Танец для ледяного мага (СИ)

— Котенок, не переживай, все будет хорошо.
В этом я очень сомневалась, напряжённо ожидая, когда, обменявшись рукопожатиями с моим спутником, Мэтт повернется ко мне.
Но похоже опасалась я зря. Изобразив самую нейтральную улыбку, от которой у меня тем не менее замерло сердце, ледяной маг коснулся моей руки дружеским приветственным жестом. Переждав волну мурашек, я улыбнулась ему так беспечно как могла:
— Рада встречи. Давно вас не видела.
Он улыбнулся снова, теперь лукаво, намекая на то, что последний раз я его видела не далее, как этим днём. Но промолчал.
Я выдохнула и села на предложенное мамой место за круглым столом. В тот момент, когда справа от меня оказался Сержио, а слева Мэтт, я почувствовала сговор. Естественно, не без маминого участия.
Вопросительно и обиженно глянула на нее, но та смотрела серьезно, без малейшего признака вины, и я отвела глаза, не зная куда себя деть.
"Сбежать бы снова", — подумала тоскливо, — "у меня ведь это хорошо получается".
Сидеть между двумя мужчинами было серьезным испытанием. Особенно учитывая, что оба меня сегодня целовали. Я украдкой глянула сначала на одного — расслабленного, безмятежно улыбающегося Сержио, потом на другого — напряжённого, но сдержанно спокойного Мэтта. В голову снова прокрались совершенно неуместные мысли о поцелуях, и я стыдливо опустила взгляд, уставившись на салфетку, и отчаянно надеясь, что это не бросается в глаза.
Положение спасли родители. Папа, сидящий рядом с Сержио, задал ему какой-то вопрос, мама отвлекла Мэтта. А я постепенно начала расслабляться, поняв, что никакого выяснения отношений не планируется. По крайней мере прилюдно.
Мама начала раскладывать по тарелкам лёгкое угощение — тарталетки, эклеры, маленькие пирожные, папа разлил по чашкам чай и кофе. Я даже успела откусить кусочек эклера, когда Сержио обратился к Мэтту чуть перегнувшись через меня:
— Матиас, вы давно знакомы с семьёй Инги?
— Очень давно, — кивнул Мэтт, — с Дэнисом — с позапрошлого витка, с Катариной с прошлого. А Ингу я взял на руки раньше ее отца.
Ого, вот это откровение. Снова глянула на маму. Та кивнула:
— Ты знаешь эту историю, котенок. Твой папа тогда чуть не погиб. Мэтт помог исцелиться мне и присмотрел за тобой.
Я поймала вопросительный взгляд Сержио и нервно улыбнулась ему:
— Я расскажу потом. Это долгая история.
— Знаешь, что я подумал, увидев тебя в первый раз, — вдруг сказал Мэтт, — что ты самый красивый ребенок на свете.
Господи, что за вечер откровений?! Я кашлянула и выдавила из себя:
— Спасибо. Наверное.
— Ты и сейчас самая красивая девушка из всех, кого я знаю, — продолжил Мэтт как ни в чем не бывало.
Я в панике обернулась к Сержио. Похоже, я рано расслабилась, и кое-что придется объяснять прямо сейчас.
— Сержио, — я посмотрела в глаза начертанного, и тот, не переставая чуть улыбаться, взял мои пальцы в свою ладонь, — ты, наверное, знаешь, что я просила Совет Старших найти мне новую пару. Мы не говорили об этом, но мой первый начертанный, — тут я чуть откинулась назад, давая мужчинам посмотреть друг на друга, — отказался от меня. Можешь даже спросить почему. Я не спрашивала.
Я из всех сил боролась с собой, чтобы не вскочить изо стола и не сбежать. Останавливало меня только то, что я оставлю ни в чем не повинного Сержио одного.
— Я не буду спрашивать, — ответил итальянец, глядя на Мэтта и продолжая улыбаться, — я скажу ему спасибо.
— Имеешь право, — медленно проговорил Мэтт, — но я все равно скажу.
Я начала отрицательно качать головой, не желая ничего слышать. Мне было плохо. Слезы потекли по щекам от нахлынувших воспоминаний, горло сжала обида. Сквозь слезы увидела, как мама порывается вмешаться, а папа удерживает ее, привлекая к себе.
— Я думал, что спасаю тебя, Ириска. Думал, что проклятие твоего рода все ещё на тебе. Не хотел стать причиной твоей гибели.
