Назугум (СИ)

Если все женщины побегут через открывшиеся ворота, выйдя из зоны освещения ночью — они станут недосягаемы для стрелков на других вышках. Пешком удирать я не собирался — джипы на административной части лагеря так и просились, чтобы ими воспользовались при побеге. Я вздрогнул от прикосновения в темноте — это Фатима перебралась на мою кровать. Приблизив губы к моему уху, девушка горячо зашептала:
— Я нашла человек десять, готовых рискнуть даже напасть на китайцев. Дай мне пару дней, их будет в десять раз больше. Ты подумала, как обесточить забор?
— Завтра расскажу, а теперь иди в свою кровать, ты мне ухо обжигаешь, — легонько шлепнул девушку по ягодицам.
— Ты ведешь себя как мужчина, — хихикнула турчанка, перебираясь на соседнюю шконку, не подозревая, как ее слова близки к истине.
 Глава 16 
 Ночь страха и героизма 
За два дня, что прошли после разговора с Демирель, турчанка развила бешеную активность: она буквально вихрем носилась по лагерю, ища единомышленников. Такая активность не могла остаться незамеченной, нас с ней снова доставили к господину Си. В этот раз разговор не затянулся, мы выразили полное согласие на сотрудничество, поставили свои подписи под китайскими иероглифами. Пообещав пересмотреть условия нашего содержания, Си отпустил нас обратно в лагерь.
Металлическим предметом, с помощью которого я планировал замкнуть трансформатор, была распорка, установленная внутри душевых. Всего таких распорок в душевых было восемь — они создавали устойчивость всей хлипкой конструкции. Мне удалось снять четыре распорки, больше снимать не рискнул, душевые могли развалиться как карточный домик. Распорки были спрятаны внутри матраса у меня и у Фатимы, ожидая своего часа.
Демирель удалось найти больше пяти десятков женщин, готовых рискнуть жизнью ради попытки бегства. Колеблющихся турчанка отсеивала, объясняя свои слова указанием администрации лагеря по проверке благонадежности. Не знаю сколько было в Сяодуне стукачек, но до субботы, на которую был назначен побег, нас никто не схватил. Китайцы по своей природе трудоголики, они работают от заката до рассвета, но суббота для них практически священный день. Ее они посвящают отдыху и релаксации. Именно по субботам, передвижение в стране затруднено — миллионы людей устремляются на природу и на осмотр достопримечательностей. Это является практически неизменной атрибутикой жизни современного Китая.
Что будет дальше, если нам удастся вырваться из лагеря, пока не думал. Проблемы надо решать по мере их появления, — эта избитая фраза была как нельзя кстати. У меня будет четыре попытки закоротить трансформатор, оставалось понять, что следует сделать первым — взять вышку или вывести из строя трансформатор. Логичнее было вначале замкнуть трансформатор — тогда все женщины могли пойти на приступ проволочной сетки. Но будут жертвы, много жертв — как только свет вырубится, все вышки по периметру всполошатся. Кроме того, я понятия не имел как обстоят дела с резервным питанием. Если автоматически включатся генераторы и подадут напряжение на периметр — все будет бесполезно: нас просто перестреляют как куриц.
После мучительных раздумий пришел к выводу, что единственным вариантом успешного бегства, является захват вышки ближе к центральным воротам и последующее обесточение периметра. В случае наличия в лагере аварийных генераторов, у нас будет пара десятков секунд, чтобы вырваться наружу. Жертв не избежать и в этом случае, но они будут не напрасны, если побег осуществится.
Фатима организовала мне встречу с женщинами, согласившимися попытаться бежать во время обеда и ужина. За длинным столом случайных не было, только посвященные в наш план побега. Не вдаваясь в подробности, рассказал вкратце свой план. Демирель переводила, переспрашивая у меня подробности.
Всего готовых рискнуть женщин оказалось чуть больше пяти десятков: разделил их на пять групп. Две группы должны были штурмовать две вышки чуть подальше от вышки у ворот — ее я оставил на себя. Оставшиеся три группы женщин, сразу после отключения света, шли на прорыв, неся с собой одеяла и легкие матрасы. Они должны были прорвать сеточное заграждение и полосу колючей проволоки в разных местах, чтобы в освобожденные проходы хлынули убегающие. Была еще одна группа из молодых девушек — им предстояло показать себя во всей красе в душевых, отвлекая внимание охранников на вышках.
