Мой демон живет по соседству
– А как же твоя беспристрастность и хладнокровность? – улыбнулась Элис, почувствовав, как он притянул ее к себе вплотную.
– Сейчас обойдемся без этих изумительных качеств.
В его устрашающем взгляде проскальзывало что-то родное и манящее. С каждым мгновением Элис чувствовала, как ее затягивает глубже в пучину бездонных зрачков. Люциус провел рукой по ее щеке, медленно скользя вниз по контурам лица. Большим пальцем приоткрыв ее губы, он жадно в них впился. Горячая волна прошла по телу Элис, согревая каждую клеточку тела. Сцепив ноги за спиной, она обвила руки вокруг его шеи нежно отвечая на поцелуй. Люциус, одним движением сорвал с нее свою рубашку, которую сам застегнул пару минут назад.
– Я не мог найти себе места, – прошептал он ей в губы, едва разорвав поцелуй. – Знал, что ты жива, но…
Элис, не открывая глаз улыбнулась. Ей с трудом верилось в происходящее. Люциус по-прежнему был сдержанным, тактичным и скупым на комплименты, но каждое его прикосновение заменяло тысячи слов лести. Сильные руки вскользь спустились на ее бедра. Он беспощадно тонул в ее глазах, таких синих и бездонных.
– Не верится, что мы подпустили друг друга так близко, – прошептала Элис, чувствуя каждый рельеф его тела.
Казалось, что нет больше в мире создания ближе, чем Люциус. Каждый его шрам, что ощущался от малейших прикосновений, был подобен своим собственным. Еще мгновение и он, подхватив ее за ягодицы снял со стола.
– Ты останешься сегодня со мной? – осторожно спросил он, едва опустив Элис на кровать и навис сверху.
– Ребят, я тут подумал… – не успел Сэлви войти, как Люциус одним взмахом руки захлопнул дверь перед его носом.
– Эй! – возмутился тот, разведя руки в стороны. – Что за дискриминация?!
Люциус невольно улыбнулся, заметив, как ловко Элис запрыгнула под махровое одеяло, будучи в одном белье.
– Сэлви, – тихо засмеялась Элис. – Убийца любых неловких моментов.
– Не сегодня, – голос Люциуса звучал мягко, что ему совсем не свойственно.
Элис нежно взяла его за руку и притянула ближе.
– Мне и правда не верится, что я вот так просто могу поцеловать тебя, не боясь быть отвергнутой, – уголки ее губ дрогнули в намеке на улыбку. – Или это очередной сон?
Люциус жадно впивался взглядом в ее лицо – хотел запомнить каждый нюанс, от маленькой родинки под бровью, до длинных ресниц и трещинках на губах. Он ненавязчиво провел рукой по ее волосам, накручивая локоны на пальцы, после чего завел руку на затылок и аккуратно сцепил капну волос. Теплые губы скользнули по щеке, спускаясь на шею. Элис тяжело вздохнула, прогибаясь в спине. Пьянящее чувство окутывало обоих с головой. Жаркие поцелуи тесно граничили с трепетной нежностью. Теплые руки Люциуса скользили по ее ребрам, животу и бедрам, ненавязчиво поглаживая и щекоча. Яркая молния озарила ночное небо паутиной, пробираясь в потайные уголки квартир и домов. Порыв свежего ветра колыхнул шторы, наполняя комнату запахом дождя и мокрого асфальта. Оставшиеся элементы одежды бесшумно сползли с кровати. Руки Элис обвивали шею Люциуса подобно удаву. Несмотря на то, что Люциус нависал над ней, она чувствовала, как тяжело сделать вдох. Вздымающаяся диафрагма прижималась вплотную к его груди. Согнув одну ногу в колене, она попыталась подняться чуть выше, но тут же ощутила, как Люциус перевел руку на ее ягодицу и прижал торсом к кровати.
– Тише, – прошептал он ей на ухо еле слышно, медленно повторив тот же жест.
