Выбор, который делаем мы (СИ)
Миронов утвердительно кивнул и отправился на выход. Я же остался с братом.
— Спасибо.
— За что? — удивился Саша.
— За то, что веришь в неё, и оправдываешь там, где даже я не смог этого сделать…
— То есть ты поверил, что она тебя предала? — пшеничные брови брата взметнулись ввысь.
— И да, и нет… с одной стороны, разум вопил, что она это сделала, а с другой, что этого просто быть не может.
— Учись доверять окружающим, — подоброму усмехнулся брат и отправился спать.
А я ещё долго сидел в кабинете и пытался прийти в согласие с самим собой. Быстрее бы всё это закончилось.
Я так и не отправился спать. Всё же было ощущение, что чего-то не хватает. Чего-то очень важного.
Отправился на кухню, налил себе кофе, и устроился в гостиной, просматривая великое множество каналов. Даже не заметил как рассвело. А я успел закемарить прямо на диване в гостиной. Разбудил меня звонок в дверь, кода часы показывали половину восьмого.
Поднявшись, открыл неожиданным визитерам, точно знал, что Миронов звонить бы не стал.
— Ты вообще в курсе, сколько сейчас время? — уставился я на Брянову.
— Мы только вчера прилетели, и я всё еще не климатизировалась, — проскочив под моей рукой в дом ответила девушка. — Светло же уже.
Несмотря на свой возраст, в двадцать два года, Надя всё еще была наивным ребёнком. Интересно, как можно это всё сохранить, общаясь с её друзьями?
— Доброе утро, — послышался голос Александра, выходящего из спортзала. — Как то вы быстро закончили свою кругосветку.
Надя, удобно устроилась на диване с которого я только, только встал, и улыбнувшись во все тридцать два белых зуба, ответила.
— У Тито сломалась яхта в одном из портов Франции. Все решили продолжить путь на машине или поезде, а я выбрала вернуться домой. Всё же скучно, ведь ни Дима ни Ника с нами не поехали. — Пожала своими загорелыми оголенными плечиками девушка. — А где Ника?
— Занята, — уклончиво ответил Александр.
— Опять на смене, — печально вздохнула Надя. — Я так рассчитывала с ней пересечься.
— Пересечётесь немного позже. — уселся я рядом потирая глаза. — Может вечером, а может и завтра.
— А кому мне рассказать последние новости, — обиженно надула губки Брянова.
— Можешь рассказать всё мне, — обреченно закатил я глаза.
Это не альтруизм, она всё равно расскажет, так я хоть сам на это подписался сейчас.
Надя откинула свою шоколадную косу за спину, и из неё полился поток информации. Кто, с кем, где и в какой позе… а главное про свой роман с итальянским Графом.
— … а Тито теперь разводиться со своей сушеной воблой, представляешь?
После этой её фразы, даже Александр вышел из кабинета. Ни чего себе новости.
— А не староват ли он для тебя? — зачем-то спросил я.
Надя виновато склонила голову, и уже потом, собравшись с мыслями, ответила.
— Честно, Дим. Я ждала тебя, надеялась, что ты всё же обратишь на меня внимание, — голос её звучал подавленно. — Я ведь даже согласна была твою дочь воспитать как свою. НО и ждать всю жизнь, когда, же ты, наконец, разглядишь взрослую женщину, а не ребёнка, тоже уже не могу. Годы идут, а я не молодею.
— Тебе всего двадцать два, старушка, — усмехнулся я. — И я не против того, что бы ты была счастлива, — всё же почувствовал я за собой вину. — Но Тито для тебя староват, и тот ещё кабель…
Договорить я не успел, в дом вошел Миронов, и я отправился с ними в кабинет, спихнув Надя на Аню. Всё же реально девчонка уже взрослая и сама должна наступать на свои грабли. А у меня есть проблемы поважнее, чем утирать ей сопли.
— Даже не думай куда-то ехать, — остановил меня Александр, когда я сорвался в след за Мироновым.
Безопасник пришел сообщить, что Ника покинула гостиницу несколько минут назад и пока держится ожидаемого нами маршрута. В мои планы входило лично расправиться с Ильевым, вот я и отправился в след, за главой службы безопасности, но вот братец оказался против.
