Спэнсер Коэн (ЛП)

парнем, а я повел ее пить кофе. Он увидел нас, решил, что я – ее новый парень, растекся
сентиментальной лужицей по тротуару, и моя работа была выполнена. Она еще пошутила, что сработало настолько превосходно, что мне стоило бы заниматься подобным для
заработка, – поведал я ему.
Эндрю нахмурил брови.
– С ней? Ты работал с женщинами?
Я улыбнулся ему.
– Я работаю со всеми, кто платит. Но да – начинал я как бойфренд– натурал. А
потом родилась такая штука как однополые браки, и для меня, как для мужчины–гея, переход был естественным.
– Ты реально гей? Или это часть шоу?
Справедливый вопрос, на который мне не составляло никакого труда ответить. Я
подался вперед, чтоб в кафе никто не мог меня расслышать.
– Я – гей. Я люблю мужчин. Люблю ощущать щетину. Люблю здоровую
мускулатуру, а не нежную женскую кожу. Люблю члены. Мне нравится сосать. Нравится, когда меня трахают, но больше всего – я люблю задницы. Так что да, я – гей. Самый что
ни на есть настоящий.
Он разинул рот и несколько раз моргнул, шокированный моей прямотой. Если у нас
все срастется, ему придется привыкать.
– Я … э–э… я…
– Как зовут твоего бывшего?
– Гм… Эли.
– Сколько вы пробыли вместе?
– Восемь месяцев.
– Как давно он ушел?
Его голос был настолько тихим, что я с трудом его слышал.
– Месяц назад.
Я дал ему минутную передышку. Очевидно, что ему все еще было больно.
– Ты раскрылся? В смысле на работе, перед друзьями, семьей? Они в курсе, что ты
гей?
Его брови сошлись на переносице, в глазах вспыхнул намек на обиду.
– Да.
– Спрашиваю только потому, что если у нас все получится, мне придется
хорошенько тебя узнать, а иногда нам нужно будет вместе выходить на люди. Например, я
возьму тебя за руку, наклонюсь ближе и прошепчу что–нибудь на ухо, что–то типа такого, чтоб Эли мог разглядеть в нас друзей. Чтоб все сработало, тебе необходимо чувствовать
себя комфортно. А еще для достоверности тебе неплохо бы отвечать взаимностью. Ты
сможешь?
Эндрю тяжело сглотнул и пожал плечами.
– Гм…
– Эндрю, ты хочешь, чтоб получилось? – напрямую спросил я. Он смотрел в
потолок и на выдохе надул щеки, но не ответил. Поэтому пришлось перефразировать
вопрос. – Ты хочешь вернуть Эли?
Взгляд Эндрю схлестнулся с моим, казалось, он был смущен ответом.
– Да.
Я протянул для пожатия руку, на которую он секунду смотрел, прежде чем принять.
Его сильная хватка удивила меня.
– Тогда давай этим и займемся, – сказал я, ухмыльнувшись, выпустил его руку и сел
на стул. – Окей, начнем с главного: расскажи все, что мне нужно о тебе знать.
Эндрю глянул на сестру.
– Нам обязательно общаться здесь? – Он явно не хотел вдаваться в детали перед
сестрой, как и перед всем переполненным кафе в оживленный пятничный полдень. Я не
осуждал его. Но стоило по глупости решить, что достигнуть соглашения, как зуб вырвать, он предложил встретиться завтра у него дома.
– Отлично, – согласился я. – Принесу обед. Что ты любишь?
– В смысле люблю?
Я почти засмеялся.
– Любимое блюдо на обед.
– О, – он удивленно моргнул, помолчав, а затем покачал головой. – Я не
привередлив.
– Ты хотел что–то сказать, но остановился, – произнес я. – Расскажи мне.
Он колебался.
– Ну, недалеко от моего дома есть закусочная. Там делают… – Он руками
изобразил размер баскетбольного мяча, – салаты антипасто2.
– Ладно, – с улыбкой ответил я. – Пусть будет салат антипасто. Захвачу по пути.
– Если хочешь, я могу заказать заранее, – сказал он, после прочищая горло. – Если
это нормально. И пришлю тебе адрес.
– Отлично. Закажи на половину первого.
Эндрю кивнул и почти улыбнулся, а его дело официально двинулось вперед.
