Ибворк. Книга 2 (СИ)

— Да нет, от чего же? — пришла в себя Элизабет. — Просто я не нашла дверь, и потому очень удивилась, что кто-то сюда вошел.
— Да, здесь, действительно, нет двери, — согласился с ней Грэкхэм.
— А как же вы сюда вошли? — не унималась Элизабет.
— О, дорогая моя, сюда никто кроме меня не сможет попасть. А если и сможет, то лишь благодаря моему волшебству. Эта комната не имеет ни дверей, ни окон. Она и сама призрак этого замка.
— Как это? — не поняла Элизабет, ощущая холодок, пробежавший по спине.
— Ни для кого эта комната не существует. Она — плод моего воображения.
У Элизабет после этих слов и вовсе глаза полезли на лоб.
— Я чего-то не понимаю. Если эта комната — плод вашего воображения, то это значит, что я здесь нахожусь виртуально?
— Нет, моя дорогая! — рассмеялся Грэкхэма. — Это раньше этой комнаты не было. Затем я задумал её существование и с помощью магии сотворил её. Только она получилась какой-то ускользающей ото всех. Если изучить план Норемэта, то обнаружить её невозможно. Я и сам не знаю в каком месте Норемэта она находится. Я могу попасть сюда лишь с помощью силы мысли и магии, подвластной только мне. Поэтому в комнате нет ни дверей, ни окон. Эта комната — призрак.
Элизабет неуютно поежилась, ощущая себя такой же призрачной, как и эта комната. Тревога холодной рукой сжала сердце девушки.
— Ты зря так переживаешь, — попытался ободрить свою невесту Повелитель Зла. — По большому счету, более половины комнат Норемэта изначально были такими же, как эта, пока комнаты не привыкли к замку. После этого в них сами появились двери, и они стали видны на общем плане Норемэта. Рано или поздно эта комната станет обычной.
— А пока она необычная, как прикажете мне ощущать себя в комнате, которой, якобы, нет? Получается, что и меня тоже нет?
— Дорогая, на самом деле все более реально, чем ты себе воображаешь. Комната сама по себе абсолютно нормальная. Только из-за её неопределенности в замке, ты не можешь принимать посетителей и сама не можешь никуда выходить. А в остальном — все, как обычно.
— То есть, — уточнила Элизабет, — тюрьма, только более комфортабельная.
— Называй как хочешь, — вздохнул Грэкхэм.
Элизабет устала вникать в подробности появления и существования своей комнаты. Её волновал лишь один вопрос:
— А где Лори?
— Маленькая пушистая плутовка, которая своими зубами причинила массу неудобств своим попечителям?
— Что с ней? — чуть не закричала девушка.
— Вообще-то с ней все в полном порядке. Она чувствует себя превосходно, интересуется тобой и пытается бунтовать, — усмехнулся Грэкхэм.
— А можно, чтоб она жила со мной? — вкрадчиво поинтересовалась Элизабет, не особо веря в благодушие Злого Мага.
— В принципе, ничего плохого в этом я не вижу, — неожиданно для самой девушки заявил Повелитель Тьмы. — Все равно ни одна из вас не сможет покинуть эту комнату и колдовать здесь тоже бесполезно. Так что, общество столь необычной подружки тебе вовсе не повредит.
Элизабет аж взвизгнула от счастья, и чуть было не бросилась обнимать Грэкхэма из чувства благодарности, но вовремя остановилась. Надо не забывать, что хоть Грэкхэм и пытается быть добрым, но все же именно он является источником всех её проблем и неприятностей. Однако девушка не смогла сдержать улыбку благодарности, а глаза её загорелись огнем в предвкушении встречи со своей маленькой мохнатой подружкой.
Грэкхэм, видя, как обрадовалась его невеста, тоже не смог удержаться от улыбки, которая, едва коснувшись его властных губ, тут же улетучилась, но глаза продолжили улыбаться.
  
