Теорема сводных (СИ)

Я легонько кивнула головой.
— Спасибо…
— Если что-то произойдет, звони, ладно?
— Ладно…
Вольфганг, не проронив больше ни слова, направился на выход. А я осталась сидеть в пустой рекреации, наслаждаясь тишиной и потоком мыслей, который меня резко кинул в сон.
Я уснула сразу же, как только Вольфганг ушел. По всей видимости, кто-то ночью меня накрыл покрывалом, потому что, распахнув глаза, я увидела на себе его. Я потянулась и, встав с дивана, посмотрела на время. Оно показывало восемь утра. Скорее всего, сейчас будет обход, поэтому мне удастся вытащить того доктора, который вчера приходил к нам. Не успела я выйти из рекреации, как мне повстречалась медсестра.
— Простите! — воскликнула я. Медсестра доброжелательно улыбнулась мне.
— Да?
— А к Теодору Гюнтеру, которого должны были перевести из реанимации в 413 палату, уже перевели?
Медсестра задумалась.
— Вы его невеста?
Я молча кивнула.
— Пойдемте на пост, посмотрим, есть ли какая-то информация.
Я нервно сглотнула и направилась вместе с медсестрой по коридору. На этаже было тихо, даже слишком тихо, чтобы это походило на больницу. Подойдя к посту, медсестра зашла за стойку и начала просматривать информацию в компьютере. Это ожидание было слишком долгим, как казалось мне.
— Да, его уже перевели в палату. Проводить вас?
Мое сердце затрепетало. Мне казалось, что я сейчас потеряю сознание от ожидания.
— Да, будьте добры!
— Пойдемте! — ответила она и повела меня за собой.
Мне хотелось бежать впереди нее, но я понимала, что это бессмысленно. Поэтому, пытаясь удержать себя в руках, я ровно ступала ногами по плитке. Дойдя до неприметной белой двери, у которой было стеклянное окно.
— Вот. Если вдруг что-то будет нужно, подходите на стойку и нажмите кнопку вызова медсестры. Точно такая же есть рядом с кроватью пациента.
— Хорошо. Спасибо.
Девушка оставила меня одну, уйдя по своим делам. Моя рука зависла в воздухе, по коже пробежала мелкая дрожь. Выдохнув из себя, я положила руку на дверную ручку и нажала на нее. Дверь легко поддалась мне, и я вошла внутрь.
По середине стояла кровать, на ней лежал Тео. Он тихо спал, окруженный различными медицинскими устройствами. Палата была просторной. Вдали, около окна стоял диван, а кресло было подвинуто к кровати Тео. Я поняла, что это палата-люкс, потому что висел телевизор, стоял небольшой стол и даже был холодильник. Осторожно ступая вперед, слева оказалась ванная комната с собственными туалетом и душевой кабиной.
Приборы тихо пикали, разрывая тишину. Я медленно подошла к Тео со стороны кресла. Сводный тихо сопел. Его дыхание было равномерным. На мониторе был показан его спокойный пульс. Я медленно наклонилась к сводному и поцеловала того в лоб.
— Привет, — тихо произнесла я, чтобы не разбудить его. Тео по-прежнему тихо спал. — Я надеюсь, что ты быстро поправишься…
На лице у Тео были ссадины. Его левая рука перебинтована с лангеткой. А под белой медицинской распашонкой, по всей видимости, тоже красовались бинты. На правой руке стояли катетеры. Зрелище было не из лучших. Но самое главное — Тео жив. А значит, он поправится.
Сев на кресло, я заметила, что сумка Тео уже стоит под столом. Интересно, кто ее отнес? Неужели медсестра? Но, не придав этому большое значение, я аккуратно взяла Тео за руку и положила голову рядом, в ожидании, что сводный скоро очнется. Сколько я так пролежала — непонятно. Я даже потеряла счет времени, пока не почувствовала, как сводный крепко сжал мою руку. Резко подняв голову, я увидела, что Тео улыбается мне.
— Тео! — воскликнула я и, поднявшись с кресла, решила его обнять.
— Ah, bon-bon*, — воскликнул он жалобно.
— Прости-прости, — затараторила я.
— Ты меня убьешь так.
— Прости!
В его голубых глазах виднелась радость. Я едва ли смогла сдержать слезы, которые подступали.
— Как ты? — спросила я для приличия, стараясь унять в себе радость.
— Дерьмово, как видишь, — рассмеялся Тео, но сразу же осекся. Его выражение лица смелосило на искривленное от боли.