 
— Ты ничего не сказала про первую вышку, а она самая главная,- отпустив женщин после ужина, мы с подругой неспешно прогуливались по территории лагеря.
— Ее я захвачу сама, — пнув камешек, я посмотрел в лицо Фатиме,- твоя задача быть наготове. Мы будем уходить через ворота, но только мы вдвоем. Как только свет погаснет, у тебя будет несколько секунд толкнуть ворота и забраться в джип. Если там не будет ключа — мы в жопе.
— А ты? — Демирель остановилась,- как ты можешь одна захватить вышку и еще и успеть вывести трансформатор из строя?
— За меня не переживай, и не делай такого лица. Не хватало, чтобы охранники нас в чем-то заподозрили. Я захвачу вышку без шума, быстро спущусь и вырублю трансформатор. Мы почти одновременно побежим к воротам, просто я буду на метров сорок позади тебя.
— Мы не будем ждать остальных, пока они прорываются через сетку?
— Нет, у нас за воротами постовая будка, там минимум один вооруженный человек. Женщины получат шанс сбежать, я не могу рисковать, дожидаясь развязки. Не стой столбом, привлечешь внимание.
Пару минут турчанка молчала, я терпеливо ждал, предполагая следующий вопрос.
— Значит, все эти несчастные отвлекающий маневр? — Демирель даже немного повысила голос.
— Не ори, дура,- осадил я девушку,- им выпадет шанс, кто сможет — тот воспользуется. Я не нанималась заниматься их проблемами, своих по горло. Если тебя что-то не устраивает, можешь оставаться здесь. Надумаешь сдать меня — пожалеешь.
Оставив растерянную Фатиму, зашагал в свой барак. Где-то глубоко кольнула совесть, турчанка была права — у уйгурок не было шанса уйти далеко. Даже если удастся преодолеть сеточный забор и колючую проволоку, китайцы быстро их нагонят. Пешком не уйти от машин в пустынной местности — здесь нет леса, чтобы спрятаться. Да и лес не особо бы помог — преследующие всегда лучше экипированы, вооружены и знают свою работу.
Демирель пришла примерно через полчаса — ее глаза были заплаканы. Присев рядом, девушка обняла меня за плечи:
— Саша, прости меня, ты права. Просто мне жалко этих несчастных, их убьют и переловят. А затем, китайцы сгноят их в карцере.
— Фатима, их сгноят в этом лагере даже без попытки побега, ты это знаешь лучше меня. Но так у них будет шанс, может несколько человек смогут ускользнуть, добраться до своих родных и укрыться. В этом районе ведь преобладающее население уйгуры, значит, добравшись до людей, они могут получить помощь.
— Почти девяноста процентов уйгуры, — прошептала девушка, пытаясь улыбнуться.
— Значит, не все так плохо. А теперь успокойся, сегодня надо хорошо выспаться, завтра вечером у нас будет ночь страха и героизма.
— Завтра? — Ошеломленная девушка даже отпрянула от меня, — я думала у нас еще несколько дней на подготовку.
— Нельзя тянуть с побегом, с каждым днем возрастает риск что кто-то проговорится или намеренно сдаст нас. Второй попытки у нас не будет, сразу после ужина начнем с душевых, пусть девушки моются неторопливо и без стеснения.
— Я с ними поговорила, они готовы на это, если кто-то получит шанс сбежать,- Демирель в последний раз шмыгнула носом успокаиваясь.
От готовности молодых девушек купаться демонстративно показывая себя, зависело многое. Если мне не удастся нейтрализовать охранников на первой вышке, даже если вывести из строя трансформатор, побег обречен — нас просто пристрелят. Лежа на своем видавшем виды матрасе, заново прокручивал план побега. Ближе к сумеркам надо оказаться рядом с вышкой, чтобы не бежать через весь лагерь. Обычно на вышке дежурили по два человека, что для меня не представляло трудности. Трудность была в другом — вырубить их так, чтобы с соседних наблюдательных пунктов не заметили. Если удастся это сделать незаметно, половина дела сделана. Потом остается сунуть железную распорку во внутренности трансформатора и сломя голову бежать к воротам, до которых около пятидесяти метров.