Темные времена (СИ)

Бывший детектив понял, что пауза затянулась.
— Я принимаю вашу клятву.
Старый ведун облегченно выдохнул. Видимо думал, что теперь уже Константин может упереться и задрать планку. 
— Что вам будет нужно, и как все это произойдет?
— Думаю, мы сделаем это завтра здесь же, допустим, в полночь. Доставим сюда тело Юлии, я призову ее, и мы попробуем соединить оболочку с астральной сущностью. И если выйдет, она придет в себя. Таков был мой план.
— Что вам для этого нужно? — это уже подключился Михаил. 
— Мне снова потребуется машина и доступ в город, придется снова идти в Астру. К сожалению, на капище усадьбы я не смогу это получить.
— Я распоряжусь, — тут же отреагировал старый боярин. — От рода, как жениху боярышни Юлии, я выделю вам в сопровождение гвардейцев.
— Не надо, — покачал головой Константин, — охрана мне не слишком нужна. Она только будет привлекать внимание, как-то я без солдатиков привык. Я возьму с собой Дрозда, ну и шофер Деян подойдет, я к нему привык.
— Хорошо, Ваше сиятельство, как скажите, — согласился Михаил, опережая отца. — Предлагаю вернуться в Явь, мне нужно переговорить с женой.
Константин протянул руку.
— Тогда хватайтесь.
— Со второго плана я и сам могу, — с легкой укоризной произнес отец Юлии и, опустив взгляд вниз, почти сразу исчез.
Воронцов пожал плечами, спустя пару секунд очутился на первом плане, почти сразу рядом с ним возникли старый ведун и Роман.
— Когда будет готова машина? — спросил он у Михаила, который нервно курил папиросу с дорогим ароматным табаком.
— Уже распорядился. К тому моменту, как выйдите на красное крыльцо, Деян будет вас уже ждать. Но скажите, Ваша светлость, зачем вам на другое капище, чем это не подходит?
— Да просто в вашей усадьбе отсутствуют бродячие сущности, а мне нужно наловить на первом плане и скормить их вашей дочери. Это поддерживает ее, и для воссоединения с телом лучше, чтобы она получила столько энергии, сколько я смогу ей предоставить.
— И давно вы так охотитесь?
— Месяц примерно. В первый выход столкнулся с отверженным, он меня чуть не выпил, повезло, я хотел жить больше, чем он.
— Это и вправду удача, — согласился Михаил, давя окурок о каменную дорожку, ведущую от особняка до капища. — Хотя, что значит, удача? Вы убили черного ведуна, жнеца, проклятых. Мы получили доклад от старого Любима, он в восторге от ваших гостинцев, редко, когда ему привозят столько ценного материала, да еще в сносном состоянии. Велел вам кланяется. А про какую войну говорила Юлия?
— А это долгий и тяжелый разговор, — покачал головой Константин. — Он обязательно состоится, но не сейчас, у меня дела, а у вас беседа с Александрой Павловной. Но если коротко, то с запада грядет великая тьма, и если она победит, роду человеческому конец придет.
— Почему раньше не сказали?
— Я решаю проблемы по мере их поступления, не больше одной за раз. Первая была — договориться с родом Рысевых и вернуть Юлию. Часть ее я решил, осталось пробудить вашу дочь, потом можно будет обсудить и войну. Но советую уже готовиться, и забыть о спокойных временах, эта война потребует все резервы, которые люди смогут выставить.
Михаил задумчиво посмотрел на отца и брата, которые стояли у Константина за спиной и внимательно слушали, но в разговор не лезли.
— Мы тоже видим признаки войны, — нехотя признал он, — тьма хозяйничает в наших землях, и мы не можем ей противостоять так, как это требуется, она всегда на шаг впереди, она атакует там, где у нас людей почти нет. Мы всегда опаздываем. А теперь удачной охоты, Константин Андреевич, мне пора, жена уже извелась. 
— Доброй ночи, Михаил Николаевич, мне тоже нужно спешить. 
Константин попрощался с боярином и младшим сыном и в сопровождении Анисима, который так и ждал их возле капища, направился к дому. 
— Хотя постойте, — Воронцов вернулся к отцу Юлии, — у меня есть разговор, и он касается вашей старшей дочери Анны.
— Слушаю, — вздохнув, произнес Михаил. 
  
