Шесть месяцев спустя (ЛП)

— Больше никакой лжи, — говорю я.
Он кивает, но ничего не отвечает. Знает, что я ещё не закончила.
— Не знаю, что это значит, — продолжаю я. — Теперь я тебе не доверяю. И не знаю, буду ли когда-нибудь доверять снова.
— Я буду ждать, — отвечает он, и я думаю, что так и есть. Думаю, он будет ждать вечность, если потребуется. И, может, так оно и будет.
Но я притягиваю его и целую, пока холод не исчезает. Его руки запутались в моих волосах, а мир превращается в крошечный ничтожный кусочек, проплывающий рядом с моими ногами. Эти чувства больше, чем хорошие. Они правильные.
Когда мы отстраняемся, снег уже перестает падать. Луна в звёздном небе яркая и полная. Я смотрю на бледное кольцо вокруг неё, припоминая, что это является предвестником чего-то в будущем. Хотела бы я вспомнить, что это за предзнаменование.
  
  
 Глава 30 
Мы сидим на парковке перед школой, ожидая, пока появится Мэгги. Мои родители в кои-то веки будут так поздно, что вряд ли заметят моё отсутствие.
Приглушаем радио и читаем разделы в моей книге, относящиеся к гипнозу. Я выделяю раздел и показываю Адаму.
– Ладно, здесь есть место воображению. Зачастую использование воображения помогает ввести людей в гипнотическое состояние.
Он хмурится.
– Что за воображение?
– Не могу сказать. Мы делали такое на занятиях, но это не то, что я могу повторить. Если начну рассматривать всё с твоей точки зрения, то ничего не получится. Сохраняй ровный, спокойный голос.
– Мне это не нравится, Хло. Похоже на «Психологию для Чайников». Уже достаточно людей, которые покопались в твоей голове.
– Всё нормально, – говорю я, но это, конечно, не нормально.
Эта сумасшедшая идея родилась из голого отчаяния. В таком напряжённом состоянии, в каком я сейчас нахожусь, будет чудом, если опытный гипнотолог сможет ввести меня в транс, не говоря уже про пару любителей с учебником. Но мы должны попробовать.
По лицу Адама ясно, что он с этим не согласен.
– Это опасно, Хло. Мы не знаем, что делаем.
– Ну что ж, этого не знала и доктор Киркпатрик. Очевидно, её убили из-за какой-то причины, и я думаю, что она, возможно, связана с неудачной попыткой скрыться.
Он проводит рукой по моей щеке.
– Я просто хочу, чтобы ты как следует подумала. Всё может пойти не так.
– Я только и могу, что думать об этом, – вздыхаю. – Хватит раздумий. Мы справимся, Адам. Мы обязаны. Это просто. Ты создашь мне какую-нибудь расслабляющую картину и начнёшь обратный отсчёт, возвращая меня в дом Блейка.
Его скулы затвердевают.
– И что, если ты вспомнишь? Ты готова к тому, что можешь вспомнить всё о той ночи?
– Да, я готова ко всему. Почему ты… ох. Ох.
Всё, что могло произойти звучит как секс, который мог быть.
В моём животе появляется тяжёлое чувство. Задерживаю дыхание и сжимаю губы. Я смогла бы забыть что-то такое? Думаю о фамильярности Блейка в моей комнате, о том, как он отодвинул в сторону наши учебники, как будто у нас были дела поинтереснее.
Нет, я никогда бы не сделала этого с ним. Но дьявольский голос напоминает мне, что не так давно я бы сделала ради Блейка Таннера что угодно. И я просто обманываю себя, пытаясь думать, что «что угодно» не включало секс.
Поворачиваюсь к Адаму, кусая губы.
– У нас всё было... серьёзно? У меня и Блейка?
Адам медленно качает головой, с выражением боли.
– Не заставляй меня проходить через это.
– Ты говоришь это потому, что не знаешь, или потому, что не хочешь говорить об этом? – спрашиваю я.
– И то, и другое, если честно, – отвечает он.
Я отшатываюсь от него.
– Потому что от этого твои чувства ко мне могут измениться? Ты отлично воспринимал всю эту подработку с фальшивыми свиданиям, пока не начал думать обо мне как об остатках с чужого стола.
– Во-первых, ты не чьи-то остатки. Во-вторых, до того дня в обучающем центре я понятия не имел, что ваши с Блейком отношения на самом деле новая бредовая идея его отца, чтобы контролировать тебя.
 
