Один пропал: Скоро станет больше (ЛП)

— О, боже! — Натали посмотрела в боковое окно, потом на меня. — Дорогая, ты меня похищаешь?
— Ты ведь замужем, да? За тем большим парнем? — спросила я.
— Да, я замужем за Кевином. И ты можешь сказать это — он толстый. Не то чтобы меня это волновало. По правде говоря, я бы и сама не отказалась сбросить пару килограммов. — Натали засмеялась, но смех вышел нервным.
Я положила руку на клаксон, удерживая его, пока неслась через перекресток, не останавливаясь.
— О, боже! — воскликнула Натали, оглядываясь назад. — Тебе не следовало этого делать.
Я ускорилась, следя за пешеходами, пробираясь зигзагами через лабиринт улиц, направляясь к северной окраине города.
Услышав сирену позади нас, я взглянула в зеркало заднего вида. Сзади двигался внедорожник шефа. Отлично, подумала я. Как раз то, что мне нужно.
Я не знала, кто за рулем — новый детектив или сам шеф, но не собиралась останавливаться, чтобы это выяснить.
— Давина, ты не собираешься остановиться? — спросила Натали, начиная нервничать еще больше.
— Твой дом — желтый, да? Ярко-желтый с зелеными ставнями?
— Да. — Натали повернулась, чтобы посмотреть в заднее окно, затем снова уставилась вперед. — А что?
— Твой муж, он дома?
— Да, Кевин дома. Я взяла детей с собой в магазин за продуктами, но Кевин остался дома. Конечно, когда я приехала в магазин, дети отказались выходить из машины. Разумеется.
При упоминании о детях я резко надавила на тормоз.
— Твои дети в машине? Сколько им лет?
— Двенадцать и пятнадцать, — ответила Натали, схватившись за приборную панель.
— Достаточно взрослые, — успокоилась я, нажимая на газ.
Только когда я снова помчалась по улице, заметила нового детектива, бегущего обратно к полицейскому внедорожнику. Должно быть, он неправильно истолковал мою остановку. Упс.
Я слишком стремительно вошла в следующий поворот, проскочив через среднюю полосу, пока Натали кричала на сиденье рядом со мной. Затем пронеслась по тупиковой улице к их дому. Я попыталась затормозить перед поворотом на их подъездную дорожку, но тормоза «Хонды» ослабли. В итоге пришлось припарковаться на лужайке перед домом, вырывая куски дерна.
Ничего, потом разберемся, подумала я.
Распахнув дверь, я пробежала через открытый гараж, затем через боковую дверь в дом. Преодолев кухню, я опустилась на колени рядом с Кевином, который лежал на полу, уже потеряв сознание. Я попыталась поднять его, но это оказалось непросто.
Натали вбежала и замерла над нами, она слишком запаниковала, чтобы помочь. К тому времени, когда детектив вошел в кухню, я уже почти подняла Кевина в сидячее положение, но все еще не могла обхватить его руками, чтобы выполнить прием Геймлиха.
— Он задыхается! — закричала я детективу. — Помогите мне!
Детектив убрал пистолет в кобуру и подбежал к Кевину, подтянул его к себе и обхватил руками. Надавил раз, потом два, с третьей попытки ему удалось вытолкнуть кусок моркови, который перекрыл Кевину дыхательные пути.
Кевин втянул воздух в легкие, и детектив опустил его на пол. Айзек забежал внутрь, пока детектив вызывал по рации скорую помощь.
— Я уже вызвал скорую, — сообщил Айзек, обходя детектива. — Подумал, что она нам понадобится, после того как вы объявили, что машина Давины несется по городу. — Айзек наклонился и померил пульс Кевина, разговаривая с ним тихим голосом.
Я поднялась с пола кухни, но согнулась, положив руки на колени, чтобы перевести дух. Без предупреждения мою правую руку дернули в сторону, а затем за спину, после чего кто-то толкнул меня сзади в плечо и с силой впечатал лицом в верхние шкафы.
Я почувствовала знакомый щелчок наручников на одном запястье, затем на другом, когда мои руки оказались скованными за спиной. Наручники затягивали до тех пор, пока они не сдавили мою кожу.
Я ничего не сказала. Опыт подсказывал что смысла в этом нет.
Натали и Кевин сидели на полу и смотрели на меня и детектива. Айзек покачал головой, встав и прислонившись к стене кухни.
— Молодой человек, кто вы такой и что, черт возьми, вы делаете? — спросила Натали. — Почему вы надеваете на Давину наручники?
