Теорема сводных (СИ)

— Прошу к столу, — мягко отозвался Вольфганг. На нем был серый лонгслив и темные спортивные штаны. Мужчина был встревожен и взволнован, будто бы именно сейчас он сдавал экзамен по кулинарии. Он помог маме усесться за стол, отодвинув стул. Мама нежно поблагодарила его. Тео решил не отставать, но остепенился в тот момент, когда я твердо села на стул и кинула в сводного упрямый взгляд. Тогда Тео сделал вид, что решил выпить стакан воды, прежде, чем сядет за стол. Конечно, ни Вольфганг, ни мама не заметили этого циркового представления, и это к лучшему.
— Вот, держи, — отец наложил маме немного пасты и пододвинул тарелку с салатом. Я же ждала, когда Вольфганг или Тео наберут еды, чтобы как последний, бедный родственник, наслаждаться остатками еды. Это хоть что-то. Тео сел напротив меня, и ждал, когда отец передаст ему блюдо.
— Как в университете? — спросила мама и я поняла, отчего та плохо выглядит. Ее голос осип, было похоже на ангину.
— Ты заболела? — спросила у нее, видя, как Тео ухаживает за мной и кладет остатки пасты.
— Немного, — прохрипела она.
— Мы уже ездили сегодня к врачу, — встрял в разговор Вольфганг. — С Анной все в порядке, голос скоро придет в норму.
Я ничего не ответила, лишь плотно поджала губы, чтобы не ляпнуть лишнего.
— Да, солнышко, не переживай, — теплая рука матери коснулась моей спины. — Как дела в университете?
— Хорошо, — ответила я заметив, что мужчины стали есть. Насадив на вилку пару макарон в форме бантика, я чувствовала себя не в своей тарелке. Положив в рот эти две макаронины, вначале из прожевала, а когда проглотила, добавила, — на этой недели едем в кемпинг.
— С кем?
— С университетской группой, — ответил Вольфганга. Мама перевезла на него свое внимание. — Часто из Мюнхенского университете по теории и практики работы с людьми, студентов отправляют в таким мини-путешествия на выходные.
— Вот оно как, — ответила мама. — И ты мне не говорила?
— Нам сказали на прошлой недели, однако только сегодня провели официальное собрание, — я сделала глоток воды и в это мгновение заметила изучающий взгляд сводного на себе. — Тео тоже поедет, — добавила я.
— Это прекрасная новость! — воскликнула мама, прожевав макароны. — И куда поедете?
— Вроде бы под Фюрстенфельдбрук.
— Хорошее решение, — прохрипела мама и закашлялась.
— Лия выбрала место, — похвалился Тео, будто бы это было что-то выдающееся. Мама удивленно посмотрела на меня.
— Ты?
— У меня не было выбора, — пожав плечами, я съела ложку салата. — Мне дали указку и попросили ткнуть на карту. Я и ткнула.
— Там очень красиво, — признался Вольфганг, жуя пасту. — Даже слишком красиво!
— Обязательно сделай фотографии! — попросила мама, а я все это время смотрела на макароны.
Чертовы макароны.
Ни в одно горло не лезут они.
— Так и видео будет, — добавил сводный, чтобы хоть как-то избежать неловкого молчания. — Нас будут учить сливаться с…
И нужно было мне именно в этот момент поднять взгляд на Тео. Его холодные глаза излучали счастье.
— Сливаться с природой, — добавил тот и в конце улыбнулся. Едва заметные ямочки на его щеках были настолько кокетливыми, что я покраснела, как помидор на грядке.
— Здорово, что вас учат видеть в чаще тьмы что-то прекрасное, — изрекла мама, продолжая есть пасту.
— Да, — ответил Тео и коснулся ногой до моей ноги под столом. Я вздрогнула. Это что еще за игры такие? Тео кинул на меня любопытный взгляд, а после, который был полон интереса.
Остаток времени мама и Вольфганга спрашивали у меня, и изредка у Тео, как мы успеваем, не нужно ли нам что-то купить… все это выглядело очень сомнительным, будто бы нас готовят к чему-то грандиозному. И это явно была не свадьба Вольфганга и моей мамы.
Вульф попросил оставить тарелки на столе, потому что сегодня будет джентльменом и сам помоет посуду. Мама решила остаться внизу, чтобы посмотреть какой-то сериал, а Тео умел в гараж. Мне нужно было доделать кое-какую домашнюю работу, поэтому я поднялась к себе в комнату.