Каждое его действие порождало миллионы мурашек, что пробегали по телу. В голове отдавался шум собственной крови, что растекалась по венам. Во рту пересохло. Хотелось пить. Элис попыталась сделать глубокий вдох, как почувствовала, что дыхание сперло. Казалось, что каждая клеточка тела сжималась, но в то же время желала большего. Люциус накрыл ее губы своими, прежде чем с них сорвался стон. Перехватив ее руки, он безжалостно прижал их к подушке, не осознавая, как сильно пережал запястья. Элис откинула голову назад, прогибаясь в спине. Она чувствовала, как ее мышцы неосознанно сжимаются. Пьянящее чувство страсти одурманивало. Множество вен покрывали его сильные руки, переплетаясь подкожной паутиной. Каждое движение заставляло ее прогибаться в пояснице. Люциус, прикрыв глаза, с каждой секундой проникал глубже в ее сознание. Ее влажность и откровенность льстила ему, делая немой комплимент. Срывающиеся стоны утопали в раскате грома и шуме дождя. Косые нити с силой ударялись о крыши домов и машин, а после, превращаясь в единую субстанцию, стекали на мокрый асфальт. Минуты перетекали в часы. Запутанная копна рыжих волос была разбросана по белой подушке вьющимися локонами. Элис в полудреме залипала в темный потолок, ощущая тепло, что исходило от Люциуса и махрового одеяло, которое натянула до подбородка. Его полусогнутая рука находилась под ее головой. Стояло Элис повернуть голову в его сторону, он вновь ощущал прохладу ее щек на груди.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Люциус, убрав прядь волос с ее лба.
– А ты? – вопросом на вопрос ответила Элис, поворачиваясь к нему лицом и тем самым, прижимаясь плотнее.
Люциус невольно улыбнулся, поймав ее сонный взгляд.
– Я обдумал твое предложение про переезд. Думаю, мы можем найти более тихое и спокойное место, где-нибудь в лесной чаще, – его теплые губы едва коснулись ее лба. – Я все решу.
– У меня появились привилегии? – широко улыбнулась Элис.
– Не обольщайся, то, что я возможно к тебе не равнодушен, еще ни о чем не говорит, – Люциус наигранно состряпал гримасу равнодушия, поджимая губы и вскидывая брови.
– То есть, все это, – Элис демонстративно обвела рукой кровать. – Дружеский жест?
– Я могу быть к тебе снисходительным, если хочешь, – Люциус искренне улыбнулся, прижимая ее ближе.
Элис чувствовала то тепло и нежность, что были в его действиях. Хоть Люциус и был немногословен, холоден и беспристрастен, сейчас она увидела его совершенно другим. Это не выглядело с его стороны пошлым и приторным. Каждое действие было желанным и осторожным несмотря на то, что в порыве борьбы, он мог приложить ее о стену, сломав пару ребер. Он знал, что под ее улыбкой, прячется страх и терзающая боль. Как бы ему не хотелось искоренить это, он понимал, есть вещи, которые живут в людях на протяжении долгих лет, прячась в самых глубоких недрах души.
– Тебе нужно поспать, – прошептал Люциус ей на ухо. – Рассвет уже через несколько часов.
– Не отправишь меня к себе? – сонно пробормотала Элис, пряча лицо на его груди.
Люциус глубоко вздохнул и подтянув теплое одеяло чуть выше, приткнул за ее спиной.
– Ты ж убьешься, пока дойдешь, – улыбнулся он. – Спи уже.
Шепот дождя разбавлял тишину, что наполняла большую и просторную комнату. В полудреме Элис нелепо почесала кончик носа и вновь уткнулась в его грудь, как маленький зверек. Люциус всем нутром ощущал давно забытое чувство. Ему хотелось прижать ее к себе настолько крепко, насколько это возможно. Ледяная глыба внутри него дала заметную трещину. Он понимал – это не к добру, но иначе просто не мог. Люциус всегда сохранял самообладание и умел сдерживать свои эмоции. Равнодушие и контроль – первое, что читалось в его глазах. От чего не всегда было понятно, какое чувство, или эмоцию он ощущает. Его открытое, волевое, мужественное лицо внушало доверие. Люциус не был тем, кто мог бы строить козни за спиной или плести интриги. Его подкупающая улыбка ни раз могла обескуражить тем, что стоило ему улыбнуться, как вдруг хмурое лицо в миг волшебно менялось.
ГЛАВА 13
Из-за низких крыш домов едва поднимались первые лучи солнца. Лилово-розовые облака рассеивались, забирая с собой волшебную пелену. Сквозь нее едва прослеживалась яркая голубизна, сравнимая лишь с цветом морской волны. Ветер, легкими порывами врывался в открытое окно, наполняя комнату терпким запахом мокрой травы и свежести. Элис лениво повернулась на другой бок, медные локоны кольцами покоились на подушке. Луч солнца пробежал по ее волосам, отбрасывая золотистые блики. Люциус прошел до окна, распахнув его, впуская больше света и бодрости утра.