Клятва в ночи

Тэлли разинула рот от удивления.
— Что?! Я думала, мы поедем на машине.
Он покачал головой и направился через поле к самолету, а она беспомощно смотрела ему вслед. Несколько минут спустя Тэлли уже стояла на крыльце с сумкой в руке и дрожала от страха. Она была не в силах двинуться с места, но не могла и вернуться в дом и спрятаться под кроватью. У нее не хватало смелости перейти поле и сесть в самолет. Она ни разу не летала на самолетах!
Когда Джед вернулся за ней, ему пришлось тянуть ее за руку через поле.
— В чем дело? — спросил он. — У тебя нет причин для беспокойства, ведь здесь остаются люди, которые покормят лошадей, и на крайний случай есть даже ветеринар. А я уже два раза все обошел. Пойдем, — нетерпеливо сказал он.
— Мне не нравится летать, — решительно заявила она, когда он помогал ей забраться в кабину и пристегивал ее ремнями безопасности. — Я думала, мы поедем на машине.
— Но на самолете мы доберемся туда меньше чем через час.
— Я не знала.
— Когда ты в последний раз летала?
Тэлли вцепилась в край кожаного кресла и не отрываясь смотрела на крутящиеся лопасти пропеллера.
— Никогда, — пробормотала она в ответ.
— Ты никогда не летала на маленьком самолете?
— Нет. — Тэлли казалось, что она говорила ему об этом раньше. Она посмотрела налево и увидела белый дым, струившийся над мотором. У нее еще было время передумать.
Джед выполнял свой привычный ритуал, проверяя измерительные приборы и регулятор скорости, пока мотор работал вхолостую.
Она как раз взялась за дверную ручку, чтобы проверить, сможет ли открыть ее, когда Джед положил ей на колени карту.
— Ты умеешь обращаться с картой? Назначаю тебя своим штурманом.
— Я не могу, — едва слышно пролепетала Тэлли. — Я никогда раньше не летала. — Возможно, если она будет повторять это как можно чаще, то он услышит и выпустит ее.
— Но ведь ты умеешь сверяться по карте?
Конечно, она умела, но только на земле, в машине. Теперь же Тэлли сидела в самолете и ждала, пока разогреется мотор, а линии и слова расплывались у нее перед глазами. А ведь они еще даже не взлетели! Нет! Вряд ли из нее получится штурман.
Идея провести с Джедом уик-энд в Сан-Франциско была ужасна. Тэлли согласилась только потому, что не могла отказать его матери. Она так к ней добра! Почему он не сказал ей раньше, что они полетят в Сан-Франциско на самолете? Ведь тогда она смогла бы придумать вескую причину для отказа. Тэлли не хотела признаваться, что ужасно боялась высоты и страдала акрофобией с тех пор, как в шестом классе забралась на радиовышку за городом и упала, сломав ногу. Но он, скорее всего, не станет ее слушать.
Когда самолет пересек поле и выехал на посыпанную гравием взлетную полосу, Тэлли поняла, что уже слишком поздно отступать. Они неслись все быстрее и быстрее. Ее зубы громко стучали, но шум мотора заглушал этот звук. Краем глаза она увидела, как Джед потянул назад ручку регулятора, и почувствовала резкий толчок, когда самолет оторвался от земли. Они поднялись в воздух, но ей показалось, что ее желудок остался на земле.
Джед успокаивающе похлопал ее по бедру, и она подпрыгнула как ужаленная.
— Правда, удивительное чувство? — спросил он, ослепительно улыбаясь.
Она подавила истерический смех, прижав кулак к губам.
Он обеспокоенно посмотрел на нее:
— Тебя не тошнит?
— Я просто… испугалась.
— Здесь нечего бояться. Сегодня такой чудесный день, идеальная погода для полетов. Ты мне не веришь?
— Конечно, верю, — ответила она, закрывая глаза.
— Вспомни, что ты говоришь своим ученикам? Не опускать глаза, не смотреть на лошадь. И ты смотри только вперед.
Тэлли проглотила комок в горле, открыла глаза и заставила себя выглянуть в окно. Стоял прекрасный летний день.
— Я, кажется, должна была сверяться по карте.
— Немного позже. Сначала я должен сообщить наш план полета диспетчеру в Элко, — сказал он, ободряюще улыбаясь, и на мгновение положил руку ей на бедро. На этот раз она не подпрыгнула, почувствовав, как тепло его сильных пальцев распространяется по телу, постепенно освобождая его от напряжения.