 
— Я детектив Стоун. И я арестовываю эту женщину, потому что она нарушила закон. Точнее несколько законов, — заявил детектив Стоун.
— Ей пришлось нарушить закон, чтобы спасти Кевина, — возразила Натали.
— У нее было видение? — спросил Кевин у своей жены.
Натали кивнула.
— Должно быть. Она запихнула меня в свою машину и поехала сюда как маньяк.
Два парамедика вбежали в дом. Одним из них был Ноа, сын миссис Полсон. Пока его напарник Девон накладывал на Кевина манжету для измерения давления, Ноа расспрашивал Натали о случившемся.
Когда Ноа закончил задавать вопросы о почти смертельном опыте Кевина, он спросил Натали:
— А почему Давина в наручниках?
— Потому что правоохранительные органы в этом городе — настоящее посмешище, — проворчал Кевин, ухватившись за край стола, чтобы подтянуться и сесть на стул. — Без обид, Айзек.
— Полагаю, я могу оставить это без внимания, — ответил Айзек. — Учитывая обстоятельства.
Кевин наклонил голову в знак уважения к Айзеку, прежде чем обратиться к Стоуну.
— Послушай, приятель, — ткнул он в него пальцем. — Ты слишком недавно в нашем городе, чтобы знать, как здесь все устроено. Но позволь заметить, будет некрасиво, если ты арестуешь Давину за это.
— Простите?! — раздраженно воскликнул Стоун.
— Сейчас, сейчас, — отозвался Айзек, все еще непринужденно прислонившись к стене. — Всем нужно успокоиться. — Айзек взглянул на Кевина. — Давай просто подведем итоги. Кевин, как ты себя чувствуешь? Ты в порядке?
Кевин снова наклонил голову.
— Я буду жить, благодаря Давине.
— Хорошо, хорошо. — Айзек взглянул на меня. — А как ты, дорогая? Ты ранена?
— Я в порядке, Айзек, — ответила ему.
— Рад это слышать. — Айзек взглянул на Стоуна. — Детектив Стоун, познакомьтесь с Давиной Рейвен. Давина, тот громила, что заковал тебя в наручники, — детектив Стоун.
— Приятно познакомиться, — с явным сарказмом в голосе отозвалась я.
Ноа фыркнул, доставая стетоскоп, чтобы послушать грудь Кевина.
— Ты снова создаешь проблемы? — спросил меня Ноа.
— Очевидно, — ответила я, после чего длинно вздохнула. — С другой стороны, если меня арестуют, мне не придется идти в магазин за продуктами.
Ноа рассмеялся.
— Мама звонила. Сказала, что у нас на ужин будет твоя лазанья. Я подумал, что мне стоит купить десерт. Есть предложения? — Ноа обладал прирожденным талантом миротворца, и мог разрядить практически любую ситуацию.
— Если ты хочешь набрать очки, то яблочный пирог вполне подойдет. И еще прихвати буханку чесночного хлеба, пока будешь в пекарне.
Ноа уложил свои принадлежности обратно в медицинскую сумку.
— Мне нужно будет его испечь или что-то еще?
— Он уже испечен, но я бы разогрела и пирог, и хлеб в духовке.
— Согласна, — кивнула Натали. — Они будут вкуснее разогретыми. Просто включи духовку примерно на 150 градусов и оставь их на пять-десять минут. Когда почувствуешь запах, значит, готово.
— Звучит достаточно просто, — кивнул Ноа. — Я доверяю вам, дамы, вы не направите меня по ложному пути. — Он переключил свое внимание на Кевина. — Что касается тебя, большой парень, я думаю, с тобой все в порядке. Но, может быть, на всякий случай отвезем тебя к врачу?
— Черт, нет, — проворчал Кевин, пренебрежительно махнув рукой. — Насколько я понимаю, это доктор виноват в том, что я подавился. Он сказал, что если я сяду на диету, то проживу дольше. Ха! — Кевин посмотрел на свою жену. — А вот мороженым я бы не подавился.
Все, кроме Стоуна, засмеялись, включая меня, несмотря на то, что Стоун обыскивал меня на предмет оружия. Когда оказалось, что оружия нет, он схватил меня за плечо, разворачивая к себе.
Я поморщилась. Синяки, которые Фрэнсис поставил мне на прошлой неделе, все еще побаливали. Ноа и Стоун подняли брови, но я отвернулась, прислонившись спиной к шкафам.