Один пропал: Скоро станет больше (ЛП)

Мириам Роллинс, стоя рядом с Джеки, что-то бубнила ей на ухо, хотя Джеки, казалось, не замечала ее присутствия. На другой стороне улицы у дома Далтонов на подъездной дорожке снова красовались полицейские машины.
В Дейбрик-Фоллс появление полиции в вашем доме два дня подряд не очень хороший знак. Я бы сказала совсем плохой знак.
Я вышла из машины, но прежде чем успела взять свои принадлежности, Джеки вцепилась в мою руку и потащила меня через улицу.
— Прости. Я знаю, что ты замкнутый человек, — твердила Джеки, подталкивая меня вперед. — Но она не вернулась домой. Они сказали, что она вернется, но она не вернулась.
В словах Джеки не было никакого смысла. Я уперлась ногами, заставляя ее остановиться. Поскольку мы стояли посреди улицы, я огляделась, но, кроме дюжины или около того соседей, наблюдавших за нами с тротуаров, ни одна машина не направлялась в нашу сторону, так что мы в относительной безопасности.
— Кто? Кто не вернулся домой? Что происходит?
— Тауни Далтон. Дочь Санни и Тома Далтонов.
Джеки снова принялась тянуть меня через дорогу, и я позволила ей, но только потому, что пыталась понять смысл ее слов.
— Полицейские ничего не знают, — продолжала Джеки. — Они думают, что Тауни сбежала, но мы обзвонили всех. Никто ее не видел.
Дойдя до тротуара, я снова уперлась ногами.
Джеки вздохнула, расстроенная.
— Джеки, я не могу помочь. Я не знаю как помочь. Уверена, детектив Стоун и Айзек найдут Тауни. Ты просто должна дать им время сделать свою работу.
— Пожалуйста, Давина. Я знаю, у тебя не получается контролировать то, что ты делаешь, но ведь можно попытаться, правда? Это единственное, о чем я прошу. Просто попробуй.
— Все не так просто. Я не могу управлять возникающими у меня видениями. Я не знаю, как это происходит, и не хочу знать.
Не обращая внимания на слезы, текущие по ее щекам, Джеки покачала головой и продолжила меня убеждать.
— Она моя крестница. Это я отвезла Санни в больницу в тот день, когда родилась Тауни. Тауни милая, но застенчивая девочка. Нежная, даже в подростковом возрасте. — Джеки наклонила голову, вытирая слезы и глубоко вдыхая. Собравшись с силами, она снова подняла на меня глаза. — Мы близки. Тауни и я. Если ее что-то беспокоило, и она не могла рассказать родителям, Тауни делилась со мной. Она мне доверяет. Я знаю, что она не убегала. Я знала это еще вчера, но полицейские настаивали. Мне следовало потребовать от них немедленно начать поиски. Пожалуйста. Я прошу — нет, умоляю тебя — пожалуйста, просто попытайся. Санни — моя Оливия.
Я провела рукой по лицу, стараясь придумать хороший предлог, чтобы выбраться из этой передряги, пока все не превратилось в шоу уродов, где я выступаю в главной роли.
Джеки схватила меня за плечи, притягивая ближе к себе.
— Тауни всего четырнадцать. У нее вся жизнь впереди.
Известие, что Тауни столько же лет, сколько было моей сестре Райне, когда она исчезла, выбило меня из колеи. Я знала, что это не может быть связано, но все равно мне стало не по себе. Полиция тоже не слушала, когда пропала Райна.
— Если это не сработает, — упорствовала Джеки, — тогда я оставлю тебя в покое. И я понимаю, что ты не знаешь семью Далтон, но представь, если бы это был один из мальчиков Оливии или сама Оливия. Уверена, если бы речь шла о них, ты бы попыталась. Пожалуйста, Давина. Я знаю, что ты хороший человек. Пожалуйста, помоги нам.
Я взглянул на дом Далтонов, когда Санни Далтон вышла на крыльцо. Часть моего сердца отозвалась, стоило мне увидеть, как расстроена миссис Далтон. Она смотрела на нас слезящимися, опухшими красными глазами.
— Что ты ей обещала? — тихо спросила я Джеки, кивнув в сторону Санни.
Джеки посмотрела на свою лучшую подругу.
— Я ничего не обещала, кроме как убедить тебя прийти. Мы обе знаем, что ты не способна контролировать... — она споткнулась в поисках нужного слова, — то, что ты можешь делать.
— Но она надеется. И если я потерплю неудачу, то винить будут меня.
— Нет, — схватив меня за руки, заявила Джеки. — Все не так. Мы просто в отчаянии. У полиции нет никаких зацепок. Мы обзвонили всех, кого только можно. Это просто еще одна попытка. Мы будем пробовать все и вся, пока Тауни не вернется домой целой и невредимой.
 
— А если это не сработает? — Я отдернула руки. — Хотела этого или нет, но ты дала Санни надежду, когда сказала, что я помогу. Если это не сработает, что тогда? У нее будет разбито сердце.
— Она мать, — сквозь слезы проговорила Джеки. — Если с Тауни что-то случится — если мы ее не найдем — тогда Санни будет сломлена, несмотря ни на что. Но, по крайней мере, она будет знать, что мы сделали все, что могли.
Я посмотрела на второй этаж дома, откуда-то зная, что окно справа с белыми занавесками — это спальня Тауни. Шепотом я спросила:
— Но что, если немыслимое уже произошло? Что, если Тауни мертва? Что тогда, Джеки?
Свежие слезы потекли по ее щеке на рубашку.
— Тогда скажи мне. — Ее подбородок дрожал. Она явно на грани срыва. — Я сама сообщу новости Санни. Я не позволю тебе нести это бремя. Я не сделаю этого с тобой.
Том Далтон вышел на крыльцо и положил руки на плечи жены. Он тоже пристально смотрел на нас с Джеки.
Выйдя следом за Томом, детектив Стоун задержался, чтобы посмотреть на Далтонов, а затем проследил за их взглядом, и его глаза остановились на мне. Его правая бровь приподнялась, а челюсть сжалась.
Я глубоко вздохнула и, вопреки здравому смыслу, сказала:
— Я попробую. Ничего не обещаю, но попробую.
Как только я произнесла эти слова, то сразу о них пожалела. Джеки снова схватила меня за руку и потянула за собой в сторону дома Далтонов.
  
Глава 11
 
Джеки тащила меня за руку через лужайку, вверх по ступенькам крыльца, затем через площадку не останавливаясь. Сонни и Том Далтон отошли в сторону, пропуская нас. Стоун продолжал хмуриться, но, по крайней мере, не стал останавливать, когда Джеки завела меня в дом.
От входа открывался вид на совмещенную столовую с гостиной, а рядом с обеденным столом находилась лестница с ковровым покрытием. Когда Джеки начала подниматься по лестнице, я запнулась и вырвалась из ее крепкого захвата. Только тогда я поняла, что что-то не так, совсем не так.
Я прижала руку к груди, когда воздух в моих легких словно стали высасывали пылесосом. Другой рукой схватилась за горло, пытаясь вдохнуть, но не смогла. Я не подавилась, но что-то мешало мне дышать. Я била себя в грудь, все сильнее и сильнее, но все равно не могла вдохнуть. Казалось, что в доме не осталось кислорода.
Мое тело налилось тяжестью, словно к каждой конечности привязали мешки с песком, а еще один мешок уместился на груди. Не выдержав веса собственного тела, я опустилась на ковер, продолжая бороться за дыхание.
Джеки заметила мою борьбу и вернулась, чтобы опуститься рядом со мной на колени. Я видела, как шевелится ее рот, но ничего не слышала. Стук пульса в моих ушах звучал слишком оглушительно. В голове мелькали абсурдные мысли, я пыталась понять, почему не могу дышать. Почему я не могу отыскать воздух.
«Отыскать воздух? Конечно, в доме есть воздух, — подумала я. — Так почему же я не могу дышать?»
Комната начала вращаться, предупреждая о скором обмороке.
Когда верхняя часть моего тела начала заваливаться в сторону, я почувствовала, что меня подхватывают.
Помутневшим взглядом я наблюдала, как мимо проплывают стены, потом дверь, потом крыльцо, пока не оказалась на траве. Как будто щелкнул выключатель, мои легкие наполнились, и я зашлась в кашле.
Детектив Стоун ударил рукой по моей спине, когда я с хрипом втянула воздух в легкие. Айзек присел передо мной, надавливая на затылок, чтобы держать мою голову между коленями. Я чувствовала, как мое колотящееся сердце замедляется, удар за ударом, по мере того как кашель уменьшался и дыхание выравнивалось. Через добрых пять минут мое зрение прояснилось, а кашель прекратился. Джеки стояла рядом с нами, держа в руках стакан с водой. Я потянулась за стаканом и стала пить маленькими глотками, чтобы избавиться от сухости в горле.