— Там моя жена и дочь! Я просто обязан быть там…
— И рискнуть их жизнями? — перебил меня Саша. — Ты ведь никогда не думаешь своей головой. Сейчас ты только помешаешь, и твоё присутствие может послужить детонатором для Ильева. Ты этого хочешь?
— Нет, — прорычал я. — Но и сидеть, дома сложа руки, я тоже не могу! Там мои девочки…
— Документы готовы, — опустил меня с небес на землю Саша. — Мне привезёт их курьер к вечеру. Так что остынь, и дай профессионалам делать свою работу.
— Эти профессионалы, уже её сделали, что Крис и Юля сейчас в руках этого психа. А минут через двадцать к ним ещё и Ника присоединиться!
Больше не слушая брата, я покинул его кабинет, громко хлопнув за собой дверью. Тут же наткнулся на сидящую, на диване Аню и поглаживающую свой живот. Видимо Брянову она уже проводила.
— Я колобок, колобок, я от Марченко ушел, и от Бодряковой я ушел, и от Ненси ушел, и от Вяземской ушёл, и ваще от всех ушел, а от тебя Брянова и подавно уйду, — пропела на манер детской сказки Аня.
— Издеваешься? — криво улыбнулся я.
— Да ладно тебе, владыка женских сердец. С Тито, каким бы подлецом он не был, ей будет лучше. Какой ни какой, но опыт.
Я помассировал виски и усевшись рядом с сестрой сказал:
— Я ведь никогда с ней даже не заигрывал, всегда общался как с ребёнком, и никакой надежды не давал. Да и она скоро получит приглашение на мою свадьбу, так что лучше уж пусть так, чем, так как с Никой.
Аня обреченно застонала вспомнив все выходки сестры. Несмотря не на что Ника твёрдо демонстрировала сестре свою любовь к её мужу. И Аня часто выслушивала о том, какая она разлучница и тому подобное. Но вроде отношения сестёр это не испортило.
— Ей всё равно будет больно. Ты же её первая любовь.
— Помниться мой брат, твоя первая любовь.
— Хуже. Он — моя болезнь, — печально улыбнулась Аня. — И я надеюсь, что однажды он будет болен мною так же сильно как и я им, ну а пока меня устраевает его собственная любовь.
На какое-то время мы замолчали, обдумывая все, что только что сказала Аня. Ведь действительно. Алекс любит Аню так, как удобно ему. Я бы не сказал, что она ему душевно необходима, но и он уже привык к ней на столько, что потерю её заметит.
— Знаешь в чём сила женщины? — я отрицательно замотал головой. — Она проревёт какое-то время в подушку, но все же найдёт в себе силы, утрёт слёзы, наведёт марафет, обует каблук повыше, натянет на лицо улыбку, будто она самая счастливая и продолжит жить, и не важно, что она в душе наполовину мертва.
— К чему ты это?
— Алекс рассказал о твоём решении, и я полностью тебя поддерживаю, — взяла меня за руку Аня.
Сказать, что я был удивлён, это ничего не сказать.
— А я считал, что ты займёшь сторону Алекса.
— Александр старается всё делать правильно и по чести. Но ведь он не собирался жениться на Вяземской, если бы ребёнок оказался его, — Аня внимательно посмотрела мне в глаза. — Дети не должны страдать из-за ошибок родителей.
— Я смотрю, будущее материнство делает тебя мудрой женщиной. Знаешь, спасибо тебе. Мне была просто необходима твоя поддержка. И я очень рад, что ты меня понимаешь.
— Конечно, понимаю. В этом мы все похожи, я ты и Ника. Трое самовлюблённых эгоистов, ведь главное, что бы нам было комфортно.
Анины слова помогли. Напряжение отпустило. Именно сейчас я поверил, что всё будет хорошо. Девочки вернуться и мы все начнём новую жизнь. Я в это верю.
— Мне тебя очень не хватало, пока ты был букой, — улыбнулась Аня часом позже, когда мы сидели на кухне и уменьшали запасы еды.
Помниться было время, и мы часто устраивали ночные набеги на холодильник. Причём выбирали всё самое вредное, делали себе огромные сандвичи, чем изрядно трепали нервы моей матери. Сейчас же помимо бутербродов, я решил побаловать себя еще и огорчительными напитками. Иначе точно сорвусь в любой момент. Уж сильно напрягала неизвестность ожидания.