Я не смотрела на него, сжимая руку Сержио и продолжая плакать. Все, что я хотела — это уйти. Или хотя бы все остановить. А ещё лучше промотать назад. Мне не нужны его откровения. В моей жизни нет места для ледяного мага. Слишком уязвимой становлюсь я рядом с ним.
 
Потом Мэтт глубоко вдохнул и наклонился, чтобы заглянуть мне в лицо:
— Это правда, Ириска. Но не вся.
Подняла взгляд, чтобы встретиться с его глазами. Я чувствовала, что он честен сейчас. Настолько, что слова, которые Мэтт собирался мне сказать, как будто причиняли ему боль. Он стиснул зубы на пару мгновений, а потом продолжил:
— Я дурак, Ириска. Я думал, что ты осталась маленькой девочкой. Такой, какой видел в последний раз. Я думал, что мне не нужна твоя…
Я не отрываясь смотрела на него, уже предполагая, что он может сказать.
— Дима! — предупреждающий крик мамы, и негромкий голос отца, не дающий ей вмешаться. Моя ладонь, которую Сержио держит уже двумя руками. Отчаянные, безумные серебряные глаза ледяного мага и его жестокие слова, которые он договаривает, с трудом пересиливая себя:
— Я думал, что мне не нужна твоя пылкая детская влюбленность.
Я всхлипываю, слыша эти слова, похожие на те, что он произнес два года назад на моем празднике, пусть и более мягкие. Значит, не врал.
Но Мэтт продолжает, все ещё удерживая общее внимание:
— Я ошибался, Ириска. Ты мне нужна больше всего в этом мире, и я готов быть покорным псом у твоих ног. Я так ошибался. Но не переживай — так как я наказал себя, никто уже не сможет.
Он встал, чуть пошатнувшись, а я даже сквозь слезы заметила изморозь на его почерневших пальцах.
— Береги её, — бросил он Сержио, — береги как самое большое сокровище. И благодари богов, что она выбрала тебя.
Он ушел так стремительно, что спохватившаяся мама не смогла его догнать. Папа вышел за ней и привел обратно, почему-то тоже плачущую. Они так и остались стоять в проёме гостиной, обнявшись.
Некоторое время Сержио, переставший, наконец, улыбаться, растерянно переводил взгляд с меня на маму, потом присел на корточки у моих ног и начал утирать бегущие по щекам слезы. Плакала я беззвучно, но очень горько. Но, что самое обидное, я не могла понять, что ранит меня больше всего: напоминание о том дне или то, что, признавшись в своей ошибке, он даже не попытался что-то исправить.
Потом ко мне пришла мысль, что высушила слезы и заставила крепко сжать зубы — Лекса. Наверное, он все ещё надеется найти свою горячую суккубку — Александру Еремееву. Именно поэтому Мэтт ушел. Из нас двоих, он выбрал ее.
Глава 16 Мэтт
К Ворону и Катерине я приехал намного раньше Инги с ее итальянцем. Успел даже выпить кофе с заказанными Катериной сладостями.
Мы старались не затрагивать больную тему, беседуя на отвлеченные, но, так как меня волновала только Инга, разговор невольно скатывался к ней.
— Я сегодня видел обе постановки Инги для клуба. И в записи и вживую.
— Ну и как? — тут же заинтересовалась Кит.
— Очень профессионально. У нее просто талант видеть сильные и слабые места. Поэтому она эффектно использует первые и успешно маскирует последние.
— Отлично! Ей очень по душе эта работа.
— Я рад, что она довольна, честно.
Катерина собиралась что-то сказать, но тут раздался вызов видеофона с ворот, и они с Вороном встали, чтобы встретить Ингу.
— Катя, Дэн, — обратился торопливо к обоим, — что бы не произошло, Инга не должна знать о моей проблеме с магией.
Дождался согласного кивка и откинулся в кресле, ожидая прихода Инги с Пискапо. Мне не нужна ее жалость, только любовь. Лучше сдохну, чем позволю ей быть со мной из жалости.
Жадно вслушиваясь в голос Инги, я дождался пока все пройдут в гостиную и встал для приветствия.
Ворон представил нас с итальянцем друг другу. Даже несмотря на свое предвзятое отношение, не смог не признать, что Пискапо производит впечатление спокойного и дружелюбного парня. И рукопожатие у него такое как надо — крепкое, уверенное.