Танец для ледяного мага (СИ)

— Я отвезу вас сам, прямо сейчас. Можете идти в машину.
— Я с вами не поеду! — неожиданно бурно запротестовала блондинка, — лучше дождусь жениха здесь.
— Э нет, — вмешался я, — я не привык к гостям, и, если вам уже лучше, попросил бы вас покинуть мой дом.
— Прошу вас, — Эстель посмотрела на меня с такой мольбой, словно от моего решения зависела чья-то жизнь, — отвезите меня вы. Мои родные очень беспокоятся.
Ну уж нет. Выбираться из теплого дома на холодную улицу, куда-то ехать, терпеть чье-то присутствие и разговоры всю дорогу. Увольте!
— На свадьбе была Инга, — вдруг добавил Стан, и я замер, не успев открыть рот.
— Инга? Вы знаете Ингу? — неизвестно чему обрадовалась Эстель.
Я кивнул, мрачно глядя на рыжего. Какого черта он бередит мои раны?
— Пожалуйста, отвезите меня, — снова обратилась ко мне девушка, полностью игнорируя Стана, — Инга остановилась у нас. Вместе с Сержио. Вы давно ее знаете?
Конечно, я понимал, что ехать мне не стоит, что, уходя, я обещал оставить девочку в покое, не тревожить и не мучить своим присутствием, но, черт побери, как же я хотел увидеть ее вживую, а не на экране проектора. Поеду с ними, посижу в машине, просто посмотрю на нее издалека. Даже выходить не буду. Сейчас я был рад, что не стал пить виски и могу сам сесть за руль.
— Давно, — медленно проговорил я, все еще мучительно размышляя. Разрываясь между потребностью увидеть любимую и стремлением сдержать обещание. Потом все-таки сдался и добавил, — хорошо, я отвезу. Мне только нужно переодеться.
Спустя двадцать минут мы уже мчались на моей машине в сторону Барселоны. Пижонскую тачку рыжего оставили около моего дома, а сам он сидел рядом на пассажирском сиденье — необычно молчаливый, хмурый, полностью ушедший в себя. Я ему не завидовал. Видел те же симптомы и то же отрицание, что и у себя. А еще видел откровенную настороженность и страх в глазах девушки, ее искреннее желание держаться от рыжего подальше. Друг на друга они старательно не смотрели, и уж тем более не разговаривали. По дороге я вяло размышлял — сказать рыжему про проклятие Катерины или не стоит. Остановился на последнем.
Эстель тоже молчала, забравшись с ногами на заднее сиденье и затихнув там. Так мы и ехали весь час — в абсолютной тишине, не включив даже музыки, каждый погруженный в свои невеселые мысли.
Только когда мы уже подъезжали к Калелье, девушка стала негромко подсказывать дорогу к своему дому. Насколько я понял, все гости переместились туда, ожидая счастливой развязки сегодняшней драмы.
Я был прав. Стоило машине остановиться около живой изгороди дома родителей Эстель, как к нам ринулась целая толпа. Я высматривал среди присутствующих рыжие кудри своей девочки, но, к сожалению, не видел. Хотя вздрогнул, заметив среди гостей двух девушек в огненных платьях, прямо как в моих фантазиях.
Между тем, голоса встречающих начали угрожающе повышаться. Похоже, родные Эстель не особо верили в версию Стана. Как много людей знают, что он огненный маг? Двоюродный брат, так точно. Сопоставить пожар и силу рыжего дело двух секунд. Выходить из машины или нет?
Если бы я успел увидеть Ингу, я бы уехал, не раздумывая. В конце концов, Стан взрослый мальчик, разберется без меня. Но Инги не было, и уезжать, не взглянув на нее, было глупо. Желание увидеть ее даже согрело меня, и я перестал содрогаться от озноба, который мучил меня всю дорогу.
Вздохнув, я вышел из машины.
— Папа, я действительно потеряла сознание, — устало твердила Эстель мужчине с внимательными карими глазами, который обнимал девушку, но не отрывал подозрительного взгляда от Стана. Я узнал его. Антонио входил в Совет Старших романских государств.
— Какого лешего, ты увез мою невесту? — параллельно вопил ярко-рыжий парень, отдаленно похожий на Стана. Тот молчал, не торопясь оправдываться, но был напряжен так, что я начал опасаться за этот красивый сад и дом. И вообще, там где-то моя любимая, пора разрядить обстановку.
