Ибворк. Книга 2 (СИ)

— Иди вперед. Ты всех задерживаешь, — прошептала ей на ухо Лори.
Элизабет вздрогнула, будто очнувшись ото сна, и увидела, что впереди идущие девушки уже стоят в дверном проеме и с удивлением смотрят на нее, ожидая, когда Лиз последует за ними. Девушка не заставила себя долго ждать и сделала нерешительный шаг вперед. Этот шаг в неизвестность дался ей нелегко. Там, за дверью, её ждали глобальные перемены.
Миновав дверь, Элизабет поняла, что они вошли в Зал Торжеств с того входа, через который в него попадают Повелитель и его приближенные. Честно говоря, она как-то по-другому представляла свое появление в Тронном Зале. Для нее все было не так, как всегда. Ведь обычно в Зал она попадала вместе с остальными обитателями Норемэта, через огромные парадные двери, соединяющие Зал Торжеств и Зал Ожиданий. Но сегодня — её свадьба, и было вполне естественно, что она должна занять свое место рядом с Грэкхэмом.
Тронный Зал был пуст, но смутный гул, доносившийся от парадных дверей, свидетельствовал о том, что обитатели Норемэта с нетерпением дожидаются начала свадьбы в Зале Ожиданий и оживленно обсуждают великое событие.
На тронном возвышении стояли четыре великолепные золоченые трона. На трех из них уже Сидели Грэкхэм и Джек со своей невестой. Стеклянный, ничего не видящий взгляд Джека смотрел сквозь невидимую Лиз. Немного в стороне стояли еще два, не менее богато отделанных трона, и Элизабет догадалась, что они предназначались для Дайнера и Тамрэты. Больше она ничего не успела разглядеть, так как девушки, окружавшие её, поспешно удалились, и Элизабет оказалась стоять перед четырьмя тронами. В тот момент, когда девушки расступились, чары, скрывающие Элизабет от окружающих, развеялись, и она предстала перед сидящими на престолах Грэкхэмом, Джеком и миловидной девушкой со светло русыми волосами, голубыми глазами и довольно стройной фигурой.
Мужчины были одеты, как ни странно, в белые костюмы. Элизабет, привыкшая, что в её Мире мужчины женятся, обычно, в черных костюмах, была немало удивлена. Одетые в белые камзолы с высокими воротниками, панталоны, чулки и белые ботфорты, мужчины были полны элегантности. Дополняли ансамбль длинные белые плащи, ниспадающие с плеч до самого пола. Девушка никак не могла привыкнуть к стилю одежды VII века. Для нее было крайне непривычно, что её жених одет в изысканные средневековые одежды. Хотя чего было ожидать, что он будет во фраке с бабочкой? Эта мысль показалась девушке еще более нелепой, чем сам наряд мужчин. Костюм Грэкхэма, как и платье Элизабет, отливал золотом.
Джек был одет в точно такой же костюм, как Грэкхэм, но отливала его одежда серебром. Молодой человек был бледен и печален. Вид у него был такой, как будто сегодня не день его свадьбы, а день казни. Его невеста сидела по правую руку от Джека и была одета в точно такое же платье, как Элизабет, только оно играло не теплыми золотыми оттенками, а серебром, что придавало невесте Джека оттенок холодного высокомерия.
Элизабет напряженно вглядывалась в незнакомые черты девушки. Она была довольно мила, и это больно ранило Элизабет. Наверное, если бы сидящая рядом с Джеком девушка была не столь симпатична, это бы польстило самолюбию Элизабет. Ревность вскипела в ней и больно задела душу. Отчаяние ледяной рукой сжало ее сердце. Элизабет чуть не расплакалась от обиды. Но тут пришла на помощь вездесущая Лори, сидящая на плече Элизабет:
— Не время сверкать глазами. Ты не забыла, что ты сама отвергла Джека? Ты знаешь, что он любит лишь тебя, но вынужден жениться на ней. Так же хочу напомнить, что на тебе Джек все равно никогда бы не женился, так как его отец предпочел бы видеть вас мертвыми, нежели женатыми и счастливыми.
Элизабет чуть было не ответила мышке, но во время спохватилась, поняв, что сейчас не тот момент, когда можно общаться со скрытой под фатой зверушкой. С трудом оторвав взгляд от невесты Джека, Элизабет тряхнула головой, приводя мысли в порядок и посмотрела на Грэкхэма и Джека.
Во взглядах мужчин она прочла восхищение. Они оба просто остолбенели при виде столь прекрасной дамы. Джек дернулся в порыве кинуться к Элизабет, но твердая рука отца удержала его на сидении. Джек стиснул зубы и гневно посмотрел на него. Грэкхэм сделал вид, что ничего не заметил, и, расплывшись в улыбке, встал на встречу Элизабет.
 