Закрыв дверь, я прислонилась к ней спиной. Сделала глубокий вдох. Мне казалось, что предстоящая поездка не принесет ничего хорошего, напротив, лишь сильнее расстроит меня.
 
Желудок был полон, но в комнате было душно. Быстрым шагом я направилась к окну и распахнуло его. Свежий прохладный ветерок проник в комнату, едва ли касаясь легких занавесок. Я вновь вдохнула полной грудью и почувствовала, как стало легче. Тео копался в гараже. Оттуда тихо доносилась тяжела музыка. Я выглянула в окно. Тео стоял на лужайке и курил сигарету. Серый дым поднимался ввысь, растворяясь в теплом весеннем воздухе. Машинально улыбнувшись, я немного нагнулась на низкий подоконник, продолжая смотреть на Тео. Сводный будто бы почувствовал мой взгляд и в следующее мгновение поднял голову. Я резко рухнула на колени, прижавшись к полу. Звук полного мешка с картошкой, который бросили на ламинат, раздался эхом по комнате, вылетая пулей в окно. Сердце бешено стучало в груди, а дыхание перехватил нахлынувший ком адреналина.
«Лия, что ты творишь?» — пронеслась мысль в голове, но ответа на вопрос я не знала. Услышав шуршание за окном, я медленно, словно неуклюжая кошка, выглянула в окно, задержав дыхание. Хотела ли я увидеть там Тео? Безусловно. Однако, Тео уже там не было. Выдохнув, опустилась на колени и прижалась спиной к стене под окном. Беспокойные мысли заставляли погрузиться в себя. Тревога заполняла сердце, очень чувствовалась растянутая струна, что терзала душу. Неужели, я и правда, влюбилась в сводного?
Спустя три дня.Зона отдыха Университета Мюнхена. Полдень.
— Тео точно не заболел?
Мария-Луиза сидела на лавочке, подобрав ноги. На ней стильные порванные светлые джинсы, широкая персиковая блуза, на плечах болтается кожаная куртка. Волосы собраны в неаккуратный пучок.
— Понятия не имею, — говорю я отчужденно, погружаясь мыслями в новую для меня тему по менеджменту. Она сложная и омерзительная, со слов Марии-Луизы. Бизнес-модели управления мне приходятся по душе, но в материале, который дал мне учитель, уж чересчур заумно написано.
— Он выглядит растерянным, — обусловливает Мария-Луиза, всматриваясь в широкие спины Тео, Финна и Маркуса, которые сидят в пяти метрах от нас на зеленой траве.
Нет, я конечно знаю, почему Тео такой растерянный: этой все из-за того поцелуя. Но выбираю «смолчать». Уткнувшись носом вновь в методичку, мне кажется, что мои мозги в скором времени вскипят. Чувствую на себе пристальный взгляд Марии-Луизы. Она смотрит на меня, а через секунду, не сдержавшись, спрашивает:
— Тебе не надоело зазубривать?
— Не-а, — на автомате отвечаю ей.
— Ты уже подготовилась к кемпингу?
Киваю в ответ.
—Dast gut*(Прекрасно).
Но Мария-Луиза не прекращает смотреть в мою сторону. Ее что-то тревожит, но что?
— Что-то не так?
— Угу, — нескромно пальнув в меня взглядом, Мария-Луиза, кажется, дождалась того, чего хотела.
Захлопываю методичку и, щурясь от весеннего солнышка, смотрю на подругу.
— Что?
— В буквальном смысле слова неделю назад я видела, как вы с Тео не находили общий язык.
Мое сердце дрогнуло. В горле резко пересохло, словно я давно шла по пустынной местности.
— А теперь он открывает перед тобой двери в машину, когда раньше бабахал ими так, что я думала, он быстрее превратит в развалины свою любимую тачку, нежели распахнёт перед тобой дверь нормально.
Пытаюсь не выдавать себя. Но… Мария-Луиза знает Тео давно, с детства. Это лучшая его подруга. А от таких подруг едва ли удастся скрыть что-то, в особенности если дело имеет отношение к сердечным темам.
— Между вами что-то произошло? — наклонившись, шепчет та, а я перебрасываю взгляд на Теодора. В этот же миг Тео и Финн разворачиваются и смотрят на нас. Сводный ласково ухмыляется мне, пытаясь не застопоривать взгляд дольше, чем на две секунды. Мария-Луиза торжествующе размахивает им в ответ, хотя эта отрада не больше, чем актерское мастерство.