 
— Не смейся, а то сам себя убьешь, — прошипела я ему, усаживаясь на кровать.
— Главное, что в последние минуты своей жизни я буду видеть тебя, — отозвался он, и я, богом клянусь, едва ли сдержалась, чтоб не стукнуть его за такие ужасные слова!
— Юмор у тебя и посмертно будет распирать легкие, — фыркнула я.
— Все ради того, чтобы ты улыбалась…
Мое сердце затрепетало от нежности, произнесенной Тео. Даже сейчас, когда ему было плохо, он думал обо мне. Это дорогого стоило…
— Я так испугалась….
Тео поднял руку и дотронулся до моей щеки. Его губы пересохли, и он их облизал.
— Но со мной же всё хорошо, — заверил он, улыбаясь. — Я живой. Правда, меня еще нужно чинить…
— Нужно, — со слезами на глазах ответила ему.
Дотронувшись рукой до руки Тео, которую он держал на моей щеке, я почувствовала всю ту нежность, которую сводный хотел мне отдать.
— Ты нас всех напугал…
— Знаю, — прошептал сводный. — Прости…
Я склонилась к Тео и робко поцеловала его в губы. Это был самый нежный и в то же время переполненный любовью поцелуй, от которого у меня на долю секунды перестало биться сердце.
— Как ты узнала?
— От Марии-Луизы.
Тео удивленно посмотрел на меня.
— От нее?
— Да. После того как тебя кто-то сбил, Ганс спас твою жопу.
Тео резко поменялся в лице. Наверное, его шокировала эта новость.
— Ганс?
— Потом скажешь ему спасибо, что он ехал в нужное время и в нужном месте.
Тео нервно сглотнул. Я увидела, что его пульс повысился. Приборы стали пикать быстрее.
— Ja, bon-bon, — прохрипел Тео так сладко, что по коже прошла дрожь.
— Когда я вбежала в больницу, то мне пришлось соврать медсестре, что я твоя невеста, чтобы меня пропустили.
— Невеста? — воскликнул Тео. — Ну ничего себе у тебя шуточки!
Я улыбнулась. Самой искренней улыбкой на свете..
— Ну подумаешь, немного приврала, чтобы добраться до тебя…
— Это что, мне придется жениться на тебе, потому что все медсестры больницы Святого Патрика думают, что ты моя невеста?
— Подумаешь, проблема какая-то! — фыркнула ему в ответ, и Тео потянул меня на себя.
— Проблема решаемая, — выдохнул он мне в губы, и мы слились в робком поцелуе.
Я забралась к нему на кровать, уложившись сбоку, на самом краю. Тео приобнял меня, вдыхая аромат моих волос.
— Лия…
— М?
— Я хотел бы извиниться за то, что тебе наговорил вчера…
Я промолчала. Конечно, мне хотелось слышать слова извинений, но в то же время я понимала, что Теодору сейчас нелегко.
— Я дурак. Полнейший дурак, что подумал, будто бы ты меня обманула…
— Я должна была тебе сказать о том, что у меня был жених, — ответила ему как можно мягче, зная, что нервировать сводного и заставлять переживать — не лучшая идея.
— Не должна. Это твое прошлое, которое не имеет никакого отношения к настоящему и будущему…
Тео нежно чмокнул меня в макушку.
— Я хочу, чтобы ты не держала на меня зла. Правда, смерти мамы, еще и этот белобрысый…
— Я тебя понимаю, — прошептала я.
— Я был на эмоциях и не должен был тебя обижать…
— Извинения приняты, — сказала я, жмясь к Теодору. — Правда…
— Я не хочу тебя потерять, — сказал Тео. — Ни сейчас, ни в будущем.
По коже прошла приятная волна мурашек. От слов Тео становилось на душе очень тепло..
— Не потеряешь, — ответила ему. — Куда я уйду?
— Ну не знаю-ю-ю, — стал ерничать Теодор. — Может быть, появится такой спаситель, как Ганс.
— Если бы не твоя травма, то я бы тебя стукнула! — прошипела я с довольной ухмылкой и взглянула в глаза Теодора. Он ехидно улыбнулся мне в ответ.
— Бьешь, значит, любишь? — поинтересовался Теодор, даже сейчас стараясь заигрывать со мной.
— Хочешь проверить? — ответила ему той же игривостью.
— Только когда поправлюсь. Не хочется заканчивать свою жизнь именно так!