пор она участвует в нашем «мороженом договоре»?
— Ш-ш-ш тех пор, как ш-ш-штала твоей ш-ш-шеной, дураш-ш-шка, — засмеялся Шнырька, откусил разом пол рожка, и быстро свалил в тень, от греха подальше.
Что-то мне не нравится эволюция моих питомцев. Какими-то они сильно умными становятся. Даже на Затупка в последнее время я посматривал с опасением.
Тут снова из воздуха появился Шнырька.
— Я ш-ш-што тебя разбудил... Ш-ш-шавсем ж-ж-жабыл!
И он показал мне картинку.
Я улыбнулся.
— Командир? — тут же запиликала рация.
Нагруженная трофеями основная боевая группа гвардии до сих пор не вернулась. Но учитывая, что здесь были я и Бурбулис — этого вполне достаточно. Вот только ребята увидели внезапную угрозу. И я соглашусь — со стороны это выглядело ... эпично!
Поднимая пыль и выбивая копытами комья травы и земли, к усадьбе приближался табун боевых скакунов монголов. Земные лошади были генетически улучшены, с использованием разломных тварей. И когда-то малорослые мохнатые степные лошадки превратились в огромных скакунов, которые сами по себе были грозным оружием. Такая порода использовалась в элитной кавалерии монголов. Не тех идиотов, с «одноразовыми» артефактными копьями, а тяжело вооружённых бойцов с артефактными энергетическими щитами, что закрывали себя и животное. И вот сейчас около сотни этих мощнейших животных неслись к нам. Только один нюанс — они скакали без седоков. Хотя нет, один седок у них был, всё в порядке.
Я спустился вниз, где меня с улыбкой встретила Анна, сразу протянув чашечку кофе.
— Пойдём, на лошадок посмотрим, дорогая, — чмокнул я её в щёку.
— На лошадок? Каких лошадок? — удивилась Анна.
— Очень красивых лошадок, — я взглянул на часы. — Так что, если ты захватишь на веранду парочку тостов, буду премного благодарен.
— Всё сделаю, дорогой, — поцеловала она меня, и убежала на кухню.
И я вышел на улицу, где в морозной мгле на шезлонгах лежали пледы, и был включён магический обогреватель, дабы в морозное сибирское утро здесь было комфортно находиться.
Я завернулся в плед, и взял в руки чашечку кофе.
— У-и-и-и! — раздался тонкий женский крик сбоку.
Мгновенно повернувшись, я не мог сдержать улыбку. Курс молодого бойца рядовой Сойки продолжался. Призрак, который точно так же, как и я, выложился полностью в последней драке, был уже давным-давно на ногах, и приступил к тренировке молодой приемной дочери.
Прямо сейчас, видимо, комплекс тренировок был закончен. Боец кулаком проломил корку льда, что покрывала большую деревянную бадью, зачерпнул оттуда ведро ледяной воды, и с садистским удовольствием вылил на голову своей подопечной. Он перехватил мой взгляд и задорно подмигнул. Я же показал ему большой палец. Тут Призрак резко дёрнул голову, нахмурившись.
— Ах ты, засранка! — звонкий хлопок, и она получила подзатыльник. — Батю решила надурить? А ну-ка, снимай доспех к чёртовой матери!