Ибворк. Книга 2 (СИ)
Джек на секунду замер и бросил горький взгляд на любимую.
— Если не хочешь неприятностей, то сейчас же следуй со мной. Если нам повезет, то Господин не узнает о твоих похождениях. Я не буду рассказывать ему об этом, чтобы не печалить накануне великого праздника.
Не дав даже попрощаться, Зузу практически выволок юношу в коридор и с грохотом захлопнул дверь. В комнате девушек воцарилось молчание. Слезы, душившие Элизабет, выплеснулись наружу и горькие рыдания сотрясли тело девушки.
* * *Как и планировалось, бал открыли танцовщицы. Упругие девичьи тела грациозно кружились в ритме танца, блистая великолепными нарядами. Все приглашенные, разместившись в Центральном Торжественном Зале Норемэта, были в восторге от прекрасного танца. Все присутствующие неистово рукоплескали талантам танцовщиц.
Гости, по сложившейся традиции, сидели и стояли вдоль стен Зала. В конце Зала на возвышении стоял великолепный трон, весь инкрустированный дорогими каменьями. На троне величественно восседал Грэкхэм. По обе руки от него, на столь же великолепных тронах, сидели его сыновья с невестами. Дорогие наряды выгодно подчеркивали благородное происхождение молодых мужчин и красоту юных невест.
Девушки были облачены в великолепные атласные платья насыщенного бордового цвета. Струящиеся складки величественно ниспадали, скрывая изящные ножки невест, а тугие корсеты делали стройные девичьи тела еще более хрупкими.
Светлые волосы Тамрэты и каштановые Джуди, были уложены в затейливые высокие прически, увенчанные рубиновыми диадемами. Бледное личико Тамрэты и припухшие глаза красноречиво говорили о бессонной ночи в слезах.
Зато Джуди была на десятом небе от удовольствия. Её величественная осанка, горделивый взгляд, в котором сияла радость, безошибочно выявляли её безграничное счастье.
Мрачное лицо её жениха являло собой полную противоположность радостному лику Джуди. Молодой человек угрюмо сидел на троне, исподлобья взирая на приглашенных. В какой-то момент взгляд его оживился, наблюдая за танцовщицами, но затем нечеловеческие страдания исказили его красивое лицо, и взгляд потух, не выражая никаких чувств, кроме обреченности и горя.
Цвет его одежд вполне соответствовал внутреннему состоянию. Черный бархатный камзол с неестественно широкими плечами был застегнут золотыми пуговицами. Тяжелая рубиновая цепь обвивала шею, скованную высоким жестким воротником и, переливаясь кровавым блеском, лежала на мощной груди. Черные бархатные брюки были сшиты без изысков, и вычурный камзол смотрелся с ними как-то нелепо. Однако это мало волновало Джека. Ему было всё равно во что он одет и как выглядит.
На Дайнере был точно такой же костюм, но из-за того, что он сидел, горделиво расправив плечи, излучая радость, наряд не казался столь мрачным.
В Ибворке издавна было принято свадебные торжества начинать балом, в середине которого происходило таинство венчания, а затем бал продолжался вновь. Согласно обычаю, после выступления девушек, в танце закружились брачующиеся пары. Они плавно вальсировали посреди Тронного Зала под восхищенные взгляды приглашенных.
Присутствующие не могли скрыть своего восторга, глядя на молодых. Никто из них даже не подозревал, с какими тяжелыми сердцами собирались под венец Тамрэта и Джек.
Последние аккорды вальса обозначили начало церемонии. Обе пары подошли к Грэкхэму и повернулись лицом к гостям. Присутствующие, затаив дыхание, следили за каждым жестом и взглядом брачующихся. Грэкхэм торжественно поднялся с трона и подошел к сыновьям и их невестам. Именно он и должен был совершить обряд.
Подняв вверх руки, он на секунду замер, а затем стал что-то быстро шептать. Его шепот становился с каждым мгновением все громче и громче. Вот Грэкхэм практически перешел на крик, сопровождаемый раскачиванием тела и широкими взмахами руками.
С кончиков пальцев Повелителя посыпались искры и легли мягким светящимся ковром у его ног. Искры подпрыгивали на месте и шевелились. Внезапно они стали ползти по ногам Грэкхэма, постепенно обволакивая все тело волшебника. Уже через несколько мгновения он был весь покрыт искрами и светился огненным светом. Все заворожено смотрели на всё это действо, восхищаясь и удивляясь мощи своего Господина.
Уста Грэкхэма не прекращая шептали заклинания. Недолго постояв, объятый свечением, чародей обошел обе пары четыре раза и упал между ними на колени, простирая руки вверх.
— Силы Зла, снизойдите до верного раба вашего и явите предо мной Великую Чашу Событий! Пусть она станет свидетелем смешения душ моих сыновей с их женами!
Внезапно стены и пол Зала мелко завибрировали, а искры, окутывающие тело Грэкхэма, стали с шипением падать на пол. Это падение было просто бесконечным. Они все сыпались и сыпались, пока перед Повелителем не образовался большой светящийся цилиндр из миллиарда искр.
Стоя перед ним на коленях, маг долго шептал слова заклинания, после чего стал плавными движениями «лепить» из цилиндра нечто похожее на огромный кубок. Процесс оказался довольно затяжным и творческим, итогом которого перед присутствующими предстала великолепная мерцающая искрами Чаша. Собравшиеся восхищенно загудели. Грэкхэм встал с колен и гордо выпрямился.
— Силы всемогущего Зла, соедините души покорных рабов ваших Дайнера и Тамрэты, Джека и Джуди!
Джек разыскал взглядом в толпе присутствующих любимые серо-голубые глаза Элизабет. Она же ни на секунду не спускала с него глаз, в которых читалось отчаяние. Во взгляде Джека застыли слезы и ненависть ко всему, что привело к данной свадьбе.
— Я люблю тебя, — беззвучно шептали губы молодого человека.
Внезапно сильный удар сотряс его тело, и из груди вырвалось дымчатое облачко. Джек недоуменно посмотрел на него, ничего не понимая. Он даже не заметил, что рядом повисли еще три облачка — души Дайнера, Тамрэты и Джуди. Все четверо, вступающие в брак, застыли, как вкопанные, глядя, как Грэкхэм, водя в воздухе руками, заставляет их души кружиться.
Души Джека и Джуди кружась в неистовой пляске, объединились в одно целое. То же самое происходило и с другой парой душ. Они поочередно скрывались в Чаше Событий, а при появлении каждый раз истекали золотым водопадом искр. С каждым их погружением в Чашу, Джек замечал в себе разительные перемены.
С каждой секундой он находил свою невесту все более и более привлекательной. Если вначале все его мысли были об Элизабет, то теперь голова его была пуста, а сердце не ныло от боли, что ему приходится жениться на нелюбимой. Он величественно выпрямился, гордясь своим происхождением и своим отцом — Великим чародеем и Повелителем Ибворка. В глазах Джека мелькал огонь Зла, а сердце дышало ненавистью к Добру…
Обряд был действительно поразительным. Казалось, что вся вселенная принимала в нем участие. Потолок несколько раз поменялся в цвете, свечи то гасли, то возгорались вновь, иногда слышался звук тамтамов, а то и вовсе возникали самые причудливые миражи. Они перемещались и менялись.
Сама Чаша Событий мерцала и переливалась, сыпля искры, а души молодоженов кружились уже под самым потолком, а потом резко падали в Чашу. Сложно определиться сколько времени длилось это действо. Наконец-то два облака душ разделились еще на два, и подлетели каждый к своему обладателю. Засветившись ярким синим светом они проникли в тела молодоженов и после этого весь Зал замерцал звездами.
Грэкхэм возвел руки вверх и чувственно произнес:
— Теперь вы, Дайнер и Тамрэта, Джек и Джуди, являетесь законными супругами перед лицом сил Зла и всех присутствующих!
Зал разразился овациями. Все были безумно счастливы, что наконец-то свершилось то, чего все так долго ждали. Теперь наследники престола были женаты, и весь Ибворк праздновал эти две свадьбы.
Вновь зазвучала музыка, и вновь молодожены закружились в вальсе. Грэкхэм, стоя у Чаши Событий, наблюдал то за молодыми, то смотрел вглубь Чаши. Иногда он хмурился, а иногда улыбался, видя то, о чем ему рассказывала Чаша.