Назугум (СИ)

— А потом он сдал вас и кинул? — Вырвалось у меня.
— Все гораздо хуже — он был двойным агентом, а его «сотрудничество» было инициировано самим главой Министерства государственной безопасности. — Проскурнов налил себе воду и выпил. Помедлив немного, он продолжил:
— Его выход на нас и слив нам информации, оказался многоступенчатым ходом, чтобы получить полный контроль над нашими программами. Каждый файл, присылаемый им на протяжении четырех лет, содержал всего один скрипт — мы все проверяли на вирусы и трояны, ничего не обнаруживалось. Наши программисты обнаруживали один скрипт, дублировавший кодовую фразу, но не несущий угрозу. Скрипт удаляли, но в этом была задумка Тао и его команды. При проверке системы, угрозы не было, но вредоносный код мы сами посадили на свое оборудование, принимая и удаляя лишний скрипт за четыре года. Это технические нюансы, долго объяснять, но суть такова, что в один прекрасный день, примерно год назад наша система полетела. Очистить систему оказалось трудно, программисты справились, но часть информации, касающейся наших агентов за границей, явочных квартир оказалась уничтожена.
Мы так и не поняли бы в чем дело, если бы не молодой хакер из Ростова. Он был пойман нашими сотрудниками и согласился сотрудничать. Именно он, пытаясь найти уязвимость в наших программах, заметил, что после очистки наших программ и серверов изменился код шифрования в одном файле.
То, что говорил Проскурнов, для меня было темным лесом, но я внимательно слушал, чувствуя, что развязка близка.
— Запустив очистку системы, мы воссоздали удаленные скрипты, Троян спрятался в одном из системных файлов, передавая информацию китайцам. Сейчас проблема, конечно, решена, но потери колоссальны — нам пришлось менять все — от явок и паролей, до смены недвижимости во многих странах. Пришлось менять все оборудование, менять все алгоритмы.
— Моя задача? — Не терпелось выяснить, что мне предстоит сделать.
— Дело в том, что этот Тао Хань работал и на американцев,- Проскурнов сделал паузу,- а вот этого, мы ему простить не можем. Твоя задача — сблизиться с ним и поцеловать его в губы.
Мне показалось, что я ослышался,- оглянувшись, увидел, что Алиса еле сдерживает смех.
— Виталий Иванович, я не проститутка, а сотрудник серьезной организации с ваших слов. Может вы ему шлюху снимете — дешевле обойдется!
— Не горячись, Саша,- генерал примирительно выставил руки,- твой поцелуй Кибелы будет для него смертельным. Погуглишь, узнаешь, что значит поцелуй Кибелы.
— Он умрет? После поцелуя? — меня не оставляло ощущение розыгрыша.
— Умрет, но не сразу, спустя недели, может месяц. Тебя даже не заподозрят, подумаешь обычный поцелуй, — Проскурнов говорил серьезно. До меня начало доходить:
— Я его отравлю поцелуем? А почему я, а не эскортница, для вас не проблема найти девушку намного красивее меня.
— Потому что никто кроме тебя, не выдержит помады, твоя задача выполнять приказы, а не обсуждать их.
— Виталий Иванович, или вы мне говорите все, или ищите другого исполнителя,- я шел в ва-банк, но генерал похоже и сам хотел ввести меня в курс дела.
— Если твой поцелуй убьет его, как ты думаешь, что будет с девушкой, у которой будет помада на губах? Там концентрация в тысячу раз выше и опаснее, она умрет не недели спустя, а в течении часа, может двух. Куда девать труп в чужой стране? А если она умрет до того, как она успеет расстаться с Ханем Тао? Думаешь китайцы настолько глупы, чтобы не увидеть связь и не выяснить кто она и откуда? Все наши тесты подтверждают, что твой организм может без вреда для себя перенести колоссальную дозу препарата, смертельную для сотни людей одновременно. От тебя требуется пара поцелуев, чем страстнее-тем лучше.
— Виталий Иванович, а вы уверены, что этот препарат безвреден для меня?
— Абсолютно,- генерал начал злиться,- тебе уже давали дозу втрое выше той, что нанесут на губы в помаде. Но как видишь, ты жива и здорова.