— Дорогая, ты даже не представляешь, насколько прекрасно ты выглядишь, — сказал он, протягивая руку своей невесте.
Элизабет скромно потупила взор и положила свою изящную ручку на широкую ладонь будущего мужа.
— Я с нетерпением ждал этого дня, — признался Грэкхэм. — Любимая, наконец-то сегодня ты станешь моей женой перед Чашей Событий и перед лицом моих поданных. Это событие, которое будет началом новой истории Ибворка.
— Да, мой Повелитель, — скромно ответила Элизабет, — я знаю как много значит это событие для вас и Ибворка.
Грэкхэму понравился смиренный тон девушки, и он широко улыбнулся. Он привык, что она вечно возражала ему, проявляя свой бунтарский нрав. Видимо, его решение взять её в жёны, усмирило девушку. «Она любит меня!» — мелькнуло у него в голове. Эта мысль заставила его расплыться в мечтательной улыбке. Элизабет смущенно смотрела на него и молчала, а его глаза горели обожанием и любовью, что очень сильно смущало Элизабет.
Её взгляд скользнул на Джека. Бедный парень! На его лице были написаны боль и отчаяние, которые переполняли его истерзанную душу. Встретившись глазами с Элизабет, Джек потупил взор, понимая, что его любовь растоптана и высмеяна.
Грэкхэм не видел ничего этого, или просто не желал замечать происходящего. Он восторженно смотрел на свою прекрасную невесту. Не скрывая восхищения, он отпустил её руку и обошел вокруг нее, рассматривая красавицу.
— Я всегда знал, что ты красива, — сознался он, — но никогда не думал, что ты настолько прекрасна. Равных тебе по красоте нет в этом мире.
После этих слов Элизабет почувствовала себя крайне неуютно. Она нервно сжала кулачки, не зная что ответить и как вообще себя вести. Девушка подумала, что если бы эти слова были произнесены Джеком, то счастливее её не было бы человека на свете. Она вновь посмотрела на Джека, но он сидел с отрешенным видом, устремив взгляд в невидимую точку.
В этот момент Элизабет поймала на себе взгляд Лили. Он говорил красноречивее всяких слов. Если бы силой взгляда можно было бы убить, то Элизабет, наверняка, была бы уже мертва. Сколько ненависти и зависти читалось в лице Лили! Элизабет неуютно поежилась и отвернулась от завистливой и ревнивой девушки.
— Если здраво рассудить, — услышала Элизабет голосок Лори, — то любить-то тебя ей не за что. С учетом, что все в Ибворке знают о вашей с Джеком любви. Ты только представь, каково бедняжке выходить замуж за человека, который всем сердцем любит тебя.
Лори поспешно замолчала, боясь быть услышанной окружающими.
Грэкхэм галантно подал руку Элизабет и проводил её на трон по левую руку от себя. Справа от него сидел Джек, а далее сидела Лили.
Дверь, через которую несколькими минутами ранее вошла Элизабет, вновь открылась, и в Тронный Зал вошли Дайнер и Тамрэта. Они с пафосом прошествовали к своим местам и величественно сели. Элизабет не смогла сдержаться и спросила у Грэкхэма:
— Почему вначале в Зал прибыли мы, а потом только приглашенные на свадьбу? В моем Мире приглашенные ожидают прибытие жениха и невесты, а не наоборот. Как-то странно и непривычно.
— Это не твой Мир, душа моя, — ласково ответил Грэкхэм. — Здесь все по-другому. Иногда во время свадебного обряда брачующиеся прибывают после гостей, а иногда наоборот. Во время восхода Черной Луны недопустимо, чтобы кто-то прибыл на церемонию раньше жениха и невесты. Именно поэтому самые первые, кто прибыл сегодня в этот Зал, стали Джек с Лили и мы с тобой. Теперь остается терпеливо дождаться прибытия всех, желающих стать свидетелями нашего счастья.
 
Элизабет тяжело вздохнула. Что для Грэкхэма было счастьем, для нее было огромным несчастьем. Хотя, при всей своей ненависти к Грэкхэму, Элизабет не могла не отметить, насколько сильно он изменился в лучшую сторону. Она, порой, сама не верила в то, что Грэкхэм был нежен и обходителен с ней и терпим к окружающим. Действительно, любовь сделала его намного добрее.