Алый ангел (ЛП)

Леонард появляется, будто только что услышал свое имя. Он сразу же присоединяется к нам, когда Элис возвращается к своей роли, отвлекая заместителя. Но я прерываю.
— Зачем шерифу проводить городское собрание, если он скрывает тот факт, что серийный убийца нацелился на город?
— О, потому что прошлой ночью произошло кое-что странное. Сегодня утром было обнаружено, что двери в домах были открыты, по крайней мере, пятьдесят или около того. Несколько зеркал пропали, на этом все. Странно, да? — спрашивает он, но не дает нам времени ответить. — Шериф проводит встречу, чтобы выяснить, кто это сделал.
Это совершенно бессмысленно.
— Сейчас все намного хуже, чем было, — тихо нам говорит Леонард. — Шериф устроил шоу, когда мы приехали в город. Он многое спрятал. И теперь он чувствует контроль по какой-то причине, действуя так, будто он может контролировать нас.
— Из-за главы, — отмечает Донни, читая мои мысли.
Я поворачиваю назад, снова прерывая Элис и помощника шерифа.
— Мы сделаем этот обход прямо сейчас, — говорю я ему, что идеально совпало по времени с выходом Крейга из хижины.
Он держит большую стопку флаеров, и глаза Хаузера расширяются в страхе.
— Но шериф сказал...
— Когда шериф станет моим боссом, я его послушаюсь. Но у него нет полномочий командовать нами в этом расследовании. К тому же, его включение является просто любезностью моих людей. Мы выше него по рангу. Понятно?
Нихера ему не понятно. Я могу сказать это по его жалостливому взгляду.
Вместо того, чтобы объясняться, мы с Крейгом уходим, а Элис идет к своей хижине, чтобы подготовиться. Донни и Леонард забрали половину листовок и тоже отправились в сторону города.
— Когда приедет Лана? — спрашивает Крейг, игнорируя Хаузера, который орет, чтобы мы «пожалуйста, остановились».
— Через два дня, скорее всего. Возможно, раньше. Она не хочет, чтобы Хэдли ехала одна. Лиза же приедет с минуты на минуту.
— И Хэдли это одобрила? Никогда не думал, что доживу до этого дня.
— Неожиданно, но они, кажется, сблизились после того, что обеим пришлось пережить.
— Ничто так не сближает, чем сексуальный садист, который почти тебя убивает, но по чистой случайности умирает сам.
У меня скручивает живот, и я пялюсь на него.
— Слишком рано?
Еле слышно матерясь на него, я выхватываю у него из рук степлер и прикрепляю флаер на столб.
Мы замечаем женщину, выходящую из продуктового магазина, которая держит за руку своего ребенка. Я наклоняю голову, когда замечаю, что несколько других людей начинают убегать, быстро убегать. Некоторые даже паникуют, пока бегут.
Мы с Крейгом переходим улицу, доставая оружие, затем я обхожу стену сзади.
Вода окрасится в красный. Так же, как и ваши грехи. Правду больше не приукрасят.
Что за х*йня?
Это написано большими буквами на стене, и парень за стойкой начинает кому-то звонить.
— Что случилось? — спрашиваю я, подходя к нему.
— Не знаю. Она как будто внезапно появилась. Только что ее не было, а потом вот она. Все это видели! — кричит он.
Что, бл*ть, за х*йня?
Надпись уже сухая, и я иду взять образец. Вытаскиваю пакет для улик и отскребываю несколько хлопьев. Мне, бл*ть, нужно, чтобы Хэдли уже была здесь.
Вокруг нас от тех немногих, кто достаточно смел, чтобы остаться, исходят шепотки о духах.
— Надпись высохла, но появилась только сейчас? Знаешь хоть какой-нибудь тип краски с такой функцией?
— Я уверен, что такая есть, или есть кто-то достаточно умный, кто может так сделать, — говорю ему, наблюдая, как люди паникуют из-за каких-то слов. — Это он.
— Что? Он пришел, чтобы нарисовать магически появляющуюся надпись? — недоверчиво спрашивает Крейг.
— Мы описали этот город как религиозный, но с культовым менталитетом. Оглянись вокруг. Они все напуганы чем-то таким незначительным. В Вашингтоне люди стали бы делать снимки и закатывать глаза, если бы вообще заметили подобное. Но здесь? Даже это пугает их до чертиков.
Он оценивает ситуацию, обрабатывает то же, что и я, даже если не является профайлером.
 