Лучше бы он этого не говорил — до этих слов, я просто планировал убить Проскурнова когда придет время. Но сейчас я знал отчетливо, что он пройдет все муки ада перед смертью из моих рук. Сама идея целовать взасос вшивого китайца меня не радовала, но хоть спать с ним не требуют, а именного этого я опасался с учетом своего пола.
 
— Поняла,- теперь я сделал умиротворяющий жест руками,- как и где мне с ним увидеться, чтобы китаеза полез целоваться?
— Деловой разговор,- Проскурнов успокоившись сел в кресло,- через десять дней, в Шанхае состоится симпозиум на тему информационной безопасности в медиамедийном пространстве. Участие принимают около сорока стран. Наша делегация почетная, в ней много научных светил и популярных лиц. Ты примешь участие как помощник Генерального директора РТР. Списки делегаций с фото уже опубликованы на портале китайской стороны — там нет ни одной смазливой мордочки кроме твоей. На страницу с твоим фото было осуществлено больше всего переходов. Наш юный хакер вычислил, что большинство переходов с серверов министерства государственной безопасности. То есть, твоя физиономия уже привлекла внимание Тао Ханя, от тебя остается самая малость, сыграть как молодая восторженная девушка, которой льстит внимание мужчин. Этот подонок,- палец генерала указал на монитор с фотографией, — просто помешан на европейских девушках. Он не упустит возможности залезть в твои трусики, тем более что программа симпозиума рассчитана на неделю, времени тебе должно хватить.
— Он поймет, что отравлен?
— Трудно сказать наверняка, симптомы болезни будут напоминать лучевое облучение. Первые симптомы проявятся не раньше, чем через пару недель, это нереально увязать с поцелуем девушки. К этому времени ты будешь уже в России, даже если вдруг возникли бы подозрения. Они будут искать варианты его облучения в продуктах, одежде, предметах быта, но никому не придет в голову, что оружием может быть живой человек. Такое, даже теоретически не рассматривается. Так что, на тебя не падет подозрение.
— Виталий Иванович,- мне пришлось приложить усилия, чтобы голос звучал ровно,- вы меня и в дальнейшем планируете всегда использовать в роли красивой доступной куклы?
— Саша, ты слышала про Анну Чапман? — ответил вопросом на вопрос Проскурнов.
Дождавшись утвердительного ответа, продолжил:
— Чапман добыла больше информации в США, чем все наши сотрудники дипмиссии и двое нелегальных агентов, проживающих в Америке с конца восьмидесятых. Понимаешь? А ведь она не была подготовлена и на треть твоего. Времена, когда агенты подбирали отмычки, фотографировали на микропленку секретные бумаги, стреляли, уходили от погони — безвозвратно прошли. Восемьдесят процентов информации сейчас добывается в киберпространстве, еще пятнадцать-семнадцать выбалтывается во время постельных сцен, пьяными разведчиками. И только три-пять процентов информации добывается путем вербовки, внедрения и остальных азов старой школы.
— Но спать ради информации, это низко.
— Алиса, оставь нас,- попросил Проскурнов. Когда за девушкой закрылась дверь, он подошел вплотную:
— Если бы ты сейчас был Александром Светлых, и для добычи информации требовалось бы переспать с парой китаянок или американок — что бы ты ответил?
— Это совсем другое,- я отступил на шаг, — от генерала несло потом. Заработался старик, забыл душ принять, а может это просто мое чувствительное обоняние.
— Это одно и то же,- жестко возразил Проскурнов,- только в случае с агентом мужчиной, это рассматривается как удовольствие, а в случае с агентом женщиной-как жертва. Нечего из себя строить жертву, каждый из нас, делая свой выбор понимал, что за все придется платить. Тебе дали новое тело, практически безграничные возможности улучшения своих характеристик. К твоим услугам самая могущественная спецслужба в мире — будь добра, не выкобенивайся. Если придется спать — будешь спать и изображать радость. Если придется жрать дерьмо — будешь жрать и просить добавки. Ты сейчас стоишь передо мной и строишь из себя девственницу, хотя нам известно о том, что случилось во дворце принца.