— Антонио, — обратился я к отцу девушки, — когда Стан привез твою дочь ко мне, она была без сознания. Мне пришлось поделиться своей силой, чтобы она очнулась.
 
Я сказал это с нажимом, намекая, что оказал тому услугу, спасая дочь, и Старший кивнул, отводя глаза от рыжего.
— Пройдемте в дом, — сказал он, — поговорим в спокойной обстановке.
Я посмотрел в сад, все еще надеясь увидеть Ингу сквозь живую изгородь, но надежда была напрасной. Антонио повел Эстель к дому, все также приобнимая, и гости потянулись следом за ними. Около машины остались только мы с рыжим.
— Не пойду, — угрюмо сказал Стан, исподлобья глянув на меня, — пусть подают официальный запрос.
— Как хочешь, — равнодушно сказал я, — Эстель подумает, что ты сбежал, но какое тебе до нее дело?
Теперь он смотрел на меня почти с ненавистью. Я только усмехнулся и пошел к дому, куда уже стянулись все гости из сада. Услышал за собой тяжелые шаги, но не обернулся. И так знал, что рыжий никуда не денется, не в его это характере.
Но чем ближе я подходил к дому, тем сильнее замедлялся сам. Одно дело посмотреть на Ингу издалека, убедиться, что она счастлива и здорова, и совсем другое снова нервировать ее своим присутствием, сидеть за одним столом, смущать или даже раздражать.
Я замер на пороге, но рыжий двинул плечом, практически запихивая меня в дом, и мне ничего не оставалось, как войти.
Гостиная, куда мы попали из холла, была большой, но все-таки не настолько, чтобы комфортно вместить порядка тридцати гостей. Люди в основном расположились стоя, небольшими группами по несколько человек. Вокруг стоял шум, как в растревоженном улье, но он почти сразу стих, стоило нам войти в комнату.
Я поморщился, замечая устремленные на себя любопытные взоры и не находя самого нужного. Может я зря тащился сюда? Или, тут я снова содрогнулся от холодного приступа, Инга пострадала от огня и ей нужна помощь? Мысли заметались, выстраивая в голове план действий и оборвались, потому что я, наконец, нашел ее глазами.
Инга вышла из примыкающей к гостиной комнаты справа от входа, где стоял я, на ходу отключая брас. Следом за ней в комнату вошел Пискапо и первое, что бросилось мне в глаза — их парная одежда. Чертово платье, что скоро будет сниться мне исключительно в кошмарах, умышленно гармонировало со светлым костюмом итальянца, и, конечно, его шейный платок был специально подобран в тон. Правда, я с некоторым, не красящим меня злорадством, обнаружил следы копоти на брюках Пискапо. Да и воздух в гостиной пропитался гарью от одежды присутствующих. Да уж, натворил Стан дел, не отмыться.
Инга подняла глаза от браса и безошибочно нашла ими меня, так, будто знала о моем присутствии. Для меня все померкло — звуки, цвета, запахи — остались только ее карие теплые глаза, что смотрели выжидающе и словно с надеждой. Или, боги, надеялся только я?
Сам не заметил, как сделал к ней несколько шагов, а когда заметил, понял, что она тоже шагнула мне на встречу. Меня обдало теплом, согревая не только снаружи, но и изнутри.
— Мы можем поговорить? — спросил ее, сам не понимая, что хочу сказать.
Она кивнула и развернулась, возвращаясь в комнату, из которой только что вышла. Я пошел следом, и Пискапо посторонился, пропуская, но не отрывая от меня напряженного взгляда. Где-то позади меня Антонио, видимо, воочию убедившись, что его гостиная категорически не вмещает всех желающих, призывал гостей выйти обратно в сад, где всех присутствующих уже ожидали накрытые столы. Наверное, празднование изначально должно было закончиться в этом доме, вернее саду. Правда, праздновать пока было нечего.
Инга дождалась, пока я войду в комнату, и закрыла за мной дверь. Потом нервно огляделась, понимая, что сесть в небольшой спальне просто некуда, и махнула рукой в сторону заправленной лоскутным покрывалом кровати.
Я осторожно сел на край, лихорадочно придумывая и сразу отметая темы для разговора. Инга отошла к окну и стояла там молча, разглядывая меня со странной смесью потрясения и… неужели все-таки надежды? Ее волосы, поднятые с плеч и заколотые вверху, растворялись в свете закатного солнца, озаряя тонкие черты лица теплым сиянием.