— Он еб*т им мозг.
— Его конечная цель не просто убийство. Он хочет терроризировать город, — говорю я, развивая свою теорию.
Крейг следует за мной, а я иду вниз по улице, осматривая всех, кто выделяется. Но никого не вижу. Пока эта краска не будет проанализирована, мы не узнаем, как ему это удалось провернуть.
Мы останавливаемся, разговаривая с людьми, и наблюдаем, как страх омывает их лица, когда говорим им о серийном убийце, о котором шериф их не предупреждал. Большинство убегает от нас, не желая слышать что-то подобное.
Один человек хватается за свое сердце.
— Это правда, — шепчет. — Среди нас есть темный дух?
Крейг удивляется.
— Нет. Есть человек из плоти и крови, который хочет отомстить за то, что случилось десять лет назад с Викторией и Маркусом Эванс.
Вся кровь сходит с его лица.
— Вы говорите о детях дьявола, — шипит он, затем поворачивается и убегает, будто мы пригласили его творить зло.
— Не знаю как тебе, но это самое дерьмовое дело из всех, — говорит Крейг с раздражением.
Его телефон пищит, и он смотрит на экран.
— Я послал Леонарду фотографию той надписи, и он прислал мне это...
Крейг хмурится, держа свой телефон так, чтобы я видел.
ЛЕОНАРД: Люди находят эту же надпись в собственных домах, двери которых были обнаружены открытыми. Она появляется по всему городу. Мы видели, как слова буквально появляются из воздуха, будто их пишут прямо сейчас.
— Он магистр науки, а также организованный убийца. Прекрасно. Он заставит весь город поверить в призраков до конца дня, — заявляет Крейг сухо.
— Но почему приведение? — спрашиваю я.
Крики раздаются со всех сторон, прежде чем мы задумываемся над ситуацией, и мы смотрим, как люди выбегают из парка, визжа и размахивая руками.
Мы снова бежим прямо в гущу бегущих людей, пока они кричат кому-то, чтобы их спасли.
Из фонтана в центре парка течет красная вода. Как и из разбрызгивателей, которые поливают траву. Я оборачиваюсь, когда раздается еще один крик, и вижу, как женщина роняет садовый шланг, из которого тоже течет красная вода.
Одна девушка стряхивает с себя красную воду, которая течет по ее лицу, как разбавленная кровь. Люди покрыты ею. Это как дешевый фильм ужасов о резне семидесятых, когда кровь была слишком красной и разбавленной.
— Бл*ть, — шипит Крейг. — Как, мать твою, он это провернул? — Я не знаю, но что бы он ни пытался донести, у него очевидно получилось. Этот город разрушится после его игр разума. 
  
Глава 14
 
 Рыбы живут в море, как это делают люди на суше: 
 большие поедают маленьких. 
 Уильям Шекспир 
 Лана 
Крики звучат как музыка для моих ушей, и Хэдли содрогается рядом со мной.
— Как он провернул это с краской?
— Я не могу ответить. Они будут просить тебя разгадать эту тайну. Не хочу, чтобы ты догадалась слишком рано.
Ухмыляюсь, когда Хэдли закатывает глаза.
Джейк и я много лет это планировали. Он придумал несколько штук, и эта мозгодробилка только начинается.
Три года назад мы взялись за это и начали все планировать. Мы фантазировали об этом и создавали гипотетические планы мести. Мне легко далась разработка плана, и, когда я поделилась им с Джейком, он внес в него улучшения в виде собственных идей.
 
— Дай угадаю: ты не скажешь мне о камерах или красных фонтанах? — спрашивает она, ведя машину.
— Я уже помогла тебе с экспертизой по Моргану, чтобы мы могли выехать раньше. Я не оставлю Логана одного там надолго. Но я помогаю тебе не больше, чем тебе нужна помощь.