 
Шум и вибрация мотора, а также голос диспетчера, пожелавшего им удачного полета, немного успокоили ее. Конечно, полет из Невады в Калифорнию чудесным ясным днем не такое уж и важное событие. Но только человек, страдающий акрофобией, мог понять, как страшно летать.
Она откинулась назад в кресле, закрыла глаза и постаралась представить, что находится на земле, объезжая лошадей на равнине, и свежий ветер треплет ей волосы. Легкая улыбка тронула ее губы.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Джед.
— Уже лучше. — Она украдкой взглянула на него. — Хотя из меня плохой штурман.
— К счастью, я знаю дорогу.
Тэлли пришло в голову, что он попросил ее заняться картой, стараясь отвлечь от страха перед высотой.
— Ты когда-нибудь испытывал ужасный и совершенно необъяснимый страх? — спросила она.
— Я? Конечно, нет! Я же абсолютно бесстрашен.
Она вздохнула:
— Я так и думала.
— Я боялся лошадей, — признался он.
— Ты?! Но ведь ты вырос на ранчо, где было много лошадей.
— Да, но они меня не интересовали, — ответил он, положив руки на штурвал. — Так же, как и мою мать. Ты заметила, как быстро она перебралась в город после смерти отца? Лошади были его слабостью. Отец купил мне пони, когда я еще не научился ходить. Он заставлял меня ухаживать за лошадьми перед школой и учиться ездить верхом после уроков, когда мне хотелось оказаться в совсем другом месте и заниматься своими делами.
— Например, гонять на мотоцикле по Мэйн-стрит.
— Помнишь, как я тебя прокатил? — улыбнулся он. — Да, я был неуправляемым мальчишкой, ничего не скажешь.
— Ты не рассказал мне, почему боялся лошадей.
— Да, не рассказал.
Тэлли заметила, что он помрачнел и еще крепче ухватился за штурвал. Она ощутила разочарование, понимая, что Джед больше ничего не расскажет. У него была какая-то тайна, но он не хотел поделиться ею с Тэлли. Но все-таки Джед рассказал больше, чем собирался, и Тэлли польстило, что он доверился ей. Она даже не заметила, как они начали опускаться в облака, направляясь к маленькому аэропорту, расположенному к югу от города.
Пока Джед переговаривался с диспетчером и странный голос отвечал ему, у нее заложило уши, но она не опустила глаза, чтобы узнать, откуда исходит этот голос. Следуя своему собственному совету, она смотрела прямо, пока они не приземлились и не понеслись по взлетной полосе.
Впервые взглянув вниз с тех пор, как они покинули ранчо, Тэлли облегченно вздохнула. Она побывала на высоте в десять тысяч футов и благополучно вернулась на землю. От пережитого страха она не чувствовала ничего, кроме неудержимой дрожи во всем теле. Тэлли так долго возилась с ремнями, что Джеду пришлось помочь ей. Его пальцы задержались на ней немного дольше, чем это было необходимо, и внезапно Тэлли охватило странное предчувствие. Они прилетели отпраздновать месяц со дня свадьбы, и хотя их брак всего лишь игра, но, возможно, это был первый и последний медовый месяц в ее жизни.
Когда Джед подошел, чтобы открыть для Тэлли дверцу, ему пришлось помочь ей вылезти из самолета.
— Эй, мы уже прилетели! Сначала я не мог посадить тебя, а теперь не могу вытащить, — шутливо проворчал он.
Тэлли наклонилась и, подогнув колени, соскользнула в его объятия. Он на мгновение крепко прижал ее к себе, а она обхватила руками его за шею. Тэлли была за сотни миль от дома, но, очутившись в объятиях Джеда, внезапно почувствовала себя как дома. Она постаралась убедить себя, что во всем виноват перелет и сейчас они оба испытывают облегчение после удачной посадки. Кроме того, Тэлли всю неделю старалась держаться подальше от Джеда, и теперь ей хотелось покрепче ухватиться за него, не теряя драгоценных мгновений.
Вот только бы Джед не услышал бешеного биения ее сердца! А он начал ласково поглаживать ее по спине, его руки задержались на ее бедрах, потом он изо всех сил прижал к себе Тэлли. Она прильнула к нему, наслаждаясь близостью его сильного тела. Звуки взлетающих и приземляющихся самолетов исчезли вдали. Джед наклонился к ней, и их губы слились в порыве страсти.