– Ты думал, он был искренним? Да как вообще кто-то подобный Блейку может встречаться со мной?
Адам сужает глаза, его голос слишком громкий.
– Не знаю, Хлоя, может, дело в том, что он познакомился с тобой?
Этот комплимент не затрагивает меня. Насколько я помню, у меня еще ни с кем не было секса. Так что да, я немного озабочена тем фактом, что это произошло с кем-то, кто получал почасовую оплату.
Мэгги стучит в окно, и мы оба смотрим вверх. Я выбираюсь из машины, стараясь принять безразличный вид.
– Где твой грузовик?
– Я пришла пешком. У меня б-была паранойя, что кто-то может увидеть меня, – говорит она. Её брови сведены вместе, и я понимаю, что её не убедила моя напускная беззаботность. Она знает, что я расстроена.
Адам идет первым, и Мэгги хватает меня за рукав возле двери.
– Что не так?
Я делаю глубокий вдох.
– Давай начнём с того, что так? Этот список гораздо короче.
***
Часом позже Мэгги кусает губы, оглядываясь в тихом учебном классе.
– Ладно, ничего не получается, и у меня уже кончилось терпение. В какое время, ч-чёрт возьми, приходят уборщицы?
– Они не приходят по выходным. Мы в безопасности, – отвечает Адам.
Она была на нервах с того момента, как мы попали сюда. Может, школа не была самой лучшей идеей, но нам нужно было уединение, и я подумала, что пребывание в месте, где всё началось, поможет подтолкнуть мою память.
Открываю глаза и качаюсь на стуле, мой взгляд перемещается к окну передо мной. Так странно думать о последнем разе, когда я смотрела в этот стеклянный прямоугольник. Если я сейчас засну, то проснусь весной?
Адам приводит в порядок своё пальто, и я хмуро смотрю на него.
– Прости. Думала, всё будет намного быстрее.
– Не будет, – говорит он. – Наверное, я что-то делаю не так.
– И я тоже, – поддакивает Мэгги.
Я передёргиваю плечами и прочищаю горло.
– Давайте попробуем ещё раз. Мне просто нужно быть более восприимчивой.
Мэгги цинично смотрит на меня, словно уверена, что я даже близко не стану более восприимчивой, что бы они ни делали. Она обменивается взглядами с Адамом, подтверждая, что это их общее мнение.
– Мы можем снова попробовать воображаемое озеро. Это было приятно. – Мой голос звучит неубедительно. Даже для меня.
– Возможно, Адам прав. Мы м-можем пойти в полицию, – говорит Мэгги.
– Мы это уже обсуждали, – отвечаю я. – Мне нужна та коробка. Я бы не спрятала её, если бы она не была по-настоящему важной. – Их молчание является для меня согласием, поэтому я убираю волосы за уши. – Мы должны сделать это.
Адам кивает и придвигается ближе, прикасаясь к моей руке. Я чувствую шершавость его подушечек на своей ладони. Проблеск воспоминаний о нём, идущем вниз по школьной лестнице, пробегает сквозь меня. На полпути вниз он поворачивается одним плечом и улыбается мне улыбкой, от которой всё внутри плавится.
Задыхаюсь, сильнее сжимая его ладонь.
– Подожди. Я знаю, что мне нужно. Мне нужно, чтобы ты прикасался ко мне.
Он странновато улыбается, и я ударяю его по руке, краснея до корней волос.
– Не так. Я имею в виду...
– Ты вспоминаешь, когда я касаюсь тебя, – говорит он, заполняя мою неловкую паузу.
– Да. Именно. – Я поворачиваюсь к Мэгги, желая, чтобы мои щёки перестали гореть. – Так я вспомнила ту ночь у Блейков. Когда ты держал меня за руки, чтобы помочь встать, это воспоминание вернулось ко мне.
– Как? – спрашивает Мэгги.
– Не знаю, – признаюсь я, переплетая свои пальцы с пальцами Адама. – Может, это из-за нашей связи.
– Она с-сильнее, чем наркотики?
– Возможно, – мягко говорит Адам, и я сжимаю его руку, слишком ошеломлённая, чтобы озвучить собственное мнение. По правде говоря, моя связь с ними обоими, возможно, самая сильная из всего, что я имею. И, возможно, это самая сильная связь, которая когда-либо будет в моей жизни.