Глава 25
 
И тут произошло то, чего никто из них даже не ожидал — засохшие сухоцветы, которые стояли в затейливой композиции на столе, внезапно превратились в живые цветы и дивно заблагоухали. Действительно, улыбка хозяина Ибворка творила чудеса. Даже сухие цветы распустились от его проявления Добра. Элизабет удивленно посмотрела на них и перевела взгляд на Грэкхэма. Однако его реакция её совсем не обрадовала. Внезапно он осознал, что его общение с Элизабет приводит к неожиданным и нежелательным изменениям в его душе. Это надо же! Он улыбнулся! Неслыханный беспредел! Да как он посмел поддаться мимолетному настроению?! Чертыхнувшись, Грэкхэм резко развернулся и широким жестом запахнул плащ. Вихрь закружился в том месте, где только что стоял Злой Господин, а через мгновение на этом месте уже никого не было.
 
Элизабет замерла от неожиданности. Чего теперь ожидать? Беседа оказалась незаконченной. Девушка так и не договорилась по поводу того, чтоб к ней допустили Лори. Лиз на всякий случай оглянулась по сторонам, проверяя, а вдруг Грэкхэм все еще в её комнате. Хотя, чего и следовало ожидать, его нигде не оказалось. Элизабет подернула плечами и села прямо на пол. Непонятно что ей делать теперь? Просто есть, пить и дожидаться неизвестности?
Внезапно девушку осенило — в её комнате не было даже намека на ванну и туалет. Да уж, здорово! Ничего не скажешь. И что теперь делать? И Грэкхэм совсем некстати исчез. Обидно, что она раньше не подумала о столь необходимых вещах и не сказала об этом хозяину замка. Элизабет раздосадовано хлопнула ладонью по ковру. Что не говори, а положение у нее из ряда вон выходящее. И что делать непонятно.
Девушка нехотя встала и опять прошлась вдоль стен. С момента последнего осмотра ничего не изменилось. Заняться было нечем, поэтому она опять обратила свой взор к книгам. Вытащив наугад первую попавшуюся, она села в глубокое кресло у камина, подвинула поближе к себе подсвечник и углубилась в чтение. На страницах книги оживали немыслимые образы колоритных персонажей, и сюжетная линия переплеталась столь затейливо, что невозможно было угадать чем же закончится этот роман. И если бы Элизабет не оторвали от чтения, то она обязательно бы узнала концовку книги. Однако чтение было прервано какой-то непонятной возней, и чей-то пискливый голос возмущенно требовал свободы. От неожиданности девушка выронила книгу из рук и резко обернулась на непонятные звуки.
Недалеко от нее стояла величественная фигура Грэкхэма. Лицо было сковано маской холодности и безучастия. Элизабет быстро встала и вызывающе посмотрела в глаза своего тюремщика. В них она не увидела ничего кроме решимости заставить её подчиниться его воли. Однако не все так было плохо, потому что писклявый голос, который не прекращал возмущаться, никак не мог принадлежать Грэкхэму. В этих знакомых нотках Элизабет безошибочно узнала Лори. Мышка была с Грэкхэмом. Элизабет радостно воскликнула:
— Вы принесли мне Лори? Спасибо вам огромное!
— Не стоит благодарностей, — холодно ответил колдун. — Я просто выполнил свое обещание.
С этими словами он протянул девушке белый мохнатый комочек. Элизабет просто выхватила у него Лори и прижала мышку к груди. Слезы счастья брызнули из глаз девушки. Она то прижимала к себе белую любимицу, то начинала отчаянно целовать её розовый носик и ушки. Лори даже потеряла дар речи, а Грэкхэм молча наблюдал за сценой встречи двух, столь не похожих друг на друга, подружек. Однако он не мог себе позволить долго любоваться на это излияние нежностей и довольно резко прервал трогательный момент встречи:
— Дорогуша, — не скрывая фамильярности, обратился он к Элизабет, — я думаю, что ты поняла, что если быть покорной, то можно многого добиться. На твоем месте я бы сделал выводы. Твое противостояние моей власти мне откровенно не нравится, и потому я хочу чтобы ты поняла, что я такой же человек, как и все остальные. Как и любому человеку, мне не нравятся те, кто вступают со мной в открытый конфликт. И я, как любой человек, могу относиться с симпатией к тем, кто относится ко мне с уважением. Хочу, моя дорогая, чтоб ты, как будущая моя жена, хорошенько поняла это.
 
Элизабет потупила взор. Ответить на это ей было просто не чего. Да и что тут можно было сказать? В её же интересах проявлять покорность и послушание. Иначе планы по прочтению Седьмой Книги могут измениться.