Темные времена (СИ)

Воронцов не стал мудрить. С его руки сорвался белый шар света и ударил девчонку в грудь, та словно на препятствие налетела, рухнула на колени, ухватившись за пораженное место, а попавший внутрь нее снаряд, содержащий свет, ярко полыхнул, чернота мгновенно истаяла, словно ее всосало. Она так и осталась стоять на коленях, уронив маленькую головку на грудь. Дмитр и Констатин подошли поближе. Чернота исчезла, поглощенная светом. Вот только с такими ранами не живут. Обугленная дыра размером с приличное яблоко, девчонка несомненно была мертва, так что, считать свет за лекарство нельзя. Воронцов припомнил, как давным-давно читал в родном мире книгу одного известного и очень уважаемого фантаста, и там такое заражение тьмой лечили мощными лампами. Труп девчонки выступал подтверждением этой теории. Значит, возможно помочь и Дмитру, но не сейчас и не здесь, нужно дотащить его до капища, до которого осталось всего ничего три дома, и подняться на крошечный холмик, на котором установлены резные фигуры.
Тень вылетела из того же дома, что и мужик с девушкой, когда они миновали его. Беляш вовремя предупредил, и Воронцов с развороту кинул в черный силуэт новую веду. Он даже не стал смотреть, как она растворяется, просто пошел дальше. Его «Удар света» не оставлял раненых, во всяком случае теней он валил с гарантией.
Последние двадцать шагов Дмитр висел на нем, кое-как придвигая ногами. Константину пришлось убрать револьвер и волочь тележку самому, что было не так просто, на колеса намотало прилично сырой земли, и они фактически перестали вращаться.
— Держись, Дмитр, мы почти дошли, — говорил он, бросив батареи у подножия капища и волоча совсем ослабевшего кока вверх. 
Беляш раз в пару секунд давал короткую картинку, пока вокруг чисто, а вот в центре поселка полный бардак, тени почти не попадались, зато зараженные ими люди довольно быстро обращались в кровожадных мутантов с черной паутиной на открытых частях тела. Они бросались на тех, кто выжил под ударом и избежал контакта с призрачными черными сущностями. Бороться с ними не получалось, пули их не брали, если только не стрелять в голову.
— Беляш, назад, — скомандовал Воронцов, и тут же на него камнем с неба упал прислужник. — Давай в карман, — распорядился Константин, и маленький крылатый зверек растаял в воздухе. 
Два шага, и он протащил отрубившегося Дмитра через границу, уложив товарища на каменный круг, исчерченный рунами. Константин перевел дыхание, они тут были одни, хотя за минуту до их появления сюда зашла целая семья — муж, жена и две маленькие дочки, лет по пять. Но Астра такова, что скрывала их, только те, кто прошел вместе в контакте, могли видеть друг друга и общаться.
— Здравствуй, Черный Вран, — раздался в голове голос очередного Хранителя, — плохой сегодня день.
— Плохой, — согласился Воронцов, опускаясь на колени перед валяющимся в беспамятстве Дмитром. — Помоги, — попросил боярин, разрывая на груди кока рубаху и прикладывая к ледяной груди ладонь, окутанную белым сиянием веды «Удар света». 
Вот только ничего не произошло, черная паутина по-прежнему, хоть и медленней, но продолжала захватывать тело.
— Помоги, — просил Константин. 
— Невозможно, — последовал мгновенный ответ. — Ты замедлил ее, но свет тут бессилен. Тьма уже поглотила его сердце, оно не бьется, слишком много времени прошло. Посмотри в его глаза, они уже мертвые, как и он. Ему уже даже не больно. Но скоро он встанет и превратится в бездумную кровожадную тварь. Тьма коварна, она изобрела новое страшное оружие. Ты проигрываешь.
— А то я не знаю, — огрызнулся Воронцов, прикидывая, как поступить.
Можно, конечно, достать рунный нож и вонзить его в сердце Дмитра, подарив тому покой, а можно протащить его на леткор связанного, и пусть он послужит людям. Хотя, что с него взять? Нужно захватывать тень, которая заражает. Конечно, прок от Дмитра будет, в лучшем случае Лада поймет, как их убивать или защищаться от них, что немало, вот только Радим не позволит проводить эксперименты на своем человеке.
 
Воронцов достал мыслеглас и прижал к виску.
— Милая, ответь, как ваши дела?
Не прошло и пяти секунд, как последовал ответ.
— У нас тихо. Радим готовится приподнять леткор, чтобы отремонтировать опоры. Мал снаружи стережет, вместе с ним Малк с пулеметом. Вы там как?
— Мы добрались до места силы и пока что в безопасности. Дмитр заражен и скоро обратится в кровожадную тварь, я не могу ему ничем помочь. Хранитель тоже. Граф рядом?
— В двух шагах, хочешь с ним поговорить?
— Да, это не займет много времени.
— Слушаю. Что там вообще происходит? Искра мне кое-что рассказала, только я почти ничего не понял. Как там Дмитр?
— Кухарь твой плох, еще немного и обратится, — и Воронцов за минуту пересказал другу, что случилось в поселке после того, как черный ведун вонзил жезл в центр площади.
Радим выслушал его, не перебивая.
— Я понял тебя, боярин, — тяжело вздохнув, ответил Граф. — Сделай для меня одолжение, убей его, не тащи сюда, он заслужил честную смерть. Не хотелось бы, чтобы Лада над ним проводила свои опыты.
— Хорошо, — согласился Воронов.
— Черный Вран, — раздался в голове Константина крик Хранителя, — сзади! 
Но бывший детектив уже знал, что там происходит. Он резко развернулся, пальцы сами собой сложились в знак, и в поднявшегося Дмитра, опутанного черной паутиной, ударило пламя Сварога. Он вспыхнул, словно его в сере вымачивали. Мгновение, и огненный факел, окутанный божественным огнем, рухнул на колени, а через пару секунд остался только пепел.
— Спи спокойно, Дмитр. Пусть в Ирии тебя встретят, как героя. Он мертв, — вернув мыслеглас к виску, произнес Воронцов, — пеплом ушел. Пламенем Сварога ударил, когда он тварью поднялся. Так что, без огня не остался.
— Благодарю боярин, я в долгу перед тобой, — вздохнув, как показалось Константину даже с каким-то облечением, произнес Радим. — Что делать думаешь? 
— Теперь я один сейчас вернусь в явь, заберу батареи и пройду первым планом прямиком к леткору.
— Не пройдешь, — снова встрял в разговор Страж. — Взгляни на первый план, этот посох на площади такое творит.
Константин обернулся и уставился на безымянный поселок, который он видел на первом плане, руины, все, что останется после произошедшего, его не интересовали, а вот странная рябь, идущая по первому плану прямо с главной площади, беспокоила. Она коверкала искажала пространство, и результат себя ждать не заставил, небольшой туманник, оказавшийся на ее пути, начал искажаться. Пара секунд, и его смяло в тугой бесформенный комок, а потом просто разметало клочьями.
— Тебе не пройти, — уверенно заявил Хранитель. — С тобой будет то же самое. Здесь, внутри места силы, эти возмущения незаметны. Но стоит выйти на первый план… Тебе не пройти, — еще раз повторил он.
— Похоже, — согласился Константин и снова вернулся к разговору с графом. — Радим, чини быстрее леткор. Надо убираться отсюда, иначе можем здесь остаться. Первый план непроходим, так что, мне придется идти через поселок. Плохо, что у меня боезапас заряженных светом рунных пуль дно показывает.
— Я пошлю к тебе Мала, — предложил капитан «Прекрасной Анны».
— Нет. Он вам будет нужен, если тени и искаженные люди на вас пойдут. Они света боятся. Есть идеи, как сделать светло над поселком, разогнать это наследие тьмы по углам, чтобы я прошел без особой стрельбы?
— У меня ничего нет, но сейчас передам мыслеглас Искре, с ней обсудишь. А мне нужно свою птичку поднять в воздух, чтобы опоры, наконец, начали делать. Удачи тебе.
— И тебе, друг, — ответил Воронцов. Он бросил взгляд на кучку пепла, которая осталась от Дмитра, и стал ждать, что скажет Юлия.
— Что требуется? — буквально через секунду спросила Юлия.
— Нужен свет, яркий, который разгонит тени, — сориентировался Воронцов, — а может быть, и тварей, которых они создают. Не знаю, боятся ли они света, но должны, ведь они заражены концентрированной тьмой.