Полагая, что лучше момента не выбрать, мы заговорили насчет договора, и я рассказал
ему об условиях оплаты – половина вперед, половина по завершении. Пусть результат
был гарантирован, никогда нельзя было гарантировать, что результат будет желаемым.
 2 
Антипасто – традиционная горячая или холодная мясо–овощная закуска в итальянской кухне, приготовленная из типичных итальянских мясных и морепродуктов, а также подготовленных специально
 
для этого овощей и подаваемая на большой тарелке или вращающемся деревянном подносе перед
основным блюдом.
Мы обменялись адресами, е–мэйлами и телефонными номерами, снова пожали руки, и я
пообещал увидеться с ним завтра.
Лола наблюдала, как они уходят, заняла свой стул рядом со мной и пихнула локтем.
– Он симпатичный.
– У него горе, – поправил я.
Она резко вздохнула.
– Сестра у него реально милая.
– Она что–нибудь говорила? – спросил я. – Насчет бывшего Эндрю.
Лола покачала головой.
– Нет. В основном говорила о свадьбе. Хотя совершенно очевидно, что она любит
своего брата. Остальное узнаешь самостоятельно. – Она поиграла бровями.
Я захохотал.
– Начиная с завтрашнего дня, именно этим я и займусь.
 Глава 2 
Держа в руках тарелку салата размером с баскетбольный мяч, я постучал в дверь
жилища Эндрю, располагавшегося на первом этаже в районе Эхо–Парка и походившего
на коттедж благодаря белым оконным ставням и декоративным перилам. Независимо от
того, снимал он или владел, было очевидно, что деньжата у Эндрю водились. Но опять–
таки: у парней, что могли позволить себе платить мне, с деньгами обычно не было
проблем.
Эндрю распахнул дверь, одетый в темно–синие джинсы и белую рубашку на
пуговицах. Светлые взъерошенные волосы сегодня были зачесаны на бок, он был гладко
выбрит, и все в нем просто вопило об опрятности. Он немного натянуто улыбнулся, отступая в сторону, и сказал:
– Входи.
Я шагнул внутрь – не пренебрегая исходящим от него приятным ароматом – не
совсем понимая, куда идти, но двинул в сторону гостиной, должным образом
меблированной, словно он сгреб в кучу все свое барахло. В углу стоял сияющий своей
безукоризненной чистотой кабинетный рояль. Похожие друг на друга диваны,
разноцветные подушки, а на стенах выполненные вручную рисунки, включавшие в себя
все имеющиеся в комнате цвета. Помещение заливал дневной свет. Все было на своих
местах.
Я ненадолго задумался, прикладывал ли здесь руку дизайнер, но оглянувшись на
Эндрю и увидев, насколько он был сосредоточен, сомнений не осталось – он делал все
сам. Я улыбнулся ему, а он вытер ладони о бедра, явно нервничая из–за моего
присутствия.
Я протянул коричневый бумажный пакет.
– Обед.
– Точно, – отозвался он, проходя мимо меня. – Гм… Сюда.
Я проследовал за ним через дверь в конце комнаты, ведшую в небольшую хорошо
оборудованную кухню. Он взял две тарелки и столовые приборы.
– Могу я предложить тебе что–нибудь попить?
Я поймал себя на том, что улыбаюсь.
– Да, можешь. Вода подойдет.
Он притормозил, видимо сомневаясь, издевался я или нет, но потом вынул две
бутылки воды из холодильника. Мы уселись за маленький столик рядом с кухней перед
огромным выходящим во двор окном.
– Симпатичное место, – сказал я, приступив к еде.
Он посмотрел в окно так, словно забыл, что там было.
– Спасибо.
– Давно живешь здесь?
– Чуть больше года.
Никакой другой информации он не предоставил. Я прожевал очередную порцию
салата.
– Ммм, вкусно. – На самом деле. Смесь из маринованных артишоков, баклажана, стручкового перца, свеклы, спиралевидных макарон и рукколы.
Он кивнул и проглотил свою порцию.
– Да. У них еще есть домашняя выпечка и супы, которые я просто обожаю зимой, но салат–бар – самое любимое.
– Ну, – начал я, раз уж он разговорился. – Расскажи мне историю Эндрю Лэндона.