Глава шестая
  
— Константин Андреевич, пора вставать, просили разбудить к ужину.
Воронцов с трудом открыл глаза и увидел стоящего в шаге от него Дрозда.
— Встаю, — нехотя произнес он, пытаясь оторвать от подушки тяжелую голову, виски ломили так, словно в них гвозди забивали.
Телохранитель, убедившись, что боярин и вправду поднялся и ложиться обратно не собирается, удалился. 
Константин потер уставшие покрасневшие глаза. Остаток предыдущей ночи, как и утро, выдались тяжкими, охота на туманников не задалась, то ли попрятались они, то ли он их истребил, но за четыре часа в Астре он смог изловить только с десяток, ну еще пяток мелких сожрал прислужник. Вот только Юлии требовалось гораздо больше, и он, вернувшись на место силы, сдуру сунулся на второй план. И тут его ждал сюрприз, так попасть — надо было умудриться. Вместо места силы он оказался в каком-то густо заросшем парке, или довольно чистом лесу, никаких идолов вокруг, прикрывающих его от сущностей, никаких шикарных домов Беловодья. Но что хуже всего — он не смог обнаружить границу первого плана. Какая-то скотина его тут просто заперла.
— Страж, это что за хрень? — поинтересовался Воронцов у хранителя места силы, но ни через секунду, ни через минуту ответа не получил. 
Он был тут один, если, конечно, не считать прислужника и Юлии, даже вездесущих на втором плане сущностей видно не было.
— Боярышня, может, ты знаешь, куда меня занесло? — прикидывая, что делать, спросил он у своей спутницы.
— Знаю, — ответила девушка почти сразу, и в мыслях у нее было очень много беспокойства и паники. — И это очень плохо. Ты в так называемом кармане, специально изолированном куске Астры. Кто-то знал, что ты придешь сюда, и, обманув стража, настроил переход, и ты вместо второго плана угодил сюда. Этот небольшой кусок для тебя сейчас — весь мир, и если ты не найдешь выхода, то, скорее всего, погибнешь, ведь они-то сюда могут приходить без каких-либо проблем.
— Чего опасаться? — насторожился Воронцов, мысль о том, что он влетел в очередную ловушку, ему не слишком нравилась.
— Не знаю. Это обычный кусок Астры, но из него ты не выйдешь, во всяком случае, привычным способом. А вот что тебе устроит тут тот, кто тебя сюда загнал, я не представляю.
— Ладно, разберемся, — мрачно заявил Константин, — я уже не тот, каким попал в этот мир.
Он взвел курок на «Каре Сварога», проверил нож, провел рукой по жезлу. Он вооружен, у него есть веды, а дальше посмотрим, кто кого. Он поднял глаза к небу, как всегда безоблачное и светлое, и вполголоса произнес фразу из одного фильма:
— Если вы не поняли, это не меня заперли с вами, это вас заперли со мной. Вы попали, ребята.
— Сильно, — рассмеялась в его голове Юлия. — А теперь, когда ты прекратил угрожать невидимым врагам, может, пойдем?
— Пойдем, — согласился Воронцов и, выбрав направление наугад, бодро двинул вперед. — А вообще надо бы осмотреться, — подумал он, обращаясь к боярышне, — выбрать дерево повыше и глянуть сверху на этот карман. Что-то мне последнее время с Астрой не везет, постоянно во что-то вляпываюсь.
— А все потому, что ты сюда, как к себе домой ходишь, — резонно заметила Юлия. — А это опасное место, непредсказуемое. 
Константин пожал плечами, спорить было глупо.
Подходящее дерево подвернулось спустя двадцать минут — и ветки были толстыми, и ствол в два обхвата, и не нужно жилы рвать, чтобы забраться. Воронцов подпрыгнул, ухватился за нижнюю, забрался на нее… И тут он понял, что он дурак, которого еще найти нужно. Спрыгнув, Константин посмотрел на сидящего у его ног прислужника и тяжело вздохнул.
— Беляш, давай, крылья отращивай, и на взлет, поднимись над деревьями, оглядись. Хорошо бы ты разглядел, где этот лес кончается. А если получится, может, и выход найдешь. Далеко не отлетай, буду за